Их любимая малышка - Ирина Горячева

— Ну, а всё-таки, скажи. — Если я чего-то хотела по-настоящему, меня сложно было сбить с пути.

Видимо, учитель был неплохим психологом и запросто разгадал эту мою особенность. Потому что он совсем не попытался уйти от ответа и совершенно безразличным тоном перечислил:

— Меня скорее всего в наказание высекут плетью. Твой ребёнок родится и будет отдан в приёмную семью. Тебя наместнику придётся собственноручно казнить.

Я сглотнула слюну.

— А что будет с отцом ребёнка?

— Ничего, если он ке-тари.

После открывшейся перспективы я не была уверена, хочу ли продолжать разговор на эту тему.

К счастью, это не понадобилось. Мы подошли к двери в очередную комнату, и Киннок остановился. Я последовала его примеру.

— Это купальня. Я настоятельно советую отправиться сюда прямо сейчас. Тебе следует привести себя в порядок перед осмотром. Всё необходимое ты найдёшь на месте, в шкафу. — Он то ли кивнул, то ли поклонился мне. — Увидимся завтра утром, савари.

Прежде чем уйти, он открыл передо мной дверь в купальню.

После всего, что довелось пережить за сегодняшний день, я чертовски устала. И меньше всего хотела сейчас принимать ванну. Но раз уж мне предстоял осмотр личного врача, я решила всё-таки прислушаться к совету Киннока и смело шагнула в помещение.

Купальня состояла из двух комнат.

Одна из них представляла собой огромное помещение с каменным бассейном в центре. Он был наполнен яркой бирюзовой водой, от которой шёл приятный запах. Его широкий бортик по всему периметру опоясывала красно-коричневая деревянная дорожка.

В самой купальне имелись две широкие скамьи напротив по обе стороны каменного бассейна.

Другая комната, относительно небольшая, была чем-то вроде раздевалки. Здесь находился шкаф с махровыми простынями и множеством разных бутылочек разной степени наполненности. Гели, шампуни, кремы и какие-то масла…

Кажется, наместник Керташ был большим любителем земных средств личной гигиены. А может, эта купальня предназначалась исключительно для женщин землянок?

Наверное, тот аромат, что шёл от воды, как-то воздействовал на меня. Притягивал. Потому что я точно помнила, что не собиралась принимать водные процедуры. Но несмотря на это, сбросила с себя одежду и достала из шкафа махровую простыню.

Шлёпая босыми ногами по полу, я отправилась в купальню, наполненную водой. Бросила простыню на деревянный бортик и спустилась по ступеням в бассейн.

Ощущения от воды, ласкающей кожу, лёгкий цветочный запах — всё это успокаивало и убаюкивало.

Не знаю, как долго я пробыла в купальне, когда меня начало клонить в сон.

Я поднялась по каменным ступеням, вышла из воды и, наклонившись, подхватила простыню. Оставляя за собой мокрые следы босых ног, на ходу обернулась мягкой, тёплой тканью.

По телу приятными волнами растекалась истома и лёгкость. Я ощущала себя чистой и счастливой. И почти свободной.

На самом деле это, разумеется, было не так. Я это понимала. Не понимала только, почему высший двуликий спас меня от смерти. И, главное, зачем? Зачем я была нужна наместнику?

Мои мысли неожиданно обратились к Элрою.

Он ведь мог купить себе любую женщину. Так почему выбор пал именно на меня? И что означала непонятная фраза: Право золотого месяца?

Размышляя обо всём этом, я не заметила, как миновала помещение купальни. Решив при первом удобном случае расспросить обо всём подробно у учителя, я улыбнулась собственным мыслям.

Да уж, это могло бы быть весело. Если бы происходило не со мной.

Я открыла дверь, шагнула за порог и…

Сердце на краткий миг остановилось, пропустив удар. Напротив стоял и смотрел на меня Он. Мой спаситель и мой кошмар. Высший ке-тари. Наместник Земли Элрой Керташ.

— Какого чёрта?! — Я осеклась, вспомнив, что не должна смотреть на него и задавать ему вопросы без позволения.

Двуликий, к счастью, то ли не заметил мою оплошность, то ли принципиально решил проигнорировать.

— Подойди, — не сводя с меня взгляда, приказал он. Тихо, но жёстко.

Живот тотчас скрутило от страха, а ноги стали ватными. И всё же я не рискнула ослушаться.

После счастливого избавления от проблем с командующим армией Рисаем Дирроном мне не хотелось нарваться на проблемы с самим наместником.

Еле передвигая подгибающимися ногами, пошла прямо на двуликого. Пока он не остановил меня жестом.

Я замерла перед мужчиной, нервно комкая дрожащими пальцами край простыни, прикрывавшей моё тело. Неодобрительный взгляд ке-тари пробежал по мне от груди вниз и остановился там, где заканчивалась ткань.

— Нет, так не годится, савари.

Наместник Керташ покачал головой и, прежде чем я успела сообразить, что произошло, резким рывком сдёрнул и отшвырнул на пол махровую простыню.

Я вскрикнула и отшатнулась, прикрывая руками интимные места, насколько это вообще было возможно.

— Подними руки и упрись ладонями в стену, — скомандовал двуликий властно.

Понятия не имею, почему, но я подчинилась, даже не попытавшись возразить. Шагнула лицом к стене, почти вплотную прижавшись грудью, и подняла руки. Было страшно и, к моему стыду, немного любопытно.

— Зачем вам… — Я не смогла удержаться от вопроса.

— Тебе, Элрой, — перебил меня мужчина на полуслове.

— Что, простите? — не поняла я.

— Я велел впредь обращаться ко мне на «ты» и по имени, — терпеливо объяснил ке-тари. Лёгкий шлепок по бедру заставил дёрнуться и стал неожиданным дополнением к словам Элроя. — Разведи ноги и замри!

— Что ты собираешься делать? — От страха я не сразу заметила, что сама без напоминаний перешла на «ты».

— Собираюсь узнать, почему Ройтан так просил спасти тебя. И какую благодарность потребовать у тебя за то, что рисковал своим положением. Надеюсь, ты ещё не передумала?

Я хотела съязвить, но все слова мгновенно улетучились из головы, когда звонкий шлепок обжёг мою ягодицу. Я машинально сделала шаг в сторону, расставив ноги.

— Стой смирно, или я тебя накажу, — строго предупредил двуликий. — Помнится, ты интересовалась, что мне нравится. Так вот. Мне нравится, когда моя женщина податлива и послушна. И не нравится повторять дважды.

Между ног легла горячая мужская ладонь, и удушливая волна стыда прилила к щекам.

Что этот мужчина себе позволяет? По какому праву так обращается со мной?

«Право золотого месяца…» — пронёсся в голове самый очевидный ответ.

— Ты спас меня, чтобы привести сюда и трахнуть?

Вместо ответа двуликий чуть надавил на податливую плоть, и в меня протиснулся его палец. Я почувствовала его проникновение так остро, что вздрогнула с тихим всхлипом.