Дикарка для волка - Ляна Вечер

Обход Левенроса — не блажь. Я бы никогда не сорвался в лес, оставив Рокси в поселении, не будь на это веской причины. Брату упорно казалось, что он чует запах соседей у восточной границы наших владений. Без своего хвалёного нюха сказать точнее он не мог, а врага на месте преступления ни разу не застал. Позвал меня, чтобы я принюхался. Если ублюдки Корга ошиваются рядом с Левенросом — это точно не случайность и ни хрена не шутки.

— Ну? Чуешь что-то? — младший нервно озирался по сторонам.

— Нет, — я с досадой сплюнул на снег.

Вечерело. Я не жрал со вчерашнего дня, прошагал несколько десятков миль, но чувствовал себя вполне сносно, если не считать, что мне нюх словно отрезало. Почему? Да кто его знает! Метаморфозы в моём организме случались регулярно, и их многообразие поражало воображение.

— Дать тебе способность превращаться по желанию? — предложил Марк. — Попробуй учуять волчьим носом.

— Не стоит, — я задумчиво уставился на падающие с неба снежинки. — Не уверен, что выживу после такого.

У меня имелись сильные сомнения по поводу оборота. Пока луны не видно, можно не напрягаться, но тучи разойдутся, и придёт моё время стать зверем. Лучше, чтобы старая кость в это время была рядом. Мало ли что… Про дар от нового вожака и речи быть не могло — слишком опасно.

— Ты напрягаешься по поводу Рокси, поэтому ничего не получается, — брат уселся на поваленную ель. — Расслабься, Мих. Давай.

Легко сказать — расслабься. Я нахмурился. На душе неспокойно. Наша связь с парой ещё недостаточно окрепла, и, находясь от неё так далеко, я не чувствовал… Ни хрена не чувствовал. Глобальная бесчувственная тишина сводила с ума.

— Без толку, — выдохнул и повернулся к младшему. — Надо выставить ребят вдоль границы. Пусть приглядывают.

— Выставлю, — брат мотнул головой. — Только как бы поздно не было. Чего они тут топтались?

Марк готовился принять новую должность и даже начал думать головой, интересоваться делами стаи. Немалый вклад в ясность ума моего братца-разгильдяя внесла волчица с севера — та, которую я едва не забраковал… Новая учительница языка и легенд Грозова неопытна, но талантлива. Знал, что они с Марком встречаются, и после этих встреч замечал в младшем грандиозные изменения. Вот только души в его порывах не было.

— Ладно, идём домой, — я хлопнул Марка по плечу. — До праздника пара часов, и луна может появится на небе в любой момент.

— Мих, мне страшно, — признался, поднявшись на ноги. — Что если ты не переживёшь это полнолуние?

— Ничего, — я направился вперёд, разгребая снег сапогами. — Это случится рано или поздно, в полнолуние или нет. Неважно.

— Пойдём короткой дорогой, — брат указал в противоположную сторону.

— Хочешь в яму свалиться?

Младший предлагал пойти по охотничьему пути, где мы вырыли немало глубоких ловушек для зверя. Стае приходилось охотиться не только в звериной ипостаси, чтобы мяса всегда было с запасом.

— Брось, — Марк отмахнулся. — Я каждую яму помню. Так быстрее доберёмся. Идём.

Смело, конечно… Но соблазн поскорее увидеть Рокси и Лоу и успокоиться сильнее осторожности. 

Полчаса — и мы уже не так далеко от дома. Сердце почему-то ускорилось, в груди металось беспокойство. Что не так, чёрт возьми?.. Шли с Марком по узкой, заметённой снегом тропе, ловко обруливая замаскированные ветками ямы.

— Марк, прибавь шагу, — я подпихнул брата в спину.

— Стой, — вместо того чтобы ускориться, он остановился.

— Ты охренел?!

— Тихо! — повернулся ко мне, прижимая указательный палец к губам. — Слышишь?

— Ни хера я не слышу! — психанул. — Шевелись давай!

— Да тихо ты! — рявкнул младший. — Скулит кто-то.

Я прислушался. Действительно — скулёж. Слабый и очень жалобный писк, стоны. Даже у меня сердце защемило.

— Там, — я показал в сторону одной из наших ям.

На дне одной из ловушек мы обнаружили девушку. Она была плоха и пахла, как… Трикси.

— Вот чёрт! — стоя на коленях у края ловушки, Марк принюхивался. — Мих, это Трикси.

— Уже понял…

В висках стучали раскалённые молоты. Нянька не могла сбежать от повелителя эльфов. От него вообще нельзя сбежать! Как она тут оказалась?.. Если только Трикси никогда не была в гареме.

Спрыгнул вниз и сам захотел сдохнуть. Даже в полутьме смотреть на девчонку больно. Изуродованная, едва живая, она лежала на спине, тихо постанывая, смотрела стеклянными глазами вникуда.

— Трикси, — позвал, аккуратно накрыв холодную девичью пятерню ладонью.

— Вожак… — прохрипела, заскребла пальцами по снегу, мешая его с землёй. — Это вы? Это правда вы?.. — на её губах мелькнула слабая улыбка.

— Тихо, тихо, — пытался понять, что с девчонкой. — Береги силы. Сейчас что-нибудь придумаем.

— Что случилось? — младший спустился к нам. — Давай её наверх поднимем.

— Не трогай, — рыкнул на брата. — Встать можешь? — задал вопрос волчице.

— Ног не чувствую…

— Похоже, хребет сломан, — я поднял глаза на Марка. — Беги за Акурой.

— Нет, — Трикси занервничала. — Я уже вижу свою смерть, вожак. Не надо шаманку… Келли, это она всё…

— Что? — у меня перед глазами на мгновение потемнело.

— Она продалась Коргу. И Сали… он тоже… — говорила, тяжело дыша. Каждое слово давалось девчонке с трудом. — Келли не носит ребёнка. Сали не повёз нас в город, он нас к Коргу… Их шаманка заколдовала Келли, чтобы было похоже, что она бер… бере… — захлебнулась словами. — Келли всё сделала, чтобы вернуться в стаю, а я отказалась им помогать, и меня… Я вчера сбежала. Домой… — облизав пересохшие губы, Трикси сомкнула веки. — Дикарка и Лоу… Левенрос…

Последние слова и последний вздох девчонки совпали. Твою мать! Я сжимал в ладони хрупкую руку Трикси и не верил ни ушам, ни глазам. Горечь утраты члена стаи для вожака — тяжёлая ноша, а в случае с няней ещё и полностью моя вина. Ни за что самку загубил…

— Мих, — Марк потряс меня за плечо. — Она что… всё?

— Всё, — я поднялся на ноги. — Вылезай, быстро!

— Но… Э-э… — у младшего клинило, взгляд неадекватный. — Мих, это наша Трикси!

— Твою мать, ты слышал, что она сказала?! — тряхнул брата, чтобы привести в чувство. — Сали — крыса, Келли не беременна. Они всё это подстроили. Рокси и Лоу в опасности!

Вскарабкался наверх, буквально выдернул Марка из ямы за воротник куртки и снова взял за грудки. Заглянул в мутные от ужаса глаза младшего — всё стало понятно без слов. Момент просветления, чтоб его! Брат не станет вожаком — ни сейчас, ни потом. Никогда. У него слишком тонкая душевная организация. Младший может держать в кулаке букет из беличьих хвостиков для самки, но не стаю. Случившееся выбило беднягу из колеи.