Пустая могила - Джонатан Страуд

Чуть позже тем же утром бригады ДЕПИК перекрыли конец Стрэнда и полностью взяли ситуацию под свой контроль. Составили списки выживших, погибших и пропавших без вести. Затем из Дома Фиттис начали выносить тела мертвецов, в числе которых были Пенелопа Фиттис и сэр Руперт Гейл. Еще одни останки, найденные в пентхаусе среди мусора, вынесли накрытыми белой простыней и погрузили в фургон ДЕПИК, который немедленно рванул с места и унесся на предельной скорости.

Мы, сотрудники агентства «Локвуд и компания», наблюдали за всем этим, сидя за столиком возле витринного окна кафе «Серебряный единорог», расположенного прямо напротив зоны бедствия. К тому времени мы уже прошли через руки врачей «Скорой помощи», которые оказали нам медицинскую помощь на месте – обработали и перевязали раны, вкололи лошадиные дозы инсулина, чтобы нейтрализовать вред от долгого пребывания в непосредственной близости к эктоплазме. Разумеется, всем нам предложили проехать в больницу. Разумеется, все мы от этого удовольствия отказались. Чтобы избежать этой печальной участи, больше всего пришлось потрудиться мне. Рана от застрявшего у меня в боку осколка зеркала оказалась самой серьезной среди всех нас, поэтому мне очень настоятельно рекомендовали на день-другой лечь в больницу, побыть под наблюдением врачей, – но разве могла я в такой момент оставить моих друзей? Смешно даже думать об этом! Короче говоря, меня забинтовали как египетскую мумию, вкатили обезболивающее, выписали чертову кучу лекарств и заставили поклясться, что на следующий день я непременно покажусь врачу.

«Ага, покажусь, как же!» – подумала я, но на словах с готовностью согласилась и была отпущена в кафе, где меня ожидали друзья и чашка крепкого горячего чая.

Я думаю, нет особого смысла описывать, как мы все тогда выглядели, поэтому скажу коротко. Выглядели мы еще хуже, чем до этого, потому что к обгоревшей одежде и чумазым лицам добавились еще белые наклейки и повязки – контраст получился незабываемым! Хотите все-таки получить некоторые красочные детали? Извольте. У Локвуда от взрыва оплавились подошвы ботинок. У Холли была перебинтована голова – взрывной волной ей повредило барабанную перепонку. Джордж был укутан в серебристое термоодеяло, которым снабдили его врачи «Скорой помощи». Оно ужасно напоминало серебряную накидку для путешествий по Другой Стороне – мы все думали об этом, но никто не сказал этого вслух. Я? Ну, я уже, кажется, говорила, что меня забинтовали от груди до бедер как египетскую мумию. Так туго забинтовали, что я едва могла передвигаться. Даже дышать и то было трудно.

Итак, мы сидели в переполненном кафе, обнимая ладонями чашки с чаем и наблюдали в окно за тем, что творится на Стрэнде.

– Мне очень странно говорить об этом, – раздался голос за нашими спинами, – однако вам, по-моему, не мешало бы умыться, переодеться и слегка привести себя в порядок.

Рядом с нашим столиком материализовалась Фло Боунс. Она, в отличие от нас, выглядела как всегда – в стеганой голубой куртке со знакомыми до боли пятнами на ней и покрытых коркой засохшей тины резиновых сапогах. На голове – лихо заломленная соломенная шляпа, в руках пластиковая миска, из которой Фло ложкой отправляла себе в рот что-то горячее и пахучее.

– Нет, вы только полюбуйтесь на себя! – сказала она, покачивая головой. – Еще немного – и я начну стыдиться, если меня увидят рядом с вами. Определенные правила на этот счет есть даже у нас, старьевщиков.

– Фло! – Локвуд привстал со своего стула и на секунду обнял ее. – Зато ты выглядишь прекрасно. Очень рад за тебя.

– Да уж, а на вашем фоне так вообще чувствую себя принцессой. Стою вот, пирожком и картофельным пюре балуюсь. Красота!

– Пирожком? И картофельным пюре? – сразу заволновался Джордж. – А где ты добыла такую роскошь?

– Да вон в соседнем кафе. Вы просто не туда зашли. Здесь вам ничего, кроме липкого сливочного пудинга и дурацких сэндвичей с рыбной пастой, к чаю не подадут, не надейтесь.

– Сэндвичи с рыбной пастой! Жесть! А там пирожки и картошечка! – простонал Джордж над своей чашкой. – Но перебираться туда уже поздно. Там все занято, да и все мои мышцы болят так, что ни встать, ни шагнуть.

– Прошлой ночью ты была просто великолепна, Фло, – улыбнулся Локвуд. – Барнс рассказал мне, как ты все устроила, чтобы он оказался здесь. Слушай, как тебе удалось уговорить его приехать сюда среди ночи, да еще с целой командой своих агентов?

– Если честно, это оказалось очень нелегко, – ответила Фло, задумчиво глядя в окно своими голубыми глазами. – Этот Барнс – упрямый старый козел. Ладно, короче. Вчера я уломала его пойти со мной в ваш дом на Портленд-Роу. Показала ему, что там творится – вы все исчезли, в доме все перевернуто-переломано, будто там черти горох молотили, на втором этаже открыт портал на Другую Сторону, а в подвале все еще шуруют два Винкмановых подручных – ценные вещички ищут. Эта картина произвела на инспектора довольно сильное впечатление, и он арестовал тех двоих отморозков, а затем доставил их в Скотланд-Ярд. А там они такого ему порассказали, в таких вещах признались, что Барнс немедленно начал собирать свою команду, чтобы отправиться вместе с ней в Дом Фиттис поговорить по душам с Рупертом Гейлом. Но пока то, пока се… Одним словом, пока наш старый мухомор раскачивался, ваша маленькая войнушка уже была в самом разгаре, и ребятам из ДЕПИК не оставалось ничего другого, как только самим ввязаться в нее. – Фло почесала нос черенком ложки, подумала, помолчала немного и закончила: – Вот, собственно, и вся история. Больше сказать мне просто нечего.

– Нет, погоди. Барнс говорил еще, что ты помогла задержать одного из головорезов Гейла, когда тот пытался сбежать, – горячо возразила Холли. – Сказал, что у него в руках была рапира, а у тебя всего лишь фланец от канализационной трубы, и ты пятью ударами обезоружила громилу, а шестым оглушила. Это же просто… просто песня! До чего обидно, Фло, что я этого не видела!

– Честно говоря, этот момент у меня как-то не отпечатался в памяти. – Фло подобрала пальцем остатки картофельного пюре, облизала его и бросила пустую тарелку на наш стол. Услышав громкие голоса, она обернулась и, увидев появившегося в дверях кафе инспектора Барнса, который отдавал какие-то распоряжения стоявшему рядом с ним офицеру, сказала: – Похоже, мне пора идти. Как правило, я стараюсь не попадаться на глаза ребятам из ДЕПИК. Только в особых случаях. Ладно, еще увидимся, надеюсь. А пока постарайтесь привести себя в порядок!

Джордж сбросил с себя серебристое одеяло и сказал, поправляя на носу очки:

– Фло… когда все устаканится… ну, то есть денька через два-три… Короче говоря, что ты скажешь, если я предложу тебе…

Она широко улыбнулась, показав свои безупречные белоснежные зубы:

– Конечно. Приходи. Найдешь меня где-нибудь под мостом.

– Я лакричных конфет принесу, – пообещал Джордж, но Фло уже не было, она исчезла в толпе.

Сердито бормоча извинения, инспектор Барнс протискивался по забитому посетителями кафе к нашему столику. Одна рука у него была на перевязи и высовывалась из-под накинутой байкерской куртки.