Знак ворона - Эд Макдональд

– Ты выглядишь скучно! – обиженно выпалила Амайра, когда мы забрались в присланную Ненн карету.

Амайра была в красивом розово-голубом бальном платье до колен и высоких ботинках. Похоже, этот фасон никогда не выходил из моды, однако казался слишком уж взрослым для мальчишечьей фигуры Амайры – но что я знаю о нынешних детях? В далекой Испии девочек ее возраста уже выдают замуж. Правда если кто попробует такое в Валенграде, мы отрежем мерзавцу муди.

Карета покатила к абсурдному декадентскому театру, в котором развлекалась живущая в Уиллоуз знать. Перед ним рядами стояли кареты, выстроенные по рангу хозяев, с гордо выставленными напоказ гербами. Если прибывал кто-то выше рангом, кучера тут же переставляли кареты, а замученный клерк пытался решить, выше ли ранг виконта, чем ранг армейского полковника. На Границе появилась новая знать, и она куда охотней лезла в драку, чем старая. Аристократов, сбежавших во время Осады, постигла череда несчастных случаев после того, как Машина отшвырнула войска Глубинных королей. Конечно, это могло быть и случайностью, но я глубоко задумался после того, как в лесу нашли тела главы «Красной стаи» и графа Орвино, сжимавших друг друга в любовных объятиях. Скорее всего, какой-то капитан «Черных крыльев» превратил месть в игру. Я не знал, кто именно из паяцев Вороньей лапы развлекается столь кровавой работой. Впрочем, и к лучшему.

Собирающуюся публику развлекали жонглеры и фокусники. Странный выбор для пьесы о величайшей катастрофе с тех пор, как Воронья лапа породил Морок.

Самые сливки сбивались в группки. Первая ночь сезона, цена единственного билета обанкротила бы кучу мелких заведений в Валенграде, но собрались все, кто мог наскрести денег. Публика соблюдала иерархический порядок, возле каждого высокого ранга собралась кучка рангов поменьше, будто цыплята вокруг наседки. Попытка присоединиться к высшей по рангу группе считалась достойной высмеивания глупостью. Я глядел на них, и мне казалось невероятным то, что и я в свое время играл в эти игры, тратил часы на туалет и составлял списки тех, с кем нужно поговорить. Эх, амбиции. Тогда я был одним из множества молодых денди, снующих вокруг. А девушки были, словно тогдашняя Эзабет. Я избегал смотреть на них.

– А можно мне сахарную вату? – спросила Амайра, переминающаяся с ноги на ногу, чуть ли не подпрыгивающая.

Я знал, что ей можно, иначе мне не будет покоя, потому дал ей монеты, и она полетела к продавцу, будто камень из катапульты.

Сливки расступились: сквозь толпу шла маршал Границы Давандейн. Сорок пять лет, воплощенная элегантность, поразительные черты, но красота совершенной статуи – холодная, чужая. Умный портной умудрился скроить ей великолепное пышное платье, удивительным образом наталкивающее на мысль о военной форме. На темных волосах – сеточка с мрачно поблескивающими драгоценными камнями. Она лишь недавно заняла пост. Маршал Вехзель был способным, но слишком старым командиром, и восстановление наших сил подорвало старику здоровье. Он тихо умер во сне. В жилах Давандейн текла кровь сразу двух княжеских родов. На мой взгляд, чересчур густые сливки. Не хватает щепотки грязи. Однако Давандайн говорила прямо и откровенно, а это стоило многого по меркам Границы, всегда кишевшей начальствующими засранцами. А главное, что мне в маршале нравилось, так это безоговорочная вера в мощь Машины. Я – единственный смертный, знающий правду о Машине Ноля. Пара подделанных документов – и Орден инженеров эфира работает, как и прежде. Все, знавшие о несоответствиях в поставке фоса, понимавшие, что Машина работает не на нем, а на силе сердца Бессмертного – мертвы. После того, как Машина испепелила врагов, Безымянные запечатали ее ядро, заменили хранилища фоса, и все вернулось к прежнему виду. Обман сохранялся, глупцы по-прежнему оставались глупцами.

Давандейн заметила меня и подозвала, чтобы представить. Ох, как мне не хотелось вести светские беседы со свежими сливками. Рядом с маршалом стоял стройный мужчина лет сорока, темноволосый, крепкий, с короткой бородой. В бороде пробивалась седина, и это шло мужчине. Платье Давандейн так и лучилось изысканной роскошью, а мужчина был одет в простой колет из белой шерсти безо всяких украшений, а на поясе – ни меча, ни даже кинжала. Что-то в мужчине показалось мне знакомым. Где-то я встречался с ним. Давно. Далеко. Чувствуя мою растерянность, он улыбнулся мне – но странно, криво.

– Капитан Галхэрроу, позвольте представить вас губернатору Валони, лорду Тиерро – любезно сообщила меня Давандейн. – Это он стоит за Великим шпилем.

Двадцать лет назад. Мальчишеская буйность сменилась зрелой элегантностью. Но как только прозвучало имя, я вспомнил. Тьерро усмехнулся.

– Рихальт, мне кажется, ты и вообразить не мог, что увидишь меня здесь, – сказал он и протянул руку в перчатке.

Я живо потряс ее и в редком порыве сентиментальности ухватил его за плечо и позволил себе улыбнуться во весь рот. Похоже, Тьерро вылил на себя душераздирающее количество одеколона. Мускусная вонь прямо лезла в ноздри.

– Полжизни пролетело, черт возьми, – прогудел я. – Ты как вообще?

– Так вы уже знакомы? – пытаясь не показать раздражение, осведомилась Давандейн.

Ну да, я же увел у нее сюрприз.

– Мы вместе учились в университете, – пояснил я. – И одно время служили вместе на Границе.

Я не стал вдаваться в подробности, и Тьерро тоже. Его карьера в армии кончилась не очень хорошо, а вскоре после его падения случилось и мое.

– Да, но какими же тогда мы были молодыми! Свежими, как весна, и вдвое зеленее ее. Как я рад видеть тебя!

– Я тоже, – искренне сказал я.

Все мы ищем нити, уходящие в наше прошлое, хватаемся за них и думаем, что они помогут нам выбраться из лабиринта, в который нас загнала жизнь. Давнее кажется проще и чище, потому что время обтерло с него житейские дрязги и недоразумения.

– Губернатор Тьерро недавно прибыл, чтобы руководить завершающей стадией строительства Великого шпиля, – пытаясь вернуть роль первой скрипки в разговоре, вставила Давандейн. – У лорда Тьерро – определяющий пакет акций в Торговой компании Западного Пограничья. Капитан, вы знали об этом?

Я не знал, и новость застала меня врасплох. Компания Западного Пограничья – огромная махина, господствующая на торговых путях в колонии. За последние десять лет она накопила богатства, достойные князей. Как и мой род, род Тьерро окреп на деньгах. Но мой шел от второго сына из знатного рода, и мы не видели особенной роскоши. А Компания Западного Пограничья водила флоты, покупала и продавала целые города. Если Шпиль – проект Компании, то значит и проект Тьерро.

Вот и понятно, отчего маршал так вьется вокруг него. Несуразная пара. Она слепит глаза будто молния, а он в самой заурядной одежонке. Клоуны вокруг нас таскали веера с нарисованными миниатюрными шедеврами, гарды и эфесы мечей сверкали золотыми и серебряными завитушками, блестели драгоценными камнями, которые добывали в шахтах Компании. Для человека в положении Тьерро так странно являться без оружия и свиты. Еще странней, чем в простецкой одежде. Похищения ради выкупа – у нас обычнейшее дело. А с управителя Компании можно взять немало.