Их любимая малышка - Ирина Горячева

Марина

Обед длился уже чёртову прорву времени. Во всяком случае, мне так казалось.

Мужчины бесконечно обсуждали какие-то свои ке-тарийские дела, суть половины из которых я вообще не уловила. В какой-то момент даже перестала прислушиваться. И поскольку благодаря маске можно было не бояться встретиться взглядом с кем-то из высших двуликих, я увлеклась разглядыванием орнаментов на стенах зала и пейзажа за окнами.

Однако вскоре от этого занятия меня оторвало оживление среди присутствовавших за столом.

Оказалось, я увлеклась настолько, что упустила момент, когда Элрой встал.

— Хм. Подарок? — Император, смотрел на него с искренним удивлением. А я поняла, что пропустила ещё и часть разговора, имевшего отношение к истинной цели нашего с Элом визита на Тариону. — Что ж, наместник Керташ. Признаться, я заинтригован. Ступайте и доставьте сюда ваш подарок.

Император Ашенафи небрежным взмахом руки указал на дверь и улыбнулся. И вслед за ним все члены Совета одарили Элроя улыбками.

Глядя из-под маски на сидевших за столом ке-тари, я подумала:

«Отлично Марина! У меня для тебя две новости. Хорошая — Совет и Император, кажется, положительно настроены. Плохая — ты остаёшься одна, без защиты и поддержки, и только от тебя зависит, останется ли первая новость хорошей».

И, как будто прочитав мои мысли, Элрой бросил на меня взгляд, в котором я увидела оттенок тревоги.

— Мой Император. — Почему-то не отводя глаз от меня, наместник Земли слегка склонил голову. — Уходя, в знак моей вечной преданности я оставляю вам самое ценное своё сокровище.

— Со мной ваше сокровище в безопасности, — заверил его Император.

Даже мне было заметно, с какой неохотой Элрой покидал зал. Мы вместе с главным ке-тари планеты Тариона проводили его долгими взглядами. Затем Император повернулся ко мне, и его тёмные глаза опасно сверкнули.

— Вот вы и остались со мной наедине, савари Марина. Не боитесь?

Мои пальцы непроизвольно опустились на салфетку и скомкали её.

То, что Император любил говорить фразами, похожими на намёки, я уже поняла. Как и то, что на самом деле эти фразы имели иной смысл. Спровоцировать, заставить нервничать и таким образом вывести на реальные эмоции.

И сейчас я могла солгать или сказать правду. Выбор был за мной. И ошибиться я не имела права.

— Мой Император. — К сожалению, ни Элрой, ни Киннок не сказали мне, как савари следует обращаться к правителю двуликих. Поэтому из всех обращений я выбрала то, которое слышала от наместника. — Я боюсь и не боюсь одновременно.

— Вот как? Отчего же? — хмыкнул Император, отправляя в рот очередную порцию еды.

— Отчего я боюсь? — Я пожала плечами, кокетливо поправив волосы. — Мы с наместником Керташем и наши жизни целиком в вашей власти, мой Император.

— Справедливо. — Он кивнул, соглашаясь с моим суждением. — А отчего не боитесь?

— Оттого что вы дали слово наместнику Керташу. — Склонив голову набок, я слегка прищурилась, хотя Император и не мог видеть мои глаза. — Разве существует что-то столь же надёжное, как слово самого Императора?

В зале на миг повисла тишина. Кажется, правитель двуликих и члены Совета зависли, обдумывая сказанное мною. А затем помещение наполнилось звуками хохота. Император смеялся громче всех, слегка запрокинув голову, а остальные ке-тари вторили ему, как попугаи.

— Смелая, острая на язык и страстная… — перечислил главный ке-тари планеты. — Как наместник справляется с такой женщиной?

— Уверена, что Императору известны разные способы усмирить страстную женщину, — отмахнулась я от него.

Император посерьёзнел, медленно отложил столовые приборы в сторону и окинул взглядом всех, кто находился за столом.

— Я выслушаю мнение Совета о дальнейшей судьбе наместника Земли позже. А сейчас желаю говорить только с савари.

Моё сердце подпрыгнуло в груди и едва не прекратило биться. Если ещё пару минут назад я почти поверила в свою безопасность, то теперь испытала страх.

Зачем Император Ашенафи попросил членов Совета выйти?

Мне хотелось остановить их, но, к сожалению, это было не в моих силах. Единственное, что я могла, это молча наблюдать, как двуликие один за другим покидали зал.

Как только за последним из них закрылась дверь, Император со вздохом откинулся на спинку высокого кресла.

— Хотите знать, о моих способах укрощения женщин?