Королева ульев - Туи Сазерленд

– Похоже на то.

Он протянул передние лапы, и из шёлковых желёз зазмеились яркие дымящиеся нити. Росянка подошла, одобрительно кивнула и собрала их в глиняный горшочек.

– А что Луния? – Синь повернулся к Мечехвосту, и стало ясно, что дракончик готов услышать самое худшее.

– Извини, Синь… – Приятель уныло повесил крылья. – Я не смог пока её разыскать. Летал, летал…

Последовала долгая печальная пауза. Сверчок шагнула вперёд и ласково обвила хвост дракончика своим. Казалось, обретя сверкающие синие крылья, он стал выше и сильнее.

– Раз не нашёл, – промолвил наконец Синь, – значит она жива… да и почувствовали бы мы, будь оно иначе – разве нет? Прячется где-нибудь, вот и всё. Она вернётся, Мечехвост, я уверен. Небось волнуется за нас ещё больше, чем мы за неё.

– Ну, здесь она едва ли нас найдёт, – заметила Росянка, поднимаясь на лапы и высыпая отобранные ягоды в мешочек. Повесила его на шею и стала собирать остальные. – Слишком долго мы тут сидим, просто чудо, что ядожалы ещё не наткнулись.

– Ничего не чудо, – хмыкнул Мечехвост. – Ты так замаскировала вход в наш коридор, что они мимо проходят и не замечают, когда обыскивают побережье. Я сам видел… И сам не раз уже заблудился, когда возвращался из бухты. – Он протянул Синю пригоршню кумкватов и ямса. – Как только тебе удаётся! Лианы, мох… просто не верится.

Росянка поморщилась, как всегда, если её хвалили. Казалось, улыбаться она просто не умеет, только хмуриться.

– Маскировка продержится недолго, – буркнула она. – Надо перебираться в улей и искать эту вашу «Хризалиду».

– «Хризалиду»? – переспросил Синь, с аппетитом работая челюстями. Выразительно глянул на приятеля.

– По дороге расскажем, – кивнула Сверчок.

– Ну так куда? – уточнила Росянка. – В улей Осы?

Синь зябко передёрнул крыльями.

– А что… больше некуда?

– Не лучшее место для поисков «Хризалиды», – заметил Мечехвост. – Самый опасный улей, стражи полно. Может, там наших и вообще нет.

Листокрылая грозно прищурилась.

– Ты же говорил, они везде.

– Я так думаю, но… лучше сунуться в другой, на всякий случай.

– А где мы вообще находимся? – Сверчок подобрала брошенный рваный мешочек, разгладила на полу и нацарапала на бледной зелени листа очертания Панталы. – Вот улей Осы, оттуда мы пришли. – Она ткнула когтем.

– Сейчас мы примерно здесь. – Мечехвост поставил точку южнее, на берегу Стрекозьей бухты.

– Так, надо подумать… Ближе всего ульи Овод, Сколопендры… И Златки. – Сверчок вдруг умолкла, ощутив укол в сердце, привычный с детства.

– Что такое? – Синь заботливо тронул её за крыло.

– Да так, ничего. В улей Златки перелетела моя мать, когда бросила нас.

Тот день до сих пор стоял в памяти. Сверчок было три года. Сестре уже двенадцать, но она ещё не нашла себе партнёра и жила у родителей.

Всё случилось внезапно, как гром среди ясного неба. Вернувшись из школы, они встретили маму в дверях. Двое кряжистых шелкопрядов укладывали её книги в дорожные корзины. Она была явно раздражена, что не успела исчезнуть до возвращения дочерей. Кузнечик расплакалась, а Сверчок не могла – слишком уж непонятно всё было. Почему бы и дальше не жить как жили, мать и так их почти не замечала. Зачем менять для этого улей?

– Извини, я не знал, – смутился дракончик.

– У шелкопрядов так не бывает, – пояснил ему Мечехвост, – во всяком случае добровольно. Никто не может бросить назначенного партнёра, разве что по приказу королевы Осы.

– А ядожалам требуется её согласие, – добавила Сверчок. – Процедура долгая, так что моя мать очень хотела от нас избавиться, раз пошла на это. Напоследок проронила: «Даже другой конец Панталы – слишком близко от этих гадких личинок, но деваться некуда».

– Ничего себе! – прошипела Росянка сквозь зубы. – Просто очаровашка твоя мамаша.

– Говорить такое о собственных драконятах?! – задохнулся от возмущения Синь.

Сверчок мрачно теребила мешочек с картой.

– Оказалось, она давно уже хотела улететь… ладно, неважно. Не думаю, что мы на неё наткнёмся. Улей большой, драконов много… Я там более-менее ориентируюсь, мы пару раз её навещали. – Она горько вздохнула. Синь придвинулся и потёрся крылом, обдавая теплом, словно тёплой лазурной волной. Спасибо, что не стал донимать вопросами. – Ну, так что решим? И как проникнуть в улей, если мы в розыске?

– Зубами и когтями! – воинственно оскалился Мечехвост. – Ядовитые гусеницы тоже не помешают!

– Правильный подход, – одобрила Росянка, – только они не гусеницы, а многоножки, тупица.

– А может, есть другой способ? – покривился Синь. – Без крови и ядов?

– Да уж, – поддержала Сверчок, – не хватало ещё угодить в лапы стражников! – Она снова взглянула на карту. – Улей Златки… хм…

– Что там? – заинтересовалась Росянка.

– Златка – не родная сестра Осы, как другие правительницы ульев, а двоюродная. А ещё она известна своей… как бы это лучше выразиться… повёрнутостью на искусстве.

– О да! – оживился Мечехвост. – Луния как раз мечтала переселиться в улей Златки. Только и говорила, что о тамошних красотах и Ярмарке блеска. – Шелкопряд потерянно опустил глаза. – Как бы она радовалась сейчас, что увидит Ярмарку блеска.

– Может, в «Хризалиде» что-нибудь знают о Лунии, – постарался утешить его Синь. – Она могла обратиться к ним, а если её схватили, тоже могли слышать.

– В самом деле! – Во взгляде Мечехвоста вновь сверкнула надежда. – В улье она первым делом найдёт «Хризалиду»! – Он нетерпеливо щёлкнул хвостом. – Полетели туда прямо сейчас! Скорее!

– Погоди, погоди… Что такое Ярмарка блеска, во имя всех лесов? Если что, я всякие там блёстки с рюшечками терпеть не могу и не надену!

Смешно, подумала Сверчок. У самой тёмно-зелёная чешуя вся в россыпи золотистых чешуек.

– Да брось, – махнула она лапой и поправила очки. – Если немного и для дела, почему бы и нет.