Его игрушка - Оливия Лейк

Джейсон

«Это лифт или черепаха?» — молча вскипел на очередной остановке. Почему так медленно! Я снова набрал Дэдэ. Тишина. Блядь! Ну ответь, ответь же! Мне нужно услышать ее голос, жизненно необходимо. Я сжал кулаки, гипнотизируя светящееся табло, беря под контроль страх. Этого не может быть, просто не может быть!

— Мама, а мы пойдем завтра к Грейси? Ты обещала, — услышал голос маленькой девочки со смешными ушками в место шапки. Черт! Дэдэ у врача. Я бросил взгляд на часы. Пятнадцать минут третьего. Она наверняка там еще. И я должен быть там! Она ждет меня!

— Здравствуйте, — двери лифта распахнулись как раз, когда в клинике сняли трубку, — моя жена записана на прием к доктору Сандерс на два часа, можно узнать она еще там?

— Назовите, пожалуйста, имя вашей супруги? — ответила девушка.

— Дэйдра Морган-Сторн.

Один. Два. Три. Внутри все сжалось. Будь там, пожалуйста, просто будь там.

— Извините, но миссис Сторн не явилась на прием.

Внутри все оборвалось, а по позвоночнику пробежал противный холодок. Я не верю. Не может такого быть!

— В центр судебно-медицинской экспертизы, — глухо бросил Сэму, падая на заднее сиденье.

За окном мелькали машины, улицы, магазины, а у меня в голове каша. Никогда не думал, что мне придется прочувствовать на себе страшное действие фразы «вам нужно опознать тело». Я даже рассмеялся, тут же поймав в зеркале заднего вида обеспокоенный взгляд Сэма. Это не может быть моя жена. Я сегодня обнимал ее! Видел ее живой! Дэдэ не может умереть! Ей двадцать пять, она молода и здорова, беременна и нужна мне. С ума сойти, как нужна. Она просто не может бросить меня! Какая жестокая насмешка судьбы. Я не хотел отпускать жену, и она ушла… Я не стал додумывать, даже мысленно не хочу материализовать это. Все это ужасная ошибка!

На ступенях центра меня ждали детективы. Одного я узнал. «Блядь», — я мысленно ударил кулаком стену. Блядь! Блядь! Блядь!

— Джейсон, — Крис твердо пожал мою руку, с какой-то упрямой обреченностью глядя мне в глаза. Мы знакомы с детства. Матери по сей день общаются. Кристофер Мэдан мог стать блестящим адвокатом, пойти по стопам отца и деда, а стал детективом. И мне его взгляд не сулил ничего хорошего. — Я принял вызов.

Я упрямо сжал губы, сглатывая вязкую слюну. Крис знал Дэдэ. Я даже его тост на нашей свадьбе до сих пор помню «пока цветут фиалки». Короткий, очень, но со смыслом. Фиалки цветут круглый год. Где же моя фиалка? Где она?

— Это какой-то бред? — категорично выдал я. Сюрреалистический сон. Крис сжал мое плечо. Я скинул его руку. Нахер мне не нужно сочувствие! Мне Дэдэ нужна!

Светлые коридоры, кабинеты со стеклянными перегородками, суета и активность. Для этих людей это просто работа. А для кого-то — рухнувший мир. Я все еще не верил, но это не значило, что ничего не чувствовал. Мне уже было больно.

— Проходите, — перед нами распахнула дверь женщина в белом халате и очках, делавших миловидное лицо строгим. Она работала. На столе лежало тело, накрытое простыней. Было прохладно и пахло какой-то дикой стерильностью.

— Джейсон, это Эбби Маккавей, патологоанатом.

Я сухо кивнул, не смея отвести взгляд от простыни. Я и слышал-то их через призму остро работавшего подсознания. У Дэдэ ночью был странный приступ, а вдруг он что-то спровоцировал? Да, защитный механизм психики включился тут же — ищет рациональное в иррациональном.

— Муж? — тихо уточнила женщина. Не у меня, естественно.

Она подошла к изголовью и, убедившись, что я готов, стянула простынь. Я прирос к полу. Нет, это не она. Разве может живая, яркая Дэдэ лежать так тихо? Я не узнавал в посеревшем лице, в спутанных волосах, в мертвенной бледности свою красавицу-жену. Но и ошибиться невозможно. Это она. Моя Дэдэ. Я всматривался в глаза в надежде, что они распахнутся, полыхнут изумрудной зеленью, что длинные ресницы поднимутся. Я цеплялся взглядом за посиневшие губы, за родинки, за острые плечи… Стоп. Мозг сработал в автономном режиме, возвращая меня назад. Родинка над губой у Дэдэ справа, а сейчас слева. Или нет? Она всегда была слева, пока Дэдэ не свела ее лазером. Но у этой женщины родинка по-прежнему с левой стороны. Я подошел ближе, коснулся волос, убирая темные пряди с шеи.

— Что это? Родимое пятно? Не замечал.

— Плохо смотрел.

У Дэдэ никогда не было на шее круглого бурого пятнышка, а у… А у кого, собственно? Я пока не понимал, что происходит, но должно ведь быть какое-то объяснение? С кем я жил последние полгода? Если это — Дэдэ, — мозг прояснился, четко фиксируя детали: это именно Дэйдра Морган-Сторн. То кто тогда та женщина, жившая со мной в одном доме, спавшая в моей постели, беременная от меня? Я нихрена не понимал! Кто, блядь, может мне объяснить?!

— Это ваша жена, мистер Сторн?

— Джейсон? — Крис даже до моей руки дотронулся, привлекая внимание.

— Да, — задумчиво отозвался я. — Это Дэдэ. — Снова осмотрел ее, прежде чем спросить: — Что с ней случилось?

— Вскрытие еще не проводилось, но визуально можно сделать вывод, что ваша супруга умерла от асфиксии.

Дэдэ задушили. В голове не укладывалось. Кто мог это сделать? Зачем? Полный пиздец какой-то.

— Когда это произошло?

— Между полуночью и тремя часами ночи примерно.

— Джейсон, нам нужно побеседовать, — сказал Крис, приглашая пройти в соседний кабинет. Что же, меня ждет допрос, и я не знал, что говорить. Присутствие копии жены в моей жизни даже мне казалось бредом сумасшедшего.

— Когда ты видел Дэдэ в последний раз? — начал Крис, когда я устроился в кресле.

— Давно. Месяцев шесть назад.

Да, та, что сегодня провожала меня на работу не Дэдэ. Я понимал, что полиция легко выяснит, что мы с женой бывали вместе на людях за последние полгода много раз, но я пока не готов рассказывать про вторую Дэйдру Морган-Сторн. Сначала сам выясню, кто она такая, потом решу, что делать.

— Ты не виделся с женой полгода? — удивился Крис.

— Да, Дэдэ я не видел после отъезда в Калифорнию, — и я ведь не лгал.

Мы проговорили еще минут пятнадцать, пока второй детектив не вмешался, решив дать мне свыкнуться с потерей и пригласив завтра в участок для дачи показаний. Они, вероятно, пока проверят правдивость моих сегодняшних заявлений.