Бабочка и Орфей - Лина Аспера

— Это без сомнения, — Тимыч вытащил из навесного шкафа пару чистых кухонных полотенец. — Только за двадцать с гаком лет я уже порядком подзадолбался.

— Верю, — согласился я, собирая полотенцем чайную лужу. — Но если так получается? Ты же не специально.

— Не специально, — повторил за мной Тим. — Дрейк, спасибо тебе.

— Как будто я что-то сверхъестественное делаю, — Я в очередной раз забыл про левое запястье, и оно тут же обиженно о себе напомнило.

— Всё, дальше я сам, — Тимыч верно интерпретировал моё сдавленное шипение сквозь зубы. — Подождёшь в зале? Можно там верхний свет включить, если с торшером темно.

— Подожду, — всё-таки я гость, то есть должен следовать пожеланиям хозяина. И потом, звук бьющейся посуды из зала тоже отлично слышно.

Мне вполне хватило тёплого света торшера. Сочетание его зелёного абажура с многочисленными книжными полками придавало комнате библиотечный вид. Любопытно, здесь и вправду за последние месяцы прибавилось книг, или мне просто так кажется? Я подошёл к дивану и прочёл название томика, валяющегося поверх сбитого пледа. «Шесть систем индийской философии». Неужели это на самом деле интересно: все выходные сидеть дома?

— Бабочка, а ты любишь путешествовать? — громко спросил я.

— Теоретически люблю, — донёсся ответ из кухни. — Но практически со мной постоянно что-то случается.

Ну, практика — вопрос второстепенный и при правильной организации решаемый. Вот потеплеет, подсохнет, и можно будет выбраться в поля, на какое-нибудь лайт-трофи для затравки.

— Чай я заварил, — в зал вошёл Тимыч, даже не подозревающий о том, какие на его счёт строятся планы. — Но надо подождать хотя бы десять минут.

— Без проблем, мне спешить некуда, — я снова скользнул глазами по обложке лежащей на диване книги. — Скажи, а когда ты говорил об изучении нереальности реальности — это было серьёзно? Ты действительно можешь всё бросить и уехать на противоположный край географии?

— Как показала жизнь, скорее нет, чем да, — Тим по привычке прислонился к ребру дверного косяка. — Мне проще сбежать за черту, чем в Тибет или Непал. Хотя, думаю, реши я тогда иначе — стал бы идеальным послушником. Трудолюбивым, не амбициозным, без личных привязанностей.

— Сейчас ведь тоже можешь стать.

— Уже нет: последнее условие нарушено.

— Ты о долге?

— И об иллюзиях.

Бабочке чертовски не подходил взгляд человека, многажды битого жизнью и давно смирившегося с тем, что иного ему не светит.

— Слушай, у тебя, случаем, физраствора нет? — Смена темы вышла резкой до невежливости, но так было нужно для дела.

— Надо посмотреть, — Тим потёр переносицу, соображая. — Я точно покупал тётушке в больницу, только вот не помню — всё отнёс или нет.

— Посмотри, будь другом. И ещё бинт с ватой понадобятся.

— Это для запястья?

— Ага. Мне рекомендовали промывать раз в день, и сейчас, я чувствую, самое время.

Тимыч принёс из кухни коробку от тостера, служившую аптечкой. Судя по её содержимому, в этом доме чаще боролись с порезами и ожогами, чем с ОРЗ или несварением желудка. Мы организовали на низком журнальном столе походный вариант перевязочной, и я принялся предельно аккуратно разматывать повязку. Конечно, сегодня не стоило бы трогать рану, ну да ладно. Авось, хуже не сделаю. К тому же мне самому было интересно, что там получается.

Рус не зря считался среди своих профессионалом экстра-класса. Даже воспалённые и набухшие контуры не умаляли изящества и выписанности сложившей крылья бабочки, которая сидела на перечеркнувшем вены свежем рубце.

*Директива #define определяет идентификатор и последовательность символов, которой будет за­мещаться данный идентификатор при его обнаружении в тексте программы.

**Джордж Буль — английский математик и логик. Один из основателей математической логики.

***Огастес де Мо́рган — шотландский математик и логик, профессор математики в Университетском колледже Лондона. Первый президент Лондонского математического общества. Основные труды: по математической логике и теории рядов. Изложил элементы логики высказываний и логики классов, дал первую развитую систему алгебры отношений. С его именем связаны известные теоретико-множественные соотношения (законы де Моргана).

========== VII (Тим и Ольга) ==========

Приказа верить в чудеса — не поступало.

Би-2 «Волки»

Я как-то привык, что жизнь предпочитает не баловать меня исполнением мечтаний. Поэтому сейчас мне порядком не по себе: не может всё складываться настолько хорошо. Рано или поздно счёт будет предъявлен, и я всей душой надеюсь, что лишь мне одному.

— Сорокин, не спи!

— Не сплю, — я отвлекаюсь от узора прожилок на крылышках лимонницы, сидящей передо мной на ребре монитора. Если верить интернету, скоро она опять впадёт в спячку. Спрячется в каком-нибудь укромном уголке и будет видеть сны о залетейских туманах и полях бледных асфоделей.

— Тим, можешь подойти?

— Конечно.

На лацкане строго чёрного пиджака Ольги тоже сидит золотая бабочка-брошка, а у Дрейка сегодня нет повязки на левом запястье… Я обрываю мысль.

— Почитай: может, надо что-то добавить?

Быстро пробегаю глазами по строчкам отчёта о найденной заказчиком дыре в «БухУчёте» и принятых нами мерах.

— Да нет, думаю, достаточно.

— Тогда я отправляю на печать.

Сегодня седьмое марта, но поскольку Ольга принципиально не считает Международный женский день праздником, в нашей комнате это обыкновенный рабочий вторник. Спасибо Васе Щёлоку, что предупредил меня, когда мы утром поднимались в лифте, но теперь я в раздумьях: стоит ли пытаться вручить аналитику приготовленный по незнанию подарок?

Мои сомнения разрешает любопытная сценка, которую мы с Дрейком наблюдаем, когда перед обедом возвращаемся из курилки. Юноша Виталий поймал в коридоре вышедшую от шефа Ольгу и теперь пытается осчастливить её букетом гербер. Надо же, а мне казалось, будто неприязнь у них взаимная.

— Благодарю, но я не праздную, — с ледяным официозом отказывается аналитик и исчезает за дверью нашего кабинета.

Неудачливый даритель остаётся стоять столпом, даже цветы в его руках выглядят несчастными и поникшими. Нас он замечает, только когда мы подходим совсем близко, и Дрейк говорит: — Отправь курьером.

— А? — вздрагивает Виталий. Понимает, что его провал видели посторонние, и моментально выставляет линию обороны.

— Если хочешь непременно всучить девушке подарок, то отправляй его курьером, — дружелюбно разъясняет Дрейк. — Как раз на втором этаже есть такая контора.

— С-спасибо, — Виталий явно