Пустая могила - Джонатан Страуд

– А Холли не захочет в нее переехать? – задумчиво спросил Джордж, услышав, как она зовет нас с кухни. – По-моему, ты собирался ее об этом спросить, Локвуд.

Локвуд положил свою кисть поперек банки с краской, и мы с ним пошли к двери.

– Не думаю, что Холли захочет сюда переезжать, – сказал он. – Я спрашивал, но она ответила, что ей лучше жить отдельно. Кстати, вы знаете, что она снимает квартиру на двоих с одной девушкой, которая служит в ДЕПИК? Лично я этого не знал, это для меня новость.

Мы спустились вниз, громко стуча ногами по голым деревянным ступеням. Ковер с лестницы тоже исчез, как и украшения со стен, оставшихся голыми, поцарапанными копьями, простреленными пулями, обожженными магниевыми вспышками. Разумеется, мы отделаем их заново – работа предстоит большая, но она будет нам в удовольствие. Окна в доме были открыты, а снизу из кухни наплывал чудесный аромат горячих тостов и жареного бекона. Ничего, наш дом будет выглядеть еще лучше прежнего, дайте только время.

На кухне только что прозвенел сигнал тостера, вытолкнувшего из себя готовые тосты. На сковороде шипела яичница. Холли доставала из нового шкафа коробки с кукурузными хлопьями. Дверцы у этого шкафа еще не были привешены, поэтому Холли просто запускала внутрь руку, выуживала коробки и передавала их Квиллу Киппсу, сидевшему рядом за кухонным столом. Двигался Киппс пока еще медленно, неловко – свободно владеть левой рукой ему не давали наложенные швы – и выглядел костлявым и бледным, но на ходячий труп он, в общем-то, всегда был похож. Принимая это во внимание, можно сказать, что Квилл находится если и не в лучшей, то уж точно не в самой плохой форме. Во всяком случае, только у него одного, в отличие от нас, после путешествия на Другую Сторону не появилось седины в волосах. Принимая коробки с хлопьями, он не переставал хмуро рассматривать нашу новую, чистенькую, хрустящую скатерть для размышлений, уставленную всякими вкусностями.

– Холли говорит, что именно я должен обновить эту скатерть, – сказал он. – Написать на ней что-нибудь или нарисовать. Чудной какой-то ритуал, честное слово.

– Давай-давай, пиши или рисуй, иначе завтрака не получишь, – сказала я. – Извини, но такие уж у нас, брат, правила.

– Да просто неприличную карикатуру нарисуй, и все, – посоветовал Джордж. – Я всегда так делаю, когда не знаю, что мне изобразить.

– Ага, именно так он и делает, – подтвердил Локвуд. – Нарисует он, а аппетит от его картинок пропадает у меня.

– Кстати, об аппетите… – сказала Холли, наклоняясь над тостером. – Послушай, Люси, ты не могла бы убрать куда-нибудь подальше свой замечательный тухлый череп? Я его видеть не могу. Мы же все-таки едим за этим столом, а?

– Прости, Хол.

– Понять не могу, зачем ты ставишь его на стол каждый раз, когда мы садимся есть. Тем более что сейчас в самом разгаре прекрасный солнечный день и твой призрак ну никак материализоваться не может.

– Да, наверное. Хотя с этими призраками никогда нельзя быть в чем-нибудь уверенной наверняка… Джордж, ты где сесть собираешься?

– Вот здесь, рядом с Квиллом.

– Хорошо, только постарайся не наклоняться и вообще не делать резких движений, – предупредил Киппс, с опаской косясь на тренировочные штаны Джорджа.

Я окинула радостным взглядом заставленный горячими тостами поднос, который водрузила на стол Холли, и пошла на свое место. Локвуд уже занял традиционное место во главе стола и начал разливать по кружкам горячий чай.

– Так, посмотрим… – Джордж потер ладони, окидывая взглядом весь стол. – Чай, тосты, яйца, джем, шоколадная паста, кукурузные хлопья в сахаре и в другой посыпке… Да, это настоящий классический завтрак в агентстве «Локвуд и компания». Эй, постойте! А это еще что такое?

– Это мерзкий обугленный череп, с которым Люси не хочет расставаться и повсюду таскает с собой, – мрачно ответила Холли. – Лично я предпочла бы видеть его в какой-нибудь банке или коробке, если уж не имею возможности вообще его не видеть.

– Да нет, я не про череп спрашиваю, с ним все ясно. Я про эти вот вазочки-чашечки с семечками, орешками и прочей ерундой. Господи, да они даже не соленые! Жесть! Откуда они взялись?

– Из кладовки, – наябедничала я. – У Холли там заначка имеется.

– И ты втихаря ходишь в подвал, чтобы погрызть орехи и семечки? – укоризненно посмотрел на нее Джордж. – Меня удручает даже не столько то, с каким небрежением ты относишься к своему телу, если кормишь его этим… этими… сколько то, что делаешь это тайком. Мне от такого огорчения даже торта вдруг захотелось. Скажите, у нас нет торта?

– Ты прекрасно знаешь, что к завтраку у нас торт не подают, – отрезал Локвуд. – Ешь что есть.

И Джордж вместе с нами принялся уплетать «настоящий классический завтрак», принятый в агентстве «Локвуд и компания». Прекрасный это был завтрак, скажу я вам, хотя обстановку, в которой он проходил, никак нельзя было назвать нормальной. Дело в том, что кухня пострадала едва ли не сильнее, чем остальные части дома. Когда мы впервые после той ночи пришли сюда, двери и окна были разбиты, мебель по большей части вообще уничтожена, на покрытом линолеумом полу остались пятна крови и дыры с обожженными краями. С кухни мы и начали восстановительные работы – ведь кухня, как известно, центр любого дома. Его семейный очаг, так сказать. Короче, мы немедленно содрали и выбросили линолеум, вынесли сломанные шкафы. Заменили разбитое окно. Повесили новую дверь на черном входе – осталось только ее покрасить. И, разумеется, купили новый стол и застелили его новой скатертью для размышлений. И знаете, после этого у нас сразу появилась уверенность, что и весь дом точно так же восстановится. Просто ему, как и нам, необходимо время, чтобы поправиться.

А сегодня выдалось прекрасное утро, чтобы выздоравливать. В саду нагнула свои усыпанные яблоками ветки яблоня. Свежая молодая травка успела почти полностью затянуть выжженные пятна на земле под крыльцом и возле двери подвального этажа. Не сегодня-завтра я начну собирать яблоки – уж в этом году у меня точно найдется для этого время. А еще засею новой травой лужайки. Потихоньку общими усилиями покрасим окна, потом восстановим свой офис в подвальном этаже. Сделаем новые соломенные чучела и повесим их в комнате для фехтования. Повесим полки и заново заполним их книгами и безделушками. Найдем новые артефакты, чтобы украсить ими стены, и купим новую мебель. Денег хватит на все – стараниями инспектора Барнса мы получили за свою последнюю операцию очень щедрое вознаграждение от ДЕПИК. А самое главное – нам предстоит решить, каким образом возобновит свою работу агентство «Локвуд и компания».

Такое уж время настало – пора заканчивать одни дела и начинать новые.

– Как сегодня ведет себя наш приятель? – неожиданно спросил меня Джордж. По просьбе Холли из центра стола череп я, конечно, убрала, но не далеко – теперь он стоял возле моей тарелки. Череп тоже сильно пострадал в бою – обуглился, почернел, на нем появилась глубокая трещина, идущая от одной глазницы до самого темечка. Я понимала, почему он так неприятен Холли, но это меня, если честно, не очень-то волновало.