Опекун - Слава Доронина

— Кейтлин, я… Прости, мне не следовало тогда. В общем, давай оставим всё как есть? — предложил он.

— Джервис… — я тепло улыбнулась. — Всё будет хорошо, — и крепко обняла друга.

Похороны проходили в немноголюдной обстановке. Уоррен долго болел, но скрывал болезнь от сына, боясь тревожить. Как глупо… Ведь у нас нет никого роднее, чем родители. Возможно, если бы Уоррен сразу сказал нам с Джервисом. что болен, мы постарались сделать всё возможное, чтобы не стоять сейчас на его могиле!

— Что думаешь делать? — поинтересовалась я. прекрасно понимая, что его, как и меня, больше ничто не держит в этом городе. Наши родители мертвы, мы остались одни. Такома не была больше светлой и близкой, как в далёком и солнечном детстве.

— Буду окончательно перебираться в Сиэтл, — сказал он грустно. — Я ещё не думал. честно признаться.

— С частыми сборами и тренировками невозможно жить на два дома, — согласилась я с ним.

После того, как у родителей дела пошли в гору, мы переехали жить в Сиэтл, и помогли перебраться семье Динов. Но когда скончалась мать Джервиса, Уоррен захотел вернуться обратно. Джервис остался в городе, у него только-только начало что-то получаться на ринге, тренера пророчили ему спортивное будущее. Тогда его выбор казался правильным, но теперь я понимала, что Джервис винит себя в том, что не усмотрел за отцом, что навещал его не так часто, и, возможно, поэтому не заметил ухудшений в его здоровье.

— Мне послезавтра снова на сборы, — сказал он удручённо, — так что можем отправляться домой, — предложил он.

— Да, — кивнула я, оглядывая безлюдное кладбище. Это место было насквозь пропитано скорбью и печалью. а срывающийся дождь, практически никогда не прекращавшийся в Такоме, только усугублял мрачную обстановку этого места.

Дорога обратно не заняла у нас много времени и по приезду в Сиэтл я настояла, чтобы Джервис остался у меня. Мне не хотелось оставлять его одного в таком состоянии. Не сказать, чтобы я и сама преобладала в хорошем настроении: я тосковала по Марку, и мне было невыносимо больно от его молчания, словно он исчез из моей жизни, никогда в ней не появляясь.

Смерть Уоррена выбила из колеи не только Джервиса, но и меня. Мне было жаль его отца, хотелось хоть как-то окружить Джервиса заботой, чтобы он не чувствовал себя одиноко.

— Красиво, — послышался голос Джервиса из гостиной, где стоял мольберт с красками и кистями. — Ты такая же талантливая, как и Сьюзан, — он восхищённо рассматривал мою мазню. Я выглянула из кухни, убирая чистые тарелки в шкаф.

— Ты думаешь? Или задабриваешь, чтобы я снова приготовила твои любимые спагетти? — улыбнулась я. наклоняя голову на бок и скептически осматривая свои зарисовки. — Она ещё не готова, — заметила я, не к месту вспомнив счастливую улыбку Марка, который получал явное удовольствие от полётов.

— Где это? — спросил он, переводя взгляд в мою сторону. Я забросила дела на кухне и прошла в гостиную.

— В Сан-Хуане, — услышала я позади голос Марка и замерла, не веря собственным ушам. От неожиданности я совсем забыла, как дышать и. наверно, говорить.

Потому что мне потребовалось какое-то время, чтобы прийти в себя от внезапного появления мужчины.

— Ты? — повернулась я к нему лицом. Марк стоял передо мной, как ни в чём не бывало. Выражение его лица не предвещало ничего хорошего… Меньше всего я ждала нашей встречи именно сейчас.

— А что тебя так удивляет? — бросил он вызов. — Я твой опекун, если ты не забыла, — напомнил он. — Пришёл удостовериться, что ты ещё жива и Вивиан до тебя не добралась. Или тебя что-то смущает в моём присутствии? — спросил Марк, сверля меня и Джервиса насмешливым взглядом. По всему его виду и интонации в голосе было понятно, что он получал удовольствие, кидая в мой адрес колкие замечания. — Кажется, я нарушил вашу идиллию? — кривая ухмылка тронула губы, отчего мне тут же захотелось ударить Марка по лицу, чтобы стереть с него этот самоуверенный оскал.

— Кейт что происходит? — вмешался Джервис. — Почему он так с тобой разговаривает? И кто такая Вивиан?

Мысленно я ликовала, Марк появился как нельзя кстати. Пусть подозрения, опорочившие меня, грызут его теперь ещё сильнее. Пусть он мучается от этих чувств, как заставил мучиться и меня все эти дни.

— Джервис, всё в порядке, — спокойно ответила я. — Марк уже уходит, — я посмотрела на него испепеляющим взглядом, давая понять. что сегодня не тот вечер, когда он может вот так просто появиться в моём доме и вести себя так, словно я ему была чем-то обязана.

— Да ну? — выплюнул он. — Я ещё недостаточно много увидел… — небрежный тон заставил меня снова вспомнить то утро, когда я попыталась ему всё объяснить, наплевав на собственную гордость.

— Ты не на выставке, — холодно бросила я. — И, кажется, собирался уходить, — я вежливо намекала ему покинуть дом, так как чувствовала, что ничего хорошего из этого разговора и встречи не выйдет. Не хватало ещё продемонстрировать перед Джервисом обратную сторону жизни в доме Марка, чтобы окончательно сломить его после смерти отца.

— Вот именно, никуда я не собирался уходить! — ответил он, проходя вглубь дома, приближаясь к картине, которую я не успела закончить. Я опешила от его самоуверенности и посмотрела на Джервиса, молча наблюдавшего за перемещениями незваного гостя.

— Кейтлин, может, объяснишь мне, что здесь происходит? Почему он так разговаривает с тобой? — Джервис вновь попросил от меня объяснений.

Марк развернулся на месте и с той же кривой усмешкой на губах посмотрел на Джервиса.

— Кажется, Кейтлин не одного меня ввела в заблуждение? — с наигранным сожалением проговорил он.

— Что? — Джервис непонимающе перевёл на меня взгляд.

— Марк… — попыталась я его остановить, понимая, что ничем хорошим этот разговор не закончится. — Тебе лучше уйти…

— А то что? — не дал он мне договорить. — Джервис узнает о том, какая ты нехорошая девочка, что соблазняешь нового опекуна за его же спиной? — я прожгла Марка ненавистным взглядом. Да что он возомнил о себе? Какое право он имел приходить в мой дом и говорить подобные вещи? — Я пришёл извиниться за своё поведение в ту ночь, но как вижу, ты нисколько в нём не нуждаешься. Тебя, по-видимому, и так есть, кому утешить, — меня забила крупная дрожь, казалось, произнеси он ещё хоть одну язвительную реплику в мой адрес, я упаду на пол, так и не вдохнув глотка воздуха от дикой, сжимающей боли, что лишала возможности полноценно дышать.

— Кому-то лучше остановиться в своих обвинениях, — вмешался Джервис, заметив моё состояние.

— Да что ты понимаешь? — Марк перевёл взгляд на Джервиса и посмотрел на него так, словно перед ним стоял глупый ребенок. — Какая выгода тебе с того, что она спит с нами обоими? — лицо Марка исказило пренебрежение, а я отшатнулась в сторону, словно меня ударили по лицу.

Джервис, долго молчавший и практически не участвующий в разговоре, подлетел к Марку и с размахом ударил в челюсть, повалив на пол. Марк нисколько не ожидавший такого сильного удара смерил Джервиса яростным и гневным взглядом, намереваясь нанести тому ответный удар.