Северный ветер - Анна Кочубей

— И что теперь?

— Я ухожу.

— Попутного ветра.

Внезапно Эверон снова склонился над девушкой, вглядываясь в ее лицо и не обращая внимания на издевку в пожелании.

— У тебя в первый раз? Ты что, девственница?

— Спасибо, что заметил. Ты меня изнасиловал!

Алиссен поняла, что краснеет. Хотелось выпить что-нибудь покрепче и провалиться сквозь землю, а еще навсегда забыть этот злосчастный момент в своей жизни.

— Что?! — возмутился Эверон шепотом, — ты сама хотела!

— Я притворялась. Я понарошку!

— Почему ты меня не остановила? — продолжал допытываться он.

— Потому, что ты арий!

— Не понял.

— И не трудись. Так ты уходишь или нет? Проваливай уже!

Эверон поднялся и протянул руку:

— А ну, встань!

— Не буду, — буркнула Алиссен.

Пришлось подчиниться, когда Эверон схватил ее под локти и потянул вверх. Меньше всего Алис хотела разбудить Лето, и пошла вместе с арием подальше в лес.

— Почему я? — продолжил Эверон допрос шепотом, прислонив Алиссен к дереву и стоя очень близко. Она бы предпочла, чтобы он оказался за тридевять земель, и уж точно ничего не требовал.

— Потому, что ты мужчина, о котором я мечтала всю свою жизнь! — привычной скороговоркой ответила Алис, — Доволен?

— Ложь.

— Когда я сказала правду, ты не поверил! Заметил свет архонта, когда… — Алиссен запнулась было, но решила, что с Эвероном можно говорить прямо, — когда лишал меня невинности?

— Да. Зачем тебе это в постели?

— Чтобы тебя испугать. Жаль, не вышло! Ладно, правду скажу — я не всегда умею скрывать свою магию. Нужен подробный рассказ? Получай! Когда мне было восемнадцать, на соседней улочке Дорина поселился пекарь. Аромат булочек с кремом будил меня каждое утро, и я в них влюбилась. Чтобы получить лакомство даром, я была готова на любую жертву, даже на внимание со стороны сына пекаря. Впрочем, он был симпатичный парень. Приходил в лавку за всякой ерундой и ел меня глазами так страстно, что я сдалась. Подгадав, пока его родителей не было дома, мы пробрались в его спальню и разделись. Все было мило до того момента, пока я не поняла, что мои глаза так и сияют от магии архонта и вовсе не собираются принимать нормальный вид! Я испугалась и выскочила в окно, в чем мать родила. Натягивая платье, я молилась Создателю, чтобы во двор никто не вошел! После этого случая я разлюбила пирожные и сына пекаря напрочь. Ты не первый мужчина, который меня обнимал, и не первый, с которым я в постель легла. Вообще-то их было так много, что я даже точное количество не помню. Наверное, десять. Нет, двадцать! И всегда было одно и то же.

— Ты оправдываешься в том, что оказалась чище, чем себя подаешь? — удивился Эверон.

— Я не грязная, что за намеки такие! — горячилась Алиссен, повышая голос, — нечего о себе мнить всякое, что ты особенный, ты мне просто подвернулся! Я влюблялась много раз: в деньги, в красивые ткани у странствующих торговцев, в украшения и в бесплатный обед, но так и не решалась себя никому по-настоящему подарить, боясь разоблачения и виселицы, но ты — арий и знаешь, что я архонт! Я бы вообще-то предпочла Лето или Моргвата… Сама не понимаю, почему я с ними не закрутила!

— Не переживай, к разврату ты быстро привыкнешь. Уже со второго раза будет проще.

Алиссен добивалась вовсе не этой фразы! Эверон должен был опровергнуть все, что услышал. Или признаться в любви. Признания она и за меньшие вольности выслушивала!

— Только не с тобой! Я больше никогда, понятно? Ты мерзкий арий, бледный и больной!

— Я редко покидал Железную Башню, поэтому моя кожа белая. Остальные определения я упущу. Но вернемся к Моргвату. Архонт не смотрит в сферу уже трое суток. Непривычно чувствовать себя здоровым. Где он?

— Вот кто тебе нужен — архонт, а не я! Нечего было ходить вокруг да около и меня насиловать, спросил бы сразу! Моргват пропал, разве не понятно? Наверное, с ним что-то случилось, но мы с Лето не станем его искать. Отправляйся на охоту за архонтом и своей душой один.

Эверон помолчал, раздумывая. Он опирался о ствол обеими руками, удерживая Алиссен около дерева.

— Искать архонта сейчас — терять драгоценное время. Кстати, вы на пути в Аверну. Направляетесь в самое пекло.

— Как — в Аверну? Мы обходим город подальше! — встревожилась девушка.

Не пускаясь в подробные объяснения, Эверон отрицательно качнул головой.

— Нам надо к Амарантину!

— Если хотите выжить — нет. Великая река — самая оживленная дорога во всем Эймаре.

— Что же делать? — растерянно спросила она.

— Есть другой путь в страну Хармы, короче и безопаснее.

— Какой? Ты его знаешь?

— Я им последую.

— А… а зачем тебе в Харматан?

Алиссен перестала вжиматься в жесткую кору и подалась вперед.

— Я знаю харматанский.

— Откуда?

— Я — самый главный среди шпионов Империи.

Вот она, причина, по которой Кеодан из-под земли достанет мятежного ария — Эверон слишком много знает. Но Алиссен думала только о себе. Оказывается, им по пути! Может, не стоило его так решительно отталкивать?

— Послушай, я совершенно так не думаю. Про тебя. Ты — красивый мужчина и лучший любовник, который у меня был, то есть, вообще в целом мире, но я не очень разобрала, что к чему. Попробуем еще раз?

— На сегодня достаточно.

Эверон пошел обратно к стоянке. Комплименты его не впечатлили, как ранее не задели ругательства.

— Что ты решил? — спросила Алиссен, следуя за ним.

— Останусь до утра.

— А потом?

— Если будете выполнять все мои условия, я возьму вас с собой. Поговорим позже.

— Условия?! Твои?! Ты же наш пленник!

— Я никогда не был вашим пленником. И, да: я умею «колдовать» со связанными руками и развязывать зубами морские узлы, на которые горазд твой дружок.

Самое поганое — это вот такая неопределенность! Алиссен вертелась на месте и никак не могла заснуть. Арий тоже не спал: он мрачно смотрел перед собой и думал о чем угодно, только не о любви.

* * *

— Алис, проснись! — прокричали над самым ухом.

Не доверяя своему голосу, Лето энергично встряхнул подругу за плечо. Надо было разбудить его ночью и все объяснить, чтобы не было таких громких сюрпризов. Какая гадкая погода: утро, а темно, как в сумерках. И в отдалении грохочет гром, да так сильно, что вздрагивает земля. Невнятный подземный гул ощущался всем телом.

— Что-то происходит… — вяло сказала Алиссен, поднимаясь.