Они под запретом - Алайна Салах

- Как ты? - лицо Миши наполовину скрыто полумраком - непременным атрибутом любой первоклассной вечеринки - но даже он не в силах спрятать деликатное сочувствие в его глазах. Миша Борзаков один из немногих, кто был свидетелем наших встреч с Арсением и конечно обо всем догадался.

Я отхлебываю вино и крепче сжимаю ладонями плечи. Слёзные каналы переполнены, но, к счастью, у меня хватает сил не разреветься. Достаточно и того, что куча народу стала свидетелями моего позора. Какая же я дура. Поэтому Володя и не торопился меня приглашать. Вернее, он и вовсе не собирался, потому что знал: Арсений придет с Инессой.

Если бы не боязнь окончательно сровнять свое достоинство с землей, я бы вылетела из-за стола в ту же минуту, как Арсений занял свое место рядом с ней. Как же больно! Неужели он специально это делает? Чтобы отомстить мне за поцелуй с Даней? Как можно быть таким жестоким? В наш последний разговор в машине я призналась, что скучаю по нему, а он взял и пришел с ней.

- Я в порядке, - в подтверждение своих слов я дёргаю губы в подобие улыбки. Выходит не слишком правдоподобно, но сейчас это максимум актерского мастерства, на которое я способна.

- К столу вернёшься?

Повинуясь мазохистичному порыву, я смотрю туда, где полным ходом продолжает течь веселье. Именинник продолжает принимать поздравления, гости смеются и чокаются бокалами. Инесса смеётся вместе со всеми - у нее явно хорошее настроение. Ещё бы: она ведь пришла на вечеринку под руку с ним. Наверняка чувствует себя победительницей.

Арсений по-прежнему сидит рядом, перед ним - стакан с апельсиновым соком. А я-то, дурочка, вообразила, что из-за меня он снова начал пить. Даже виноватой себя чувствовала.

- Нет, я наверное ещё немного тут постою.

Понимающе кивнув, Миша уходит. Можно прогуляться в уборную, чтобы там тихо всплакнуть в кабинке, ну или хотя бы просто освежить лицо в попытке стереть с него отпечаток боли. Но вместо этого я продолжаю себя мучить. Вот Инесса наклоняется к Арсению, чтобы что-то сказать и по-хозяйски кладет ладонь ему на колено. Светлые волосы издевательски переливаются в свете потолочных ламп. Ее руку он не сбрасывает и не кривит лицо - наоборот, чуть подавшись вперёд, слушает.

Внутри все сжимается в протесте. Он слушает ее с интересом и... уважением. Для чего он это делает? Чего добивается? Знает, что я смотрю и хочет ударить побольнее? Я же помню: раньше Инесса его совсем не интересовала.

- Все веселятся, а ты как мышка в угол забилась, - слышится весёлый мужской голос слева.

Я с трудом отрываю взгляд от мучительного зрелища и оборачиваюсь.

- Аина, правильно?

Это один из друзей Володи: Андрей или Олег, как-то так. Он недавно говорил тост.

- Правильно, - глухо роняю я, борясь с желанием снова вернуться к подглядыванию.

- Я Андрей.

У моего незванного собеседника красивая улыбка. Ровные белые зубы и пухлый, немного женственный рот. Он высокий , плечистый, вполне симпатичный. Но разве это имеет значение, когда он - не Арсений?

- Заказать тебе выпить? - Андрей с намеком смотрит на пустой бокал, который я сжимаю в руке.

Мой первый импульс - отказаться. Просто потому что я разбита, а ухаживания не интересующего меня парня не вызывают ничего кроме усиливающейся пустоты в душе. Но потом меня вдруг осеняет: это мой шанс сыграть по правилам Арсения. Использовать для этих целей Данила я не могу по многим причинам, а незнакомого Андрея... Пусть это не слишком порядочно, но сейчас мне необходимо себя реабилитировать. Сколько можно выглядеть жалкой и неуклюжей?

- Предлагаю вернуться к столу, - благодаря новому плану, мой голос наконец зазвучал бодро. - Я пью белое вино.

Мой собеседник явно не новичок в знакомствах: ослепительно улыбнувшись, кладет руку мне на поясницу и увлекает к месту празднования. Его ладонь ощущается как инородный предмет, от которого хочется избавиться, но я терплю. Если Арсений привел Инессу, чтобы заставить меня ревновать, то я могу сделать то же самое.