Отец моей подруги - Сандра Бушар

Два с половиной года спустя

С момента нашего «примирения» с родителями прошло много времени. Ни я, ни Витя им не доверяли. Но с дня рождения Глеба они как будто поменялись. Все свободное время проводили с внуком. Были очень добрыми, заботливыми и любящими. В какой-то момент даже муж согласился, что внука они таки любят. И на том спасибо.

Больше всего они помогали мне, когда ходили с ним гулять. В такие моменты я могла заняться домом, готовкой и… учебой. Потому что рано или поздно все равно проедется возвращаться и я во всю к этому готовилась.

Конечно, уговор был такой – отпускать на улицу ТОЛЬКО с няней и охраной. Но сегодня был какой-то совершенно особенный день. Во-первых, у Вити предстояла огромная сделка на миллионы, и он подтянул всю охрану в офис к «эпицентру событий», нам оставив одного Сережу. А у Сережи, чтоб его не ладно, мама с аппендицитом в больницу слегла.

— Виктор Семенович трубку не берет, — посетовал мне тот, — Могу я у вас отпроситься? На часик, а?

— Конечно, Сереж, — без капли колебаний согласилась я. — Мы все равно никуда не пойдет. С Глебом только около дома погуляем. Там и так охрана есть.

А потом еще и няня наша с гриппом уехала прямо из дома своего на скорой. Благо, на сыночке это никак не отразилось. Потому я отправила маму погулять около дома с Глебом, пока сама принялась судорожно готовить сюрприз.

«Я знаю, что у тебя сейчас перерыв начинается. Быстро домой!» - написала я мужу, с трудом сдерживая взбудораженный смех. Все было просчитано идеально – от офиса до работы пять минут на авто. Мы все успеем и еще время останется.

«Что такое, котенок?» - пришел ответ мгновенно.

«Горю!» - выдала я и тот тут же напечатал: «Так может пожарных??»

«Эм… Могу, конечно, и их вызвать. Только боюсь, что это пожар не в их компетенции, любимый.» - многозначительно отослала. Потом подумала… Вдруг не достаточно прозрачно? И добавила: «Тут муж нужен со своим тушительным шлангом. Знаешь такого?» и получила лишь один ответ: «Понял. Сейчас буду, зай»

— Через пять минут еще наберу. — и тут же сбросила. Потому что надо было еще чулки пристегнуть, а одной рукой это почти невозможно. Не научилась еще.

Дверной замок щелкнул, как раз в тот момент, когда я волосы поправила, которые в Голливудские локоны уложила.

— А-а-аль, — многообещающе и игриво прокричал мне муж, быстро вышагивая по квартире, — Котеночек, ты где, а? Отряд быстрого реагирования уже на месте.

— С мамой, — игриво прошептала я.

— Один что ли? — опешил муж.

— Под окнами! Я каждые пять минут звоню! — демонстративно вытянув палец вперед, я набрала маму и поставила громкую связь:

— Мама, пусть мне Глебка что-то скажет! Дай ему трубку.

— Внук, скажи своей маме, чтобы она мне не разряжала телефон! — запричитала женщина, сунув трубку сыну.

— Мамочка, паровозик вжих-вжих… Ти пидесь? Я тибя жду! — мне тут же стало спокойно, и я кратко попрощалась, пообещав, что скоро увидимся. Витя тоже заметно расслабился. И двинулся на меня с видом завоевателя.

— Признавайся, — многозначительно хмыкнут тот, размашисто проведя ладонью от моей шеи до самого пупка, будто специально не касаясь груди. — Что ты уже там хочешь?

— Ничего, любимый, — наивно заморгала глазками я, широко улыбаясь. — Порадовать тебя захотела! Вот и все…

— Не рассказывай, Аль. Я же тебя уже, как облупленную знаю, — многозначительно хмыкнул тот, поддевая пальцем один из бантиков на груди, медленно его развязывая. С таким детским восторгом, будто Новогодний подарок. У меня аж коленки затряслись. — Это ты «просто так» брендовое белье купила, да? Ага-ага. Так я и поверил. Да ты на салфетках экономишь, а тут такое…

— Стоп! А ты откуда знаешь, что оно брендовое, а? — возмутилась я, поймав его руки и одарив пронзительным взглядом.

— Тебе подарок на днях выбирал, — закатил глаза Витечка. Мол, опять она со свой ревность. Но, я-то видела, как сильно его это заводило. — Говори, котенок.

— Да ничего я не хочу! Успокойся. — резко вскочив на колени, я принялась массировать мужу плечи, затем шею, а после и голову. Обычно это по щелчку пальцем убивало в нем остатки разума, включая кое-что другое. То, что пониже живота. — Ты просто у меня такой хороший… И добрый… И вообще: самый-самый любимый…

— А-а-ал-я-я, не морочь мне голову, — прорычал мужчина хрипло, но строго. Держался, жук. Не сдавался.