Ричард Длинные Руки - маркиз - Гай Юлий Орловский

– Нет, – ответили мне ошарашенно.

– Гм… ладно, после нас будут. Поехали!

Обратно кони шли резво, то и дело срывались в галоп. Пираты развеселились, орали песни и соревновались, бросая ножи во встреченные деревья.

Спасибо Гуголу, насчет соседей успокоил очень аргументированно. Очень не хотелось бы, чтобы вторглись в такое время, когда у нас перестройка и прочие дефолты. Пусть приходят тогда, когда перестроим экономику, поднимем вэвэпэ и создадим контрактную армию.

А впрочем, тогда сами можем прийти к ним и спросить дружески: а че вы тут делаете? Под вами есть нефть? А пока что дел хватает понеотложнее. К счастью, капитаны кораблей, а теперь графы, бароны и виконты ловят мои указания и советы на лету. Как всякий гений, я ни хрена не понимаю в деталях, это ж какую голову надо иметь, зато помню основы. Детали же прорабатывают и сразу внедряют в работу олигархи: время – деньги. К тому же конкуренции здесь, оказывается, больше, чем на море. И эта конкуренция заметна уже сейчас, жестче…

На другой день после визита к Гуголу я в сопровождении капитанов Гитарда, Узингена и десятка конных пиратов предпринял инспекционную поездку вдоль побережья. Удаленную от берега часть маркизата оставил на потом, там тыл, все главное происходит здесь – в пределах двух-трехмильной зоны от берега.

Маркизат покрыт густыми величественными лесами, что как нельзя лучше подходит как для ремонта кораблей, так и для самых высоких мачт. На берегах обычно располагаются рыбацкие деревушки, а также лагеря охотников за жемчугом. С возвышенной части в бухты впадают ручьи с прекрасной питьевой водой.

Пираты предпочитают глубоко защищенные бухты, где могут отремонтировать корабли, пополнить суда провизией и запасами воды. Самая большая и прекрасно защищенная бухта ухитрилась дать приют городу Сорси, что даже крупнее Золотого Пеарла, и огромному поселению на другом берегу. Город расположился в устье реки Шатле, там пираты построили свою судоходную верфь. Верфь выпускает, правда, лишь небольшие кораблики, но все-таки ею кормится несколько сот человек.

– Теперь будут кормиться тысячи, – заверил я бодро. – Мы создадим рабочие места, а кормить они будут… понятно, нас в первую очередь.

– Еще понадобятся дома для рабочих, – заметил Узинген довольно, – а раз так, то и всякие там пекарни, кузницы, швейные… Интересно, кому эта бухта досталась?

– Кажется, капитану Коклевану, – сказал Гитард. – То бишь графу.

– Надо у него перекупить, – решил Узинген. – Пока тот не сообразил, что это место стоит больше, чем он думает.

В наскоро построенном поселении, готовом при появлении королевского флота все бросить и уйти в глубь материка, располагаются в основном склады. Там пираты ненадолго складируют свою добычу, что усилиями перекупщиков вскоре отправляется караванами в глубь территории. Сама бухта связана дорогами с городами в глубине маркизата, однако и там все зависит от воли всесильных пиратов, что могут организовать пешую или конную экспедицию в любой конец маркизата.

Кони весело мчатся по мелководью, вода взлетает из-под копыт изумрудными брызгами, вижу, как прыскает во все стороны рыбья и прочая мелочь.

Узинген заорал песню, ее подхватили сопровождающие, тут же все оборвалось: в беспощадной синеве неба пронеслась, как раскаленная стрела великана, гремящая и шипящая комета, похожая на исполинский бенгальский огонь.

– Великий Самаэль! – вскрикнул Узинген.

– Да пребудет с нами его мощь, – добавил Гитард.

– Он все еще продолжает битву, – сказал Узинген знающе.

Комета ушла за горизонт, Узинген тут же заорал песню снова, пираты подхватили, а я смотрел на расплывающийся в атмосфере слабый след.

Что не комета – точно, это показалось мне великанским мечом, только что вытащенным из горна. Хотя, возможно, мы видели огненный след какой-нибудь крылатой ракеты? Что, если где-то в глубоко зарытой шахте проржавели контакты и произошел самопроизвольный запуск?

Узинген пустил коня в галоп, крикнул весело:

– Город Хорст!

Хорст, получивший имя от бухты того же названия, показался мне намного более жизнеспособным, чем даже столичный Золотой Пеарл. Он чуть не лопается от самодовольства и достатка, жизнь кипит, как в лесном муравейнике накануне вылета самок. В основном здесь живут ремесленники, чья забота – ремонтировать и обслуживать корабли, а также сторожа большого количества складов для хранения корабельной оснастки, кож, а также зерна и муки, что завозят из верхних районов маркизата.

Я озирал город холодно и раздраженно. Кроме трех каменных домов, что выглядят неплохо, остальные жилища представляют собой землянки, бараки и даже шалаши, что совсем уж недопустимо в местах, где лес покупать не приходится. Только те три каменных дома покрыты черепицей, все остальные – соломой, уже прогнившей, прелой, неопрятной даже с виду. Как же, мелькнула злая мысль, все деньги зарабатывают, на эстетику время не находится. Трудоголики…

Корабли в порту разгружают с подозрительной торопливостью. Ну, это понятно, пусть королевских войск перестали страшиться, зато могут напасть пираты с другого корабля, а то и команды двух-трех кораблей. На телегах подвозят товары, корабль их возьмет на борт, со складов тянутся цепочки согнутых носильщиков с грузом на плечах.

Поспешность понятна и потому еще, что многое связано с попутными ветрами и течениями, сезоном тайфунов, даже миграцией каких-нибудь морских змеев, те только в определенное время года нападают на суда.

– Хорошо, – сказал я. – Очень хорошо.

– Что хорошо, сэр Ричард? – спросил Гитард.

– Работают, – пояснил я. – Жилы рвут!.. Спешат. Вот с таким народом и будем строить светлое будущее капитализма. Пока что понятно, с каким лицом, а потом, со временем, и с человечьим. Виконт Филипп!.. Вы говорили, что хотите заняться рыболовецким промыслом?

Пират заулыбался, когда я назвал его виконтом, все никак не привыкнет, но замотал головой.

– Нет-нет, сэр Ричард, напротив! Меня уже тошнит от вида воды. Я хочу забраться подальше в холмы, выстроить замок, развести овец и коров… Мой отец когда-то был овцеводом, я знаю, что на торговле шерстью можно хорошо заработать.

– Это Фроил хотел, – подсказал Гитард.

– Прекрасно, – сказал я с энтузиазмом. – Виконт Фроил может взять себе хоть все рыбное дело маркизата, а может, если потянет, еще и эту гавань с ее хозяйством.

У Фроила загорелись глаза, но, будучи уже немолодым и бывалым пиратом, крякнул и сказал со вздохом:

– Хорошо бы… но, боюсь, что вы правы, маркиз. Дров наломаю, если ухвачусь за все, а умных помощников где возьму? Потому я бы посоветовал гавань и все склады и прилегающие земли отдать моему шкиперу Эрбаху. Мы с ним плаваем уже лет десять, так что споемся и здесь.

– А он потянет?

– Он самый хозяйственный, – заверил Фроил, – из всех, кого я знал.