Несвобода - Тальяна Орлова

Я стукнула два раза и, не дожидаясь ответа, открыла дверь. Менеджером оказался мужчина, правильнее сказать — довольно молодой парень. Невысокий, худощавый и миловидный. И до того, как он успел изумиться в свою очередь, подошла и заняла единственный стул перед его столом:

— Здравствуйте! Мне очень нравится этот бутик — прекрасная организация. Я сейчас даже не об ассортименте, а о самой атмосфере. Чудесно.

Он встал, вышел из-за стола, окинул меня взглядом, на секунду дольше задержался на сапожках. Да, Вадим Андреевич не поскупился, а есть такие люди, которые сходу могут оценить благосостояние клиента. Я выглядела дорого. Не так дорого, как в прошлой жизни, но хватило на то, чтобы тон его голоса был на всякий случай уважительным:

— Спасибо. Вы наша покупательница? Тогда буду весьма признателен, если оставите отзыв в книге…

Я перебила:

— Оставлю, обязательно. Но я здесь по другому вопросу.

— О, — он снова мельком глянул на сапожки, а потом скользнул по рукам — маникюр я привела в порядок. Прекрасно знаю, чего стоит хороший маникюр в глазах профессионала.

— Пожалуйста, напомните, по какому. Дело в том, что Павел Иванович мне никаких распоряжений не оставлял.

Так, значит, главный тут Павел Иванович, а этот парнишка вряд ли уполномочен решать важные вопросы. Я тоже встала, чтобы смотреть ему прямо в глаза. На каблуках была примерно одного роста. Говорила тихо, не спешила, но старалась, чтобы даже капли неуверенности не промелькнуло:

— Честно говоря, когда Павел Иванович мне предложил, я отказалась. Это была неформальная беседа. Но потом вошла — и влюбилась в это место. Кстати, а где он сам?

— Так… в командировке… с поставщиками… Подождите, а что предложил-то?

— Работать у вас. Так и сказал: «Арина, ты ходячая реклама. Один твой вид способен продать кому угодно какие угодно средства по уходу».

Парень удивленно улыбался:

— С этим даже спорить не буду, но у нас же штат забит под завязку… Да и вы, мягко говоря, не производите впечатления девушки, которая хочет работать на кассе или в зале.

— Почему же? — демонстративно изумилась я. — Думаете, из меня выйдет плохой консультант?

— Да я… вообще ничего не думаю! Но… Простите… Арина, да? Простите, Арина, не могли бы вы оставить свой номер? Я перезвоню вам в ближайшее время.

Во втором бутике я сразу нарвалась на директора. Женщина-акула, которая, казалось, видела меня насквозь. Но даже ее удалось обескуражить:

— Посмотрите на меня внимательно, Анастасия Сергеевна, я и вам продам тушь для ресниц «как у меня».

Она собралась быстро и подняв обе идеально подведенные брови, выдавила:

— Идите, дорогуша, идите, у нас нет вакансий!

Тогда я неспешно вытащила из сумки блокнотик с ручкой, написала свой номер и положила ей на стол со словами:

— На случай, если передумаете.

Кстати говоря, она передумала в тот же вечер. Так и заявила, что мямли ей надоели выше крыши.

В третьем, четвертом, пятом бутиках я вела себя примерно так же. От моего напора терялись абсолютно все — девочки-консультанты и гендиректоры. Нигде мне не предложили работу, но всех я оставляла в одинаковом недоумении и со своим номером. В последнем магазине менеджер оказался довольно приятным мужчиной в возрасте, но взгляд его был слишком красноречив: пойдем со мной в подсобку, и я замолвлю за тебя любое словечко. В подсобку я с ним не пошла, но говорила намного мягче и улыбалась шире. Его я оставила очень обнадеженным, но сама надеялась, что именно этот вариант рассматривать не придется.

Первый звонок поступил тем же вечером. Анастасия Сергеевна говорила сухо, почти грубо:

— Оформляй медкнижку и топай сюда. Если ты хотя бы вполовину такая работница, как производишь впечатление, то зарплатой не обижу.

Я и с медосмотром не успела закончить, когда получила еще два приглашения, в том числе и из первого места. Менеджер, который на этот раз успел представиться Сергеем, со смехом описал, в какой ужас от моего поведения пришел Павел Иванович, который до его звонка о моем существовании и не слыхал. Но раз уж я сама, такая раскрасавица явилась, то стоит дать мне хотя бы шанс — одной девушке как раз лучше будет работаться на складе, поскольку она часто смущается и сильно волнуется, а меня закинуть на ее сектор. Это предложение я и приняла. Так я получила легальную работу, не приложив, в сущности, никаких серьезных усилий. Но успеху не слишком радовалась — просто приняла, как должное. Это еще им, а не мне повезло. Но менеджеру ответила со всей искренностью, на которую была способна:

— Спасибо, Сереж. Обещаю, что ни ты, ни Павел Иванович не пожалеете.

— Надеюсь, — он все еще смеялся. — Потому что пока ты скорее пугаешь. Повезло тебе, что наш директор не из пугливых, но срок испытательный, сама понимаешь.

Я все понимала. Например, то, что на наглости дальше уже не поедешь. Однако самоуверенность лишней не бывает. Но я знала себя — знала, что умею быть ответственной и приветливой. К моим врожденным достоинствам просто прицепились другие, за что я могу благодарить работу у Вадима Андреевича. Он был прав в главном: необязательно торговать сексом, если умеешь торговать намеками. И каждый клиент хочет чувствовать себя особенным. Покажи это с уверенностью бронебойной машины, и ты заполучишь его со всеми кишками. Кстати, о самом Вадиме я вообще запретила себе вспоминать.

Девчонки в коллективе меня встретили настороженно. Они тоже так и не поняли, почему Верочку отправили на склад, а Сереженька терпеливо объясняет мне каждую мелочь. Уверена, сплетен было предостаточно, но и они меня не волновали. Сама я вела себя дружелюбно и совсем немного отстраненно. Захотят — примут, не захотят — без них проживу. Вот эта черта во мне точно была новой и оказалась очень полезной. Никаких сверхусилий в налаживании социальных связей — это скорее отталкивает, чем располагает. И никакого высокомерия или «я не такой как все» — это другая крайность. Я такая же, как они. Даже несмотря на идеальную форму носа или дороговизну обуви.

От Леры съезжать пока тоже не стала. Зарплату мне обещали не такую уж и высокую, чтобы ни в чем себе не отказывать. А поскольку мы с ней легко нашли общий язык, то и необходимости не было. Дела каким-то неведомым образом, но основательно налаживались. Только совсем не думать про Вадима не получалось, но это обязательные издержки отвыкания. Ломка.

Через неделю после моего удачного трудоустройства позвонил Кир. Мы уж с Лерой решили, что его наконец-то вышвырнули, да не тут-то было. Кирилл с упоением рассказывал, что Вадим наконец-то соизволил перевести его на администрирование сайта, а зарплату сохранил, что шокировало всех без исключения. Кир-то, который был в курсе моей ситуации, подсознательно ждал, что начальник будет в ближайшее время рвать и метать, только от брызг кровищи прикрывайся, а оказалось наоборот. Того будто долбануло приступом человеколюбия, которое распространялось на весь штат. И выглядело все это настолько странно, что Кристина предложила отправить босса к психиатру… после чего он ее даже не убил. Это ли не доказательство его невменяемости?