В плену сердца - Тори Майрон

Ого! Надо же какое неожиданное откровение. Признаюсь, в первый миг я неслабо удивляюсь такому честному ответу. Но ещё сильнее меня удивляется Майкл.

– Подожди… Ты хочешь сказать, что это и есть твоя дикая пацанка? – его пропитанный тотальным изумлением вопрос ясно даёт понять, что он приходится Адаму кем-то более близким, чем обычным коллегой или партнёром. Ему явно многое известно. А, может, даже всё. Что ж, прекрасно. Не нужно будет строить из себя приличную мадам.

– Я Николина, приятно познакомиться, – улыбаюсь ярче солнышка, нещадно палящего над головой. – Не знаю, что тебе наговорил обо мне Адам, но не такая уж я и дикая. На людей нападаю только по поводу, а кусаюсь так вообще в крайних случаях или же по личным просьбам. В остальном я вполне себе безобидная и, как мне кажется, теперь мало смахиваю на пацанку. – Жестом руки указываю на мой строгий, но весьма женственный образ бизнес-леди. – Я успешно выполнила твой приказ, Адам? Надеюсь, в таком виде я не опозорю тебя перед твоими сотрудниками?

– Опозоришь? Ты серьёзно?! – поражается Майкл, не дав Харту и слова сказать. – Да наш офисный планктон попадает, как кегли в боулинге, если увидит тебя. Теперь я понимаю Адама. Тут и без магии есть от чего голову потерять, – бурно откровенничает блондинчик, за что получает от молчаливого буки косой, мрачный взор.

Так, понятно. Значит, мальчики сплетничали обо мне. Как приятно!

– А передо мной, насколько я понимаю, стоит лучший друг Адама, верно? – приветственно протягиваю ему руку и, нарочно игнорируя Харта, смотрю блондичнику точно в глаза, что в удивлении ещё сильнее расширяются, становясь похожими на синие оазисы. 

– Ты меня видишь? – с неверием интересуется Майкл, конкретно вгоняя меня в ступор.

– Э-э-э… Конечно. А что, не должна? Ты призрак, что ли?

Он внезапно начинает посмеиваться, покачивая головой. 

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ – Нет. Не призрак. Извиняюсь за тупой вопрос. Я просто привык, что рядом с Адамом девушки меня совершенно не замечают.

– Не может быть такого, – ободряюще усмехаюсь.

– О-о, поверь мне, может.

– Что, прям совсем-совсем? 

– Совсем-совсем. Могу хоть догола раздеться и на руках начать ходить, всё равно останусь невидимкой. Все лавры всегда достаются ему, – улыбаясь, он указывает на безучастного Харта, но, на удивление, без капли обиды или зависти во взгляде. 

– Только не говори, что уже проверял этот способ привлечения женского внимания, – без стеснений рассматриваю Майкла с головы до ног, пока мужчины на недолгое мгновенье переглядываются, будто вспоминая о чем-то своём, отчего даже с уст невозмутимого Харта в итоге срывается короткая усмешка.

– Да ладно?! Ты это делал? – потрясённо выдыхаю. Майкл положительно кивает, и я не сдерживаюсь от смеха. – Вот же блин! Даже представить не могу, как такое возможно, но очень хотела бы на это посмотреть. Голый Аполлон ходит на руках, а глупые женщины вешаются на Харта. Ну точно дуры! Я вот тебя заметила ещё из машины, – выдаю предумышленное признание и опускаю руку на плечо Майкла. – И не будь я сейчас на рабочем задании, собственноручно раздела бы тебя, чтобы лучше рассмотреть твои татуировки. Их у тебя много? – с неподдельным любопытством спрашиваю я, добавляя голосу томности и неспешно подбираясь пальцами к вороту его рубашки, из-под которой виднеется кусочек тёмного орнамента. Но слегка отодвинуть ткань в желании увидеть чуть больше у меня так и не получается: моё запястье резко обхватывает мужская ладонь... Причём Майкла. Прикиньте? Почему-то остановил меня и напрягся всем телом именно блондинчик, а не Харт — чего, в принципе, я и надеялась добиться. Но тот как стоял безэмоциональным столбом, так и стоит. Только не понимаю — где звериные злость и ревность-то? Алло! Я тут для кого стараюсь? 

– А она у тебя та ещё сука, Харт, – быстро раскрыв мои намерения, оглашает свой вывод Майкл. И должна отметить — справедливый. Даже спорить не стану. Но, прошу прощения, и Адам далеко не подарок. Что мне помучать его немного нельзя? 

– Я тебе говорил, – честно отвечает мудак. Говорил, значит? Жаловался, бедненький? Кто же меня сделал такой сукой, а?

– Но ты мне не говорил, что она не ощущает твою силу, – небрежным жестом отбрасывая мою руку от себя, добавляет враз нахмурившийся мужчина, теперь уж заставляя напрячься меня. Какого чёрта?! Как он об этом-то прознал?!

– Она ощущает. Просто вокруг нас сейчас целая куча людей, – сдержанно объясняет Адам, заставляя меня осмотреться по сторонам и мысленно соединить свою ладонь с лицом.

Точно! Толпа! Вот в чём дело! Поэтому Харт и не ревнует, как безумный. Как же я могла забыть об этом? Клуша! Иногда я точно не тем местом думаю, напрочь забывая о важных вещах. 

– Понятно. Ладно. С вами, конечно, хорошо, но я уже опаздываю на встречу. После встретимся в офисе, Харт. 

– Давай, – коротко прощается Адам и пожимает другу руку, несколько секунд ведя с ним безмолвный диалог, который мне понять не дано. 

– Было приятно познакомиться, Майкл! Надеюсь, скоро встретимся снова! – игриво бросаю я в спину красавцу, в открытую проявляя свой интерес. Майкл разворачивается. Ничего не отвечает, а только смеряет меня изучающим взглядом. Правда, на сей раз нет в нём ни капли прежнего радушия и восторга.

– Идём, – безапелляционный тон Харта вынуждает меня оторваться от разглядывания уходящей фигуры Майкла, а сильная хватка руки на моём локте — незамедлительно пойти за ним следом. 

– Ого! Как здесь круто! – восторженно блею я, рассматривая огромный парадный холл здания, с высоченными потолками, что удерживают множество зеркальных колон. Здесь очень светло из-за стен-окон, впускающих солнце со всех сторон, и также до безобразия чисто. Прямо-таки стерильно. Вряд ли на сером мраморном полу удастся найти хоть одну валяющуюся мушку или пылинку. 

– Это место тоже принадлежит тебе? – любопытствую я, оглядываясь вокруг себя для более детального изучения пространства и внешности серьёзных людей, расхаживающих рядом. Но Адам вновь не отвечает, продолжая вести меня к лифтам в полном безмолвии.

– Опять со мной говорить не хочешь? Неужели ты совсем не соскучился? – не унимаюсь я. 

А что мне ещё остаётся? Тоже молчать? Ну уж нет! Намолчалась вдоволь за прошедшие две недели.