Глаза русалки - Mut-Em-Enet

— Я не хочу!

— Уверенна? — он запускает руку в мои брюки и касается трусиков, — абсолютно сухие?!

— Суше Сахары, не хочу же… И руку свою убери!

— Значит будет больно, — он тянет брюки вместе с трусами вниз. Шансы спастись близятся к нулю.

Я нащупываю какую-то банку, предположительно с краской, но закрытую. И пытаюсь до нее дотянуться.

Он с силой приподымает меня под попу и усаживает на стеллаж. Мои брыкания вообще никак не действуют. Разводит ноги и попутно расстёгивает ширинку. Хух, попала я как кур в ощип. Его готовый член уже совсем близко. Мама, неужели все будет именно так.

Но рука все-таки дотягивается до краски, и я бью его этой самой банкой по башке. Гена пошатнулся, но не упал, а просто съехал по стенке. Сердце колотится! Я дрожащими руками натягиваю белье и брюки, пытаюсь запахнуть блузку и опрометью бросаюсь прочь из подсобки. Вроде Гена дышит и вроде живой. Поделом!

— Ой, а чего это Вас баба Зина так? — спрашивает Марина, наш дизайнер и моя подчиненная, указывая на оторванные пуговицы.

— Была бурная дискуссия, но я ее убедила, — пытаюсь оправдаться и натягиваю жакет.

Остаток дня я провела за столом и даже в туалет не выходила, чтобы у коллег не появлялись вопросы насчет моего внешнего вида.

Вечером, когда я шла к машине опять на моем пути встал Геннадий:

— Тебе что мало прилетело? Еще хочешь?

— Ну и сука ты, Оксана!

— Сука, согласна, только вот не твоя!

— Моя!

— Ой, Гена, очень интересный разговор, но домой хочется…

— Я еще закончу начатое…

— Ой, прости за мой французский, напугал старую шлюху голым членом…

Сажусь в машину и уезжаю.

Дома меня ждал сюрприз. Спасибо Соне!

— Мам, у нас гости!

— Какие еще гости, я никого не звала и вообще устала как собака…

— Катин папа, ну помнишь мы еще свататься ездили! Он на кухне.

— Ты зачем его впустила? — у меня легкая паника, снимаю пальто и сразу на кухню.

Картина маслом, стоит мой генерал у плиты и что-то кашеварит.

— Ярослав Александрович, чем обязана Вашей святейшей аудиенции?

— Чего ты так поздно? Ребенок вон голодный, а у тебя есть совершенно нечего…

— И Вы, сам князь тьмы, решили приехать и мне ужин приготовить?

— Что с твоей блузкой? Где пуговицы делись? — смотрит на меня вопросительно. Ах, эти черные глаза.

— Несчастный случай на производстве.

— Мужчина?

— Сразу трое… А Вам какое дело?

— К сожалению, Дусечка, уже есть… Помощь нужна с этими твоими тремя? А то выглядишь, как жертва неудавшегося изнасилования…

Сразу видно эксперта! На глаз определил.

— Во-первых, товарищ генерал, не называйте меня Дусей, я понимаю: слабая память, возраст и тд., во-вторых, чего Вам от меня надо?

Корецкий не отрываясь от своего занятия:

— Во-первых, я буду называть тебя как захочу, Дуся, а во-вторых, не в глаза ж твои ясные я приехал на ночь глядя заглянуть…

— А почему бы и нет?

— Глаза красивые, признаю…

— Боже, как лестно, слышать такое от самого генерала Корецкого.

Господин Мефистофель оставляет свое занятие и подходит ко мне вплотную:

— Я тебе еще много чего могу сказать… Потом… Если захочешь…

— Чего не сейчас?

— Какая ты нетерпеливая, Дуся!

— Хорошо-хорошо…. Только ответьте мне наконец — чего ж Вам, блин, надо?

— Ты ж дизайнер вроде?

— Вот только не стройте из себя дурачка, Вам не идет ей-Богу, прекрасно же сами знаете, уже видно пробили по всем базам…

— Подловила…

— Ну и?

— Сегодня ездил в кондитерскую, смотрел торты…

— Вы сами? Вам некому это поручить?

— Так, еще раз меня перебьешь, пожалеешь.

Молчу, не хочу знать насколько страшен генерал во гневе.

— Ну вот! Что-то все, что мне показали, мне не нравится…

— Посмотрите какой эстет…

— Я предупредил! — хватает меня под локоть и со всей дури звонко бьет по заднице.

— Вы дурак? И может у Вас и справка есть? — потираю место удара, — Синяк же будет!

— А ты язык свой придержи… И кому ж ты собираешься этот синяк показывать?

— Кому надо…

Генерал не отпускает мой локоть:

— Правда больно?

— Ага! А Вы как думаете… Вот бы Вам тоже сейчас двинуть, — в шутку замахиваюсь.

— Двинь, и посмотришь, что будет!

— Опять по заднице?

— Не угадала..

— В голову? Ну я знала, что Вы человек жесткий…

— Дуся, — его лицо совсем близко, — как же с тобой тяжело!

— Да ну что Вы? Со мной все легко и просто!

— Это кто ж тебе такое сказал?

— Все говорят!

— Они тебя бессовестно обманывают, — Корецкий улыбается и целует меня в лоб.

Какой отеческий снисходительный жест.

— В лоб? Я что Вам — покойница?

— А куда же? — еще и ухмыляется.

— В попу, блин…. — сама от себя не ожидала.

— Туда тоже можно, — генерал не сдерживаться и начинает смеяться, — но это уже на следующем этапе наших отношений!

— Какие у Вас планы на меня оказывается, — смотрю с вызовом.

Корецкий скромно молчит… Молчит и смотрит, мол и ты замолчи хоть на секунду.

— К торту?

— Да, отвлекла ты меня в очередной раз. Хочу, чтобы ты торт для Кати и Стаса нарисовала. А по твоему эскизу его и изготовят.

— И это все? Я ж вроде больше по технике и печатным валам, ну надо, я нарисую… чего было переться на другой конец света — позвонили бы, да и все?

— Увидеть тебя захотелось, не видел давно…

— Скучали? В начале 15 лет, а потом и месяца не можете протянуть…

— Глупая ты, Дуся… И язык у тебя очень длинный.

— Чего это я глупая? Вполне средние умственные способности.

Генерал снова нависает надо мной:

— Зови дочку, буду вас кормить, а то ты только языком и способна болтать.

Ужин прошел, как говорится, в теплой дружественной обстановке.

— А Вы правда генерал или это кличка такая? — спрашивает Соня.