Магия лжецов - Сара Гэйли

– Э-э, прошу прощения, – подала голос четвертая девочка – белокурая, как с картин Ренуара, и с кожей, явно свидетельствующей о наличии денег у родителей. В тоне ее голоса не звучало обиды, скорее вежливое замешательство. – Вы не возражаете, если мы вернемся к учебе? У нас в пятницу важный тест. – Она одарила Торрес улыбкой «ну, вы же понимаете» и заправила прядь шелковистых волос за ухо. Когда ее взгляд заметался между мной и Торрес, мои колени сделались ватными. Мне казалось, будто я плаваю в море обещаний «все хорошо, не волнуйтесь, все под контролем». Как же мне хотелось уйти отсюда.

– Разумеется, – ответила Торрес в легком оцепенении. – Продолжайте готовиться, дамы. Так держать.

Торрес развернулась и пошла дальше, я последовала за ней. Вместе с тем меня не покидало ощущение, будто я упустила нечто важное. Я чувствовала на себе тяжесть четырех пар глаз, когда девочки начали перешептываться. Как только я пропала из их поля зрения, желание поскорее уйти исчезло. Что за чертовщина? Я уже было открыла рот, чтобы поинтересоваться у Торрес, как поняла: я не знаю, что спросить. Произошедшее сейчас – в порядке вещей? Торрес, похоже, ничего не заметила.

Книжные библиотечные стеллажи венчали таблички, направленные в обе стороны, с номером по десятичной классификации Дьюи^[3] и названием темы. Я шла за Торрес мимо секций: «Математика и математическая магия», «Экономика», «Вымышленная магия и способы применения магического вымысла», «Электричество. Теория электричества. Манипуляции с электричеством». Она остановился возле «Ядов и теории ядоведения». Следующий ряд, «Теоретическая магия», был отгорожен веревкой. На ней болталась табличка с надписью «БЕЗ НАДЗОРА НЕ ВХОДИТЬ». Расположенный за веревкой стеллаж выглядел нечетким и будто расплывался – когда я попыталась разглядеть его, в глазах все раздвоилось и я почувствовала сдавливающую виски головную боль. Я отвела взгляд как раз вовремя: Торрес ловким движением руки извлекла из воздуха толстую папку и протянула мне.

– Это вся имеющаяся информация по этому делу. По крайней мере, та, к которой у меня есть доступ. В основном здесь фотографии. И копии того, что следователи смогли законно мне предоставить.

Я раскрыла папку. Внутри оказалась пачка фотографий. Я отвела взгляд раньше, чем осознала увиденное, но мельком заметила испачканные в крови белокурые волосы.

– Хорошо. Я просмотрю ее вечером. – С бокальчиком в руках. – Может быть, взглянем на место? – «Место преступления, – подумала я, борясь с накатывающим головокружением. – Место убийства. Я буду исследовать место убийства».

Небольшое замешательство. Затем Торрес отстегнула конец веревки от стеллажа. Я уже собралась шагнуть мимо нее, как она остановила меня поднятой рукой.

– Постойте. Веревка – это своего рода формальность и служит предупреждением. Здесь стоит защита. Если у вас нет пропуска, вас откинет назад. – Там же, где Торрес достала папку, она извлекла из воздуха заламинированный бейджик на шнурке с надписью «Теоретическая магия. ПРОПУСК». Он был неровно обрезан снизу, как если бы помощник учителя поработал над ним дешевыми из-за нехватки средств ножницами.

Я накинула пропуск на шею.

– А для чего защита? Там настолько опасно?

Торрес закатила глаза.

– Есть тут у нас любопытные носы. Ученики, решившие, будто смогут отыскать убийцу. Эта секция всегда была закрытой – раньше использовалась простая защита без всяких пропусков, предназначенная лишь для того, чтобы дети не могли добраться до магии, к которой еще не готовы. Они не могли ходить между стеллажами без сопровождения кого-либо из персонала, и никто, даже сотрудники, не мог достать книгу. Если кто-то хотел заглянуть в книгу, то делал это в присутствии стоявшего рядом сотрудника – тот проверял, чтобы ученик не попытался совершить какую-нибудь глупость. Но после убийства я попросила мисс Гэмбл – то есть Табиту – немного усилить защиту. – Первое упоминание моей сестры. Я даже не моргнула глазом. «Все хорошо. Я в порядке. Мне все равно». – Теперь невозможно услышать или увидеть, что там происходит; если вы попытаетесь туда попасть без пропуска и сотрудника, то вас тут же откинет. – Она оглядела меня. – С тех пор как мы поставили защиту, в нашей приемной побывало немало людей с ушибами – студентов, решивших раздобыть важные улики и самостоятельно раскрыть преступление.

– Ваши ученики занимаются подобным?

– В особенности один ученик, – ответила Торрес, вешая себе на шею второй пропуск. – Дилан Декамбре. Вы встречались с ним сегодня утром.

– Высокий, задумчивый, с волосами, будто он несколько часов их взъерошивал?

– Он самый, – подтвердила Торрес. – Приходил ко мне в кабинет, чтобы в очередной раз убедить меня: в Осторне орудуют Темные Силы. Что-то болтал насчет Великого Зла, Подчинявшего Учеников Своей Воле. – Она говорила, энергично жестикулируя, а особый акцент на первых буквах подчеркивал абсурдность обвинений Дилана.

Я прочистила горло, не в силах справиться с расползающимся румянцем на щеках.

– Э-э… а они действительно? Орудуют? Я имею в виду Темные Силы.

Торрес рассмеялась. У нее оказался приятный смех.

– Мисс Гэмбл. Темные силы орудуют повсюду. Достаточно включить новости. А этот парень… он везде хочет найти тайны. Заговоры. Все что угодно. – Она покачала головой. – Таких, как он, я вежливо называю «проблемными». Не волнуйтесь, у вас еще будет возможность с ним пообщаться.

– Даже не сомневаюсь, – ответила я.

Как только я ступила между стеллажами, сразу достала сотовый и принялась фотографировать широкую полосу запачканного ковра, занимавшего среднюю треть прохода. Пятно было настолько темным, что цветом напоминало какао, а не ржавчину; кровь просочилась насквозь и пропитала ковер. Как на тесте Роршаха, своей формой оно напоминало перекошенную бабочку. Все фотографии я делала исключительно для своей справочной базы, а не для использования клиентом в суде, поэтому мне не нужно было таскать с собой тяжелую дорогую камеру со съемными объективами. Мне лишь требовалось позже вспомнить, как все было на месте. Уже не в первый раз я жалела, что не могла запечатлеть, помимо внешнего облика вещей, еще и ощущения от них. Запах старины в библиотеке, напряжение в воздухе, ощущение, что стоящие на полках книги, наблюдают за мной. Я присела на корточки и коснулась средним пальцем края пятна.

– Вы не стали его оттирать? – тихо спросила я.

– Мы собираемся заменить ковер, – ответила Торрес, не сильно стремясь оправдываться.

– Разумно, – заметила я, оглядываясь через плечо. – Неудивительно, что вы здесь руководитель. – От этих слов Торрес слегка смягчилась, однако ее улыбка ясно давала понять: она знает, когда ей грубо льстят. – Вы не против ознакомить меня с произошедшими событиями? Уверена, все изложено в этой папке, но мне не помешает услышать о них из ваших уст.