Бури над Реналлоном - Дмитрий Веряскин

Девушка пыталась кричать, но крики получались сиплыми и тихими, больше похожими на кашель.

Поименованный Торго растянул губы в подобии улыбки.

– Кричи, кричи. Тебя никто не услышит. Все спят, а я нет, – хихикнул он.

– Дурак, ты что затеял? Отпусти меня немедленно! Не смотри на меня!

– Так отпустить или не смотреть? – Он провел ладонями по девичьему телу, с удовольствием чувствуя его дрожь. Вожделения так и не возникло. Девушка была жалкой, а не соблазнительной.

– Гордись, женщина. Твоя ничтожная жизнь послужит первым слагаемым моего могущества. Настоящего могущества – не тем крохам, что вы тут вымучиваете десятками оборотов зубрежки и жития в голоде и грязи. Жаль, ты всего этого не увидишь. Но ты сама выбрала свою судьбу, отвергнув меня.

– Мразь… Какая же ты мразь, – еле слышно прошептала девушка, оставив попытки вырваться из веревок. – Когда мастер узнает, он тебя…

– Твой мастер такое же ничтожество! – возвысил голос Торго. – Он не узнает. Прощай, маленькая замарашка! Ар’Ардалар, услышь меня! Я дарю тебе эту жизнь и эту душу. Выполняй, что обещал! – с этими словами он ударил девушку в сердце.

– Не так быстро, господин, – раздался вкрадчивый и ужасающий одновременно голос. – Нужно разрезать жертве живот. Поспеши, пока она жива. Мертвое тело бесполезно.

– Но я весь перемазался! – капризно воскликнул Торго.

– Неужели будущего архимага пугают несколько капель крови? – В голосе была откровенная насмешка.

– Нет, конечно… Но…

– Торопись, господин! Ее жизнь утекает, а я не получил достаточно сил, чтобы послать к тебе рабыню.

Молодой маг скривился, выдернул неудобный странный нож, проколов ладонь, зашипел, но начал неумело, рвя плоть, резать тело жертвы. Кровь брызнула во все стороны, распростертая на камне девушка забилась в агонии.

– Хорошшо… – прошипел голос. – Теперь опять воткни кинжал в сердце. Ты сделал все как надо…

Капля крови сорвалась с ладони и смешалась с кровью Талиры. Вокруг камня разгорелось сиреневое свечение, призрачное, почти незаметное. Принесший жертву брезгливо смотрел, как выгибается в конвульсиях тело, и пропустил момент, когда из распоротого живота показалась голова…

Несса с удивлением увидела себя. Хотя нет, у лезущей из чрева умирающей девушки демоницы были глаза без радужной оболочки – просто черные провалы в бездну. И появившиеся руки были покрыты мелкой чешуей…

Видение померкло. Призрак перестал метаться и сник. Несса покрепче ухватилась за коготь, стараясь не пораниться, – и выдернула его из камня. Слабо светящаяся фигура отлетела в дальний конец пещеры, кости рассыпались прахом.

А в следующий миг призрак, ставший более плотным и ярким, набросился на квартеронку. Почувствовав ледяное прикосновение, Несса почти инстинктивно отмахнулась зажатым в руке когтем.

И коготь распорол призрачную субстанцию. Сквозь светящееся нечто проглянула темнота пещеры.

– Освобождаю тебя! – выкрикнула Несса, нанося еще один, поперечный, удар по рвущемуся к теплой крови сгустку негативной энергии. – Кровь к крови, дух к духу! Ты свободна, покинь мир живых.

Краем сознания Несса отметила издевательскую формулировку изгнания. Этот коллективный склеп был чем угодно, только не миром живых. Но тем не менее фигура побледнела, свечение угасло, и она распалась невесомой капелью.

Только сейчас девушка перевела дыхание. Как оказалось, все это время она не дышала.

Ужас исчез вместе с призраком. Чувствуя боевое возбуждение, Несса выскочила из пещерки и нос к носу столкнулась с ушедшими спутниками.

Инглав в очередной раз поймал девушку за плечи:

– Что тут было? Ты как?

– Я?.. Вроде живая. Тут был призрак… Я его прогнала.

– Ай да тихоня! – насмешливо, но без издевки произнес Тарташ, поднимая светильник повыше. – В одиночку справилась. Сильна…

– Кажется, я видела часть послания… – проговорила Несса, в мыслях пересматривая увиденное.

– Что ты имеешь в виду? – переспросил Инглав, с тревогой вглядываясь в лицо девушки.

– Долго объяснять.

– Пойдемте дальше. Уверен, впереди нас ждет еще часть мозаики, – произнес Тарташ, направляясь в темноту.

Явление второе

Тьма и свет

Коридор все петлял и никак не кончался. Ватная тишина, в которой терялись шаги, давила на уши. Спустя колокол Нессе стало совсем не по себе.

– Тарташ, погоди! – Квартеронка сама удивилась, как жалобно прозвучал ее голос.

– Что еще? – недовольно обернулся тер’коэр, останавливаясь.

– Ты уверен, что нам нужно туда?

– Мы осмотрели все пещеры и пока что ничего, кроме призрака, не нашли. А нам нужно совсем не это. Так что перестань ныть и идем.

– Что-то мне не по себе. Здесь удивительно мерзко.

– Пошли, пошли, – подтолкнул девушку в спину Инглав. – Что бы тут ни было, нам нужно найти исток.

– Ты уверен, что тебе этого хочется? – обернулась Несса.

– Я уверен, что мне хочется быстрее свалить отсюда и еще быстрее оказаться как можно дальше, – честно ответил тас’шер, покрываясь частичной трансформой.

И только Тарташ казался совершенно спокойным. А может, и не казался.

– Идемте уже, слабаки, – проскрипел он, не поворачиваясь. – Здесь ничуть не более мерзко, чем на любом кладбище. И негативной энергии я больше не чувствую.

– Можно подумать, ты ее до этого чувствовал… – пробурчала Несса, но пошла следом за менталистом.

– Можно, – разрешил тер’коэр. – Подумай. Тебе это будет полезно.

– И ты ничего не сказал?! – Крик Нессы вспугнул темноту, заметался между стенами пещеры.

– Ты ничего не спросила. Откуда я знаю, что тебя интересует?

Несса прожгла взглядом спину менталиста.

– Ну, знаешь…

– Не знаю, – ухмыльнулся тот. – По мне – обычная прогулка. Ну разве что затхло и душновато тут. А так ничего особенного.

– Скотина! – выдохнула обиженная девушка.

Тарташ пожал плечами, не удосуживаясь ответом.

Они шли и шли, казалось, бесконечность. Наконец светильник выхватил стену, перегородившую проход. Некогда в стене была могучая дверь из толстенных досок. Сейчас труха и ржавые железные полосы валялись в проходе.

– Вот тут есть некий… фон, – произнес Тарташ, перед тем как войти. – Но он не опасен. Не отставайте.

Едва они вошли, маленькая круглая пещера озарилась. Стены ее были покрыты обломками кристаллов, на гранях которых заплясали, преломляясь, лучи света.

Пещера была очень маленькой, шагов десять от силы. И большую ее часть занимал распростертый скелет, обтянутый иссохшей кожей. Полукровки столпились у его ног, оглядываясь.