Плен – не подчинение - Альмира Рай

Он сочувственно поджал губы.

— Черт. Но ты ведь уже понял, что я в любом случае хочу пойти туда?

Он понял. И счастливым это его не делало.

— Опасно, Рин. В этом нет необходимости. Я вернусь сам и пойду дальше. Не хотел оставлять тебя надолго, пока ты была в горячке.

И тут я поняла, что даже не представляю, сколько суток прошло. Но точно больше одного.

— А как долго я провалялась?

— Ну, Новый год ты не пропустила. Он наступит сегодня ночью.

Я глянула на часы, стоявшие на каминной полке, и улыбнулась. Всего пять часов до полуночи. Ну, и так как читать я, кажется, не умею… Мои пальцы потопали к сгущенке.

— Лайфорд, — начала я вкрадчиво. — Скажи, неужели у меня нет ни единых шансов, чтобы уговорить тебя отвести меня на ту дорогу, ммм?

Слизав с пальца сгущенку, я послала ему коварный взгляд. Господи, его улыбка могла свести с ума кого угодно!

— Это такая ловушка! — проговорил он, качая головой. Но когда я толкнула его в кресло, сопротивляться не стал.

— Мы будем осторожными, — заверила я, поставив колено на подушку между его ног, а после слегка надавила им, упершись о затвердевший пах. Лайфорд предвкушал, я видела по глазам. И знала, что играть с ним сейчас точно не стоит. То есть, если я вдруг захочу подразнить и обломать его, он ведь заставит меня довести дело до конца? Заставит же? Черт! Образ того, как он наматывает на кулак мои волосы, не должны так дико возбуждать. Но я уже хотела его так, что сама могла чуять запах своего возбуждения. И клянусь, зрачки Лайфорда расширись за секунду, как будто ему вкололи конскую дозу Виагры.

Кусая губы и сдерживая улыбку, я пыталась максимально соответствовать роли роковой искусительницы. Положив руку на горячую мужскую грудь, задела пальцами маленькие соски и наклонилась к его уху.

— Ты сам сказал, что это недалеко от дома. Просто прогуляемся по лесу, а вдруг я вспомню о себе больше. И потом… — Прикусив мочку уха, я опустила руку ниже и обхватила бугор джинс. — Ты прихватишь свой топорик.

Тяжелое дыхание врезалось мне в плечо, и Лайф нетерпеливо поерзал на кресле, приподнимая бедра.

— Нет, — произнес он строго, играя и свою роль. Он был несговорчивым упрямцем, а у меня была сгущенка! — Ты заболеешь опять.

— Я тепло оденусь.

— Ты даже не дойдешь. Далеко для тебя. Опять будешь катиться по склону.

— Не отойду от тебя ни на шаг. Буду держать за руку, как ревнивая женушка. Чтобы ни одна коза не увела.

Ощутив его улыбку, захотелось ее увидеть. Так что я немного отстранилась от уха и встретила игривый и одновременно похотливый взгляд. Я должна признаться себе, что одержима этими губами.

— А как же медведь? Кажется, ты понравилась ему. Он тебя выследит.

Просто невозможно отказать себе в удовольствии, когда мысли в голове дерутся друг с другом, буквально подталкивая на смелые поступки. Мазнув сгущенкой его губы, я тут же слизала сладость, охотно встречая его наглый напористый язык. Мужчина намекал мне, чего ему хотелось больше всего сейчас. Даже рука потянулась к волосам, но я резко прервала поцелуй и красноречиво посмотрела на эту самую руку. С недовольным прищуром Лайф вернул ее на подлокотник и сильно сжал.

— Продолжай, — предложил он, — твои аргументы явно сильнее.

Довольно улыбнувшись, я спустилась на колени перед креслом и вручила ему сгущенку.

— Не пролей.

— Тогда какой в ней смысл? — задал он встречный вопрос. Посмотрев на него снизу, я дернула молнию джинс и уточнила:

— Не пролей раньше времени.‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Надо же, какой послушный! Ручной дикарь!

Он даже не дышал, когда мой язык опустился на его сосок. Только вздрогнул, когда я немного прикусила нежную кожу.

«Что? С моими ты делал так сотни раз!» — эта реплика так и осталась беззвучной, потому что сейчас мы на сто процентов общались мысленно, не разрывая зрительного контакта. Вернее, я еще была способна составлять предложения в своей голове, у Лайфорда же на лице было написано одно:

«Возьми его! Возьми его немедленно!»

И как только мой язык заскользил по обалденно сексуальным кубикам пресса все ниже и ниже, а ладонь накрыла толстую пульсирующую плоть, его грудная клетка заходилась ходуном.

— Сгущенку, — подсказала я шепотом. — Пора!

Он даже не вспомнил, что держал ее в руке. Недоуменно уставившись на банку, Лайф просто выбросил ее себе за спину и сделал то, чего я втайне хотела. Намотал волосы на кулак, задрал мою голову и наклонился, чтобы наказать меня поцелуем. Именно наказать за то, что опять дразнила его. Он прошелся языком по моим губам, укусил нижнюю и вновь зализал, вызывая миллиард микровзрывов в голове сим нехитрым действием. И боже, как он пах сейчас! Будто пускал сносящие все стопы феромоны. И кто тут из нас в ловушке? Лично у меня просто не было шансов. Когда он выпустил из плена мой рот, я сама потянулась к его члену. Хотела свести его с ума так же сильно. Мои веки налились свинцом от возбуждения, которое властвовало сейчас во всем теле. Но я все равно хотела видеть его реакцию, когда мой язык по кругу обвел упругую головку. Лайф был в бешенстве! В самом сексуальном смысле этого слова. Мышцы рук взбугрились, кубики пресса напряглись максимально, челюсти плотно сжались, а губы, зло изогнувшись, начали подрагивать. Это был даже больше не Лайфорд, а та его темная сторона, которая отвечала за жесткий секс. Миша! И это он действовал на меня так, что по ногам текло.

Он и не думал отпускать волосы, пытался управлять моими движениями, но мы оба прекрасно понимали, у кого был полный контроль. Я облизнула еще. И еще разок. Застонала от вкуса и представления, как теперь мы выглядим со стороны.