На твоей стороне - Ирина Давыдова

— Все это я определенно люблю, и уже хочу съесть, — улыбнулась Юля, и тут же отрицательно помахала рукой, когда Дима собрался положить ей маринованные грибы.

— Не любишь?

— Нет, извини.

— Ну вот, здесь наши вкусы не совпали. Я, наоборот, не люблю заливную рыбу, а вот грибы просто обожаю, — и, в подтверждение своих слов, положил себе в тарелку грибов.

— Тогда, приятного аппетита, — пожелала девушка и отправила в рот кусочек картошки.

Приятный ужин проходил в непринужденной обстановке, влюбленные болтали на разные темы, и Дима с удовольствием отметил, что Юля наконец-то смогла отпустить ситуацию, и теперь просто наслаждалась вечером. Она была спокойна и нежна, такой, какой обычно бывает девушка на свидании, и Дмитрию хотелось ее расцеловать, прижать к себе бережно, и просто наслаждаться ее запахом. Он знал, приблизься он сейчас к ней на полметра ближе, и сможет почувствовать приятный аромат ее клубничного геля. Вчера слышал его, и сегодня она пахла точно так же, вкусно и сладко, она пахла его ягодкой.

Редкие улыбки, а порой и заливистый смех — все это вселяло в Диму покой, ведь он понимал, что его Юля возвращается. И пусть он практически и не знал ее такой веселой и жизнерадостной, зато сейчас был счастлив, видя ее сияющую улыбку.

— Налей мне еще немного вина, — попросила Юля, кладя в рот еще кусочек сыра.

— Если что, я тебя донесу до кровати, — предупредил Жаров, наполняя ее бокал вином.

— Дима, я вовсе не пьяна, — широко улыбнувшись, ответила она, и поняла, как ей здорово находиться в этом доме и с этим мужчиной.

— Все равно донесу, — сказал он и, снова чокнувшись бокалами, сделал пару глотков.

— Расскажешь, что грозит Захару? — неожиданно Юля сменила тему, спрашивая о наболевшем.

— Родная, ему тюрьма грозит, причем срок — немалый, лет десять, точно, да и, думаю, на нем не только похищение, — задумчиво произнес Дима и положил в рот кусочек мяса.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

От услышанных слов Юля сжалась вся, боясь, что Дмитрий сейчас произнесет то, о чем ей безумно не хотелось говорить, а поэтому она поспешила задать следующий вопрос:

— Я до сих пор не пойму, почему у Захара в паспорте другая фамилия? Я же сама видела, что он Маслов.

— А вот это как раз то, за что он должен будет выплатить штраф.

— Что ты имеешь в виду?

— Его настоящая фамилия Лисицын, а то, что ты видела — это подделка.

— О, Господи! Но зачем?

— Наверное, чтобы папу не подставить.

— Какой кошмар. А где же сам Андрей Викторович?

— За границей. Прямого отношения к проделкам сына он не имеет, хотя в некоторых моментах ему помог. Если бы были камеры видеонаблюдения в доме малютки, то вряд ли бы Захар смог похитить Зою.

— Все равно, он считается соучастником, ведь не зря отказывался от установки камер.

— Выходит, что так. В любом случае, я поднял на уши всю полицию в округе.

— Спасибо. Я никогда никому не желала зла, но сейчас хочу, чтобы обидчики Зои были наказаны.

— Я согласен с тобой.

— Расскажешь немного о себе?

— Что бы ты хотела услышать?

— Например, кто твои родители, чем они занимаются? Какая твоя мечта? Может быть, кто ты по гороскопу?

— ЮлЬка, — рассмеялся Дима от последнего ее вопроса, но, накрыв ее руку своей, он тихо произнес: — Ты у меня такая девочка.

— Нет, ну, а что здесь такого? Я, например, рыба, а ты?

— А я лев.

— О! Ну, оно и видно!

— Правда?

— Точно. Так что насчет родителей?

— Они на пенсии. Живут в Америке, папа часто бывает на рыбалке, а мама занимается садом. Любит в земле копаться.

— А почему они не здесь живут?

— Сбежали от непутевого сына, — улыбнулся Дмитрий, отпивая еще вина.

— Почему — от непутевого?

— Потому, что один я был слеп, когда женился.

— Хочешь сказать, родителям не понравилась твоя невеста?

— Да. И только сейчас я осознал, что нравилась она только мне, а остальные видели ее истинное лицо.

— Что в ней плохого? В чем проблема, если не секрет?

— Деньги. Ее волновали только деньги.

— А ты? Чего ты хотел всегда?

— А я хотел семью, самую настоящую, и глупо верил, что Василиса может мне ее подарить. В принципе, я думал, что мы друг другу подарим семью, ведь она сирота. Но она четко дала понять, что дети ей не нужны.

— Ужасный факт.

— Увы. А я люблю детей, и теперь у меня есть Зоя, — произнес Дима с теплой улыбкой на губах, вспоминая маленькую девочку, и немного крепче сжимая Юлину руку.

— Ты говоришь, что Вася сирота, у нее есть, куда пойти после развода?

— Я изначально хотел оставить ей нашу квартиру, а потом, поняв, что у нее нет ни капли благодарности, купил двухкомнатную, а ту продал.

— Раз ты так говоришь, значит, ваша квартира была больше той, что ты купил для бывшей жены.

— Да. Намного больше. Но, да ладно, не хочу об этом. У меня, знаешь, какое желание?

— Какое?

— Хочу познакомиться с твоими родителями.

В этот момент Юля делала глоток вина, и едва ли не поперхнулась, когда услышала такие слова. Бросив взгляд на Диму, она отставила бокал, схватила салфетку и принялась вытирать губы, которые намочила больше, чем следовало.

— Зачем тебе нужно знакомиться с моими родителями?

— Ты же няня моей дочки, верно? Верно. А я хочу знать, с кем оставляю дочь.

— Подкалываешь?

— Немного, — ответил Дима, взглядом застывая на губах любимой.

В комнате воцарилась тишина. Юля немного смутилась, опустив взгляд на свой бокал, и задумалась на мгновение. Да, она любит Диму, она его чувствует и понимает, в конце концов, хочет его до ломки в костях, и в то же время понимает, что не имеет права быть с ним, не считает, что вправе рушить его жизнь.