Сопротивляйся мне - Ольга Вечная

— Вов, а ты знал, что Лика у нас и поет, и рисует, и на фортепьяно играет? — произносит Лера, глядя на своего брата.

Владимир только-только приехал из спортзала, бросил сумку на пол, открыл холодильник, достал бутылку минералки и стоит пьет. Жадно. Я слежу за тем, как движется его кадык.

Вокруг нас носится толпа детей — семь, пять и три года. Старшие — мальчики и младшая — девочка. Они орут так, что уши закладывает, Лера и бровью не ведет. Мы с ней сидим за кухонным столом, Эмилия Александровна печет блины на двух сковородках, Сергей Владимирович куда-то ненадолго отлучился.

— Не то чтобы рисую. Ходила в художественную школу. Таланта у меня нет. Играю тоже так себе, уже всё забыла, — киваю я. — Вообще, я люблю математику и информатику, но в школе занималась всем подряд. Дома сидеть было скучно. — Я мешаю творог с изюмом, у блинов будет такая начинка.

Лера делает вид, что бряцает по клавишам.

— Я вот тоже думаю отдать старшего в музыкальную школу.

— Если ему нравится музыка, то здорово, — поддерживаю я.

Лера глубоко задумывается, нахмурившись.

— Или среднего… — размышляет она, скептически поглядывая на сыновей. — Вова, так ты в курсе или нет успехов своей жены? У тебя-то только футбол был на уме, — повышает голос, перекрикивая детей. — Ты ее на руках носить должен, какое сокровище тебе досталось!

— В курсе, — отвечает Владимир. — Теперь уже. — Садится за стол напротив нас.

— Лика мне всё подробно рассказала, — продолжает Лера. — Это так романтично, что вы все ночи висели на телефонах. И что ты летал к ней каждые выходные. Потом с самолета сразу на работу. Мам, кто бы мог подумать, да? Что наш Вова, убежденный холостяк, так втрескается! — смеется она. — Любовь творит чудеса.

— Кто бы мог подумать, — поддакивает свекровь. — Давно было пора «втрескаться»! Как долго мы этого ждали, словами не описать.

— О, он очень красиво ухаживал, — тяну я мечтательно. Поддаюсь общей легкой атмосфере, на пару секунд забываюсь, ловлю кураж и игриво улыбаюсь Владимиру, тот отвечает мне самым прокурорским взглядом, на который только способен.

Продолжая улыбаться, я ожесточенно мешаю творог. Эту легенду придумал он, не я. Пусть сам и отдувается. Владимир подходит к матери и ворует у нее один блин.

— А какие твои любимые цветы, Лика? — спрашивает Лера тише. — В качестве хобби я делаю искусственные цветы. Броши, заколки, просто сувениры. Хочу сделать тебе подарок. Розы?

— Я пионы люблю. Розовые. Но розы тоже. Вообще, все цветы красивые, мне все нравятся.

— Зафиксировала, — кивает Лера, постучав пальцем по виску. — Если хочешь, я и тебя научу.

— Не уверена, что у меня выйдет. Я вышивать пыталась, но у меня терпения не хватает…

Дальше мы начинаем обсуждать рукоделие.

Лера приехала час назад к субботнему завтраку. За это время я узнала, что ее муж талантливый кардиохирург, который обожает свою работу. Поэтому дома бывает очень редко, исключительно чтобы заделать детей. Дословная цитата: «Вот три ребенка — три раза и был». Она подумывает о разводе. После третьих родов у Леры был кошмарный диастаз и некрасивая грудь, она сделала две пластические операции и сейчас тонкая, как тростиночка. С соблазнительными формами в нужных местах. Лера показала мне фотографии до и после. Затем заверила, что мне можно не бояться чего-то подобного, у нее плохая генетика. И вообще, дети — это счастье. В этот момент средний ребенок толкнул младшего, они упали и оба разрыдались.