Отрави меня вечностью - Олеся Айдарова

Она больше дразнила их, чем сосала.

— Хватит нас мучить, — прохрипел Кай, он первым не выдержал. — Я хочу быть сзади. — Вампир повернул Герти к себе спиной и поставил на четвереньки.

Смял ягодицы, слегка раздвигая, и ввёл между них большую головку, мягко проталкивая её внутрь.

«Тела вампиров более крепкие, чем человеческие, но менее податливые,» — вспомнила почему-то Герти слова Ларса.

«О, да… я запомнила тот первый раз…» — она поймала глубокий взгляд высшего вампира и увидела себя со стороны, зарумянившуюся с открытым розовым ртом.

Кай уже вводил член на полную длину, заставляя Герти громче дышать и выгибаться ему навстречу. Но это было только начало. Он перехватил кончик белой косы, намотал её на кулак и заставил подняться, прижимая худую спину к своей широкой груди.

Ларс был рядом. Руки легли на грудь. Жадный поцелуй смял розовые губы. Герти обняла его за шею, чтобы удержаться — тело потряхивало, как в первый раз, когда они вошли в неё оба. Тогда ей было больно в первые минуты. И до сих пор она не могла привыкнуть к этому трудному началу, хотя жаждала именно этой близости.

Пальцы Ларса принялись за чувствительный клитор, обводя, вдавливая подушечками и порхая на нём.

— Ах… А-а-а-а!.. — Герти снова кончила и легла на тело Ларса.

Кай приостановился, чтобы дать ей время пережить внутренние пульсации и самому насладиться сжимающейся дырочкой. По ногам потекло что-то тёплое и густое.

Пользуясь моментом эйфории, который слегка затуманил восприятие Герти, Ларс приставил головку ко входу спереди и плавно скользнул внутрь. Не сразу, но постепенно, он проникал в тугое лоно всё глубже и глубже, растягивая стенки и позволяя привыкнуть его девочке к двойному проникновению.

Они всегда начинали двигаться одновременно, не сговариваясь, но именно в тот момент, когда Герти ещё сама раздумывала, готова она или нет?

— Да… — каждое движение, наполняющее до предела и опустошающее её, переживалось остро и в то же время, как сквозь полупрозрачное полотно.

Время замедлилось. Или ускорилось?.. Её сжимали одновременно два тела. Четыре горячие ладони обхватывали талию, поглаживая время от времени груди и попку. Внутри скользили головки их фаллосов. А запахи леса смешивались с ароматами белых цветов и кружили голову. Герти всегда было трудно сохранять ясное сознание, когда её мужчины овладевали ею одновременно.

— Ах!.. — она вскрикнула, когда поняла, что то самое волшебное ощущение между ног нарастает, смешивается с её кровью и скоро взорвётся внутри, разлетаясь искрами чистого счастья…

А пока два члена двигались в ней в такт, одновременно наполняя, сводя с ума, заставляя забыть обо всех условностях, страхах, прошлом и будущем…

Это было волшебно, волнующе, до дрожи в телах, на грани, которую они обжили втроём, исследовали вдоль и поперёк. Вместе взлетая к небесам и падая во тьму…

«Вечность, отравленная голодом, существованием во мраке, безвестности и уединении — малая плата, если подумать, за эту любовь, разделённую на троих…»

Конец