Грубая торговля - Эмма Аллан

Гэри остался завтракать. Он сказал Клер, что любит начинатьдень яичницей с беконом. Поэтому ей пришлось срочно сбегать в ближайшую мяснуюлавку, поскольку ни бекона, ни ветчины в доме не оказалось. Кроме того, Гэри саппетитом выпил апельсиновый сок, чашку кофе и съел несколько ломтейподжаренного хлеба, обильно намазав их клубничным джемом. И при этом заметил,что предпочитает мармелад.

Гэри сидел в новой кухне Клер, размеры которой позволилипоставить в ней большой обеденный стол. На нем был белый домашний комбинезонхозяйки, рукава которого оказались слишком короткими для его длинных рук. Аплечи так распирали комбинезон, что Клер стала опасаться за его целость.

– Что ты делаешь сегодня вечером? – спросил Гэри,покончив с очередным поджаренным и намазанным джемом хлебцем.

– У меня деловой ужин, – ответила Клер, что вкакой-то степени было правдой.

– О!

Клер обрадовала расстроенная интонация этого восклицанияГэри. Хотя оба согласились, что никакого серьезного будущего у них нет, асложившиеся отношения носят чисто плотский характер, она при каждой возможностистаралась убедиться в стабильности его физического влечения к ней.

– А как насчет субботы? – спросила она.

– Я только что хотел с тобой об этом поговорить.

– Итак?

– Помнишь о фотосъемке для журнала, о которой ты мнеговорила?

– Помню.

Клер подумала, что Гэри, видимо, уже успел встретиться сАнджелой.

– Ну так вот. Съемка назначена на завтра. Пока – надень. Но Анджела сказала, что все это может сдвинуться на вечер. Они хотятсделать еще несколько ночных снимков.

– Значит, ты уже встречался с ней. А почему мне ничегоне рассказал?

– Был очень занят.

– Чем?

– Анджела прислала ко мне фотокорреспондента, которыйсделал несколько снимков «Полароидом». Потом она позвонила мне и сказала, чтовсе в порядке. Неплохо?

– Неплохо. А сколько они намерены тебе заплатить?

– Тысячу фунтов, если фотографии будут опубликованы.Если же нет, тогда я получу пятьсот.

– Очень даже прилично!

– Хватит, чтобы купить себе старую веревку.

– Я могла бы прийти и понаблюдать ночную съемку.

– Серьезно?

– У себя на фирме я обычно присутствую на съемках вовремя рекламных кампаний.

– Каких?

– По рекламированию косметики фирмы «Кисс-Ко».

– А! Это мне сказала твоя секретарша, когда я звонил.Насколько я понял, именно эта фирма установила чуть ли не на каждом перекресткерекламные щиты с огромными фотографиями девицы с длинными, покрытыми толстымслоем туши ресницами и ярко намалеванными толстыми губами.

– Чем толще губы, тем больше требуется помады. Вовсяком случае, все это как раз то самое, чем я занимаюсь.

– Чем?

– Руковожу рекламной службой «Кисс-Ко».

– Вот оно что! Тогда понятно, почему ты ездишь нароскошном бордовом «БМВ»!

– Это машина фирмы. Подожди, я должна позвонить Энджи.Мне надо выяснить кое-какие детали. А потом мы можем и поужинать.

– Если это удобно.

– Удобно. Я все организую. Энджи не будет возражать.

– Боже мой! – вдруг спохватился Гэри, взглянув начасы. – Мне уже надо идти!

Он допил свою чашку кофе и побежал вниз. Через несколькоминут Клер, спустившись в холл, нашла его в грязной рабочей робе, в которой онприехал накануне вечером. У самой двери Гэри обернулся к Клер и, обняв ее,крепко прижал к себе. Она снова почувствовала его возбужденный, твердый член…

– Энджи!

– Клер, дорогая, как дела?

– Прекрасно! Насколько мне стало известно, тызаарканила себе нового манекенщика?

– Кто тебе это сказал? Ой, извини! Я совсем забыла пробеседы по ночам в постели!

– Расскажи мне все подробности.

– Джефф поехал к нему. А ты ведь знаешь: если Джеффунадо кого-то запечатлеть, он достанет этого человека из-под земли. Черезнесколько часов он вернулся и привез фотографии. Марджи некоторые одобрил.Остальные останутся для истории.

– Следующая съемка у тебя завтра?

– В середине дня и вечером.

– Понятно. Гэри получит тысячу фунтов?

– Почему это тебя так интересует?

– Он же мой друг!

– Друг! Брось, Клер! Кому ты эти сказки рассказываешь?

– Я просто хотела бы, чтобы ему прилично заплатили.

– Тысячу фунтов. Я тебе это обещаю.

– Прекрасно! А мне можно приехать?

– Куда?

– На съемки.

Последовала пауза. Потом до Клер донесся неуверенный голосподруги:

– А… Нет!

– Почему же?

– Клер… Могу я сказать тебе кое-что по секрету?

– Конечно!

– Видишь ли… Мы хотим продать эти фотографии«Стикшифт».

– Ах вот как!

«Стикшифт» – испанская фирма, финансируемая изГермании, – была главным конкурентом «Кисс-Ко». На этот раз немцы предложилией несколько миллионов фунтов на организацию рекламной кампании, целью которойбыло показать, что только фирма «Стикшифт» может предложить самую пикантную исексуальную косметику, которая не производится ни в одной стране, кромеГермании.

– Ты же сама понимаешь, Клер, что твое присутствие наэтих съемках невозможно, – стала убеждать ее Анджела. – Ну,признайся, разрешила бы твоя Кончита Мартинес присутствовать конкуренту насъемках, проводимых «Кисс-Ко»?!

– Нет. Но, как я поняла, речь идет о мужских костюмаханглийских фирм.

– Первоначально именно так и было. Но Марджи соблазнилопредложение «Стикшифт» поделить доходы на рекламу.

– Я могу переодеться так, что никто не узнает.

– Клер! У меня же будут фотографии.

Клер знала, что Анджела права. Если бы кто-то из «Стикшифт»оказался где-то рядом с местом проведения съемок фирмой «Кисс-Ко», она первойтут же подняла бы шум и устроила громкий скандал.

– Хорошо, – согласилась Клер. – Но ты покрайней мере возьми его под свою опеку.

– Конечно. Твой Гэри будет в полной безопасности.Можешь на меня положиться.

– Я не могу на тебя целиком положиться. Ибо знаю твоюпривычку хвастать своим положением. Такие люди никогда не бывают надежными.