Сила неведомая - Мария Корелли

В тот вечер на закате Манелла направилась прямиком на холм, к «дому смертника», движимая ей самой непонятным порывом. У неё для этого не было ни одной стоящей причины; она знала, что мужчина, живущий там, наверху, который так сильно её интересовал, имел достаточное количество еды на три дня и что, скорее всего, он будет раздражён уже одним её появлением. И всё же она испытывала непреодолимое желание рассказать ему об удивительной женщине с ярким взглядом, которая уехала из «Плазы» тем утром и назвала Манеллу «довольно красивой». Гордость и наивное женское тщеславие волновали её; «если другая женщина так думает, то так оно и есть», успокаивала она себя, хорошо зная, что женщины редко восхищаются друг другом. Она медленно шла с опущенной головой и вдруг остановилась в испуге, встретившись, или почти налетев, на того самого человека, которого искала, кто в своих бесшумных полотняных ботинках с грацией пантеры подошёл к ней незамеченным. Остановившись на полпути, она тихо стояла, быстро опустив глаза и раскрыв рот. В своём восхищении силой и физической привлекательностью чужестранца, которого она знала только таковым, она подумала, что он выглядел великолепно, как бог, спустившийся с холма. Далёкий от доброго расположения духа, он нахмурился при виде неё.

– Куда ты идёшь? – грубо спросил он.

Яркая краска залила её щёки розово-красным, закатным цветом.

– Я шла посмотреть, не нужно ли тебе что-то, – заикалась она почти униженно.

– Ты знаешь, что нет, – сказал он. – Ты можешь попасть в беду.

Она выпрямилась с лёгкой обидой.

– Если тебе ничего не нужно, то зачем спускаешься в долину? Ты говорил, что ненавидишь «Плазу»!

– Верно! – и он заговорил почти мстительно. – Но в настоящее время там есть кое-кто, с кем я хочу увидеться.

Её чёрные глаза распахнулись в вопросительном взгляде.

– Мужчина?

– Нет. Странно сказать, но женщина.

Внезапная догадка озарила её разум.

– Знаю! – вскричала она. – Но ты её не найдёшь! Она уехала!

– Что ты говоришь? – спросил он нетерпеливо. – Что ты знаешь?

– Ох, я ничего не знаю! – и в её голосе сквозь всхлип прозвучала пафосная нотка. – Но я чувствую вот здесь! – И она приложила руки к груди. – Что-то говорит мне, что ты виделся с ней – с маленькой удивительной бледной женщиной, сладко пахнущей, как роза, одетой в шелка, бриллианты и с её сказочной машиной! И с золотыми волосами… ах! Ты сказал, что ненавидишь золотоволосых женщин! Это и есть та самая женщина, которую ты ненавидишь?

Он стоял и смотрел на неё с задумчивым, полупрезрительным выражением.

– Ненавижу – слишком сильное слово, – отвечал он. – Она не стоит ненависти!

Её брови нахмурились.

– Я в это не верю! – сказала она. – Ты говоришь неискренне. Скорее, думаю, ты любишь её!

Он грубо схватил её за руку.

– Хватит! – вскричал он злобно. – Ты, бестолковая нахалка! Люблю я или ненавижу кого-то – не твоё дело! Как ты смеешь говорить со мной об этом!

Она отодвинулась от него подальше. Губы её задрожали, и слёзы навернулись на глаза.

– Прости меня! О, прости меня! – она пробормотала с мольбой. – Мне так жаль…

– Тебе и должно быть жаль! – парировал он. – Ты, Манелла, воображаешь себя влюблённой в меня! Да так и есть! И не можешь оставить меня в покое! Ни один влюблённый мужчина в жизни не станет клянчить любовь так явно и униженно, как влюблённая женщина! Теперь ты увидела соперницу на своей сцене, и, хоть она и не более чем гостья в «Плазе», где ты помогаешь мыть тарелки, ты вдруг выдумываешь кучу романтических бредней и воображаешь меня связанным с ней каким-то мистическим образом! Ох, ради Бога, не рыдай! Это невыносимо! Нет повода для слёз. Ты водрузила меня, словно куклу, на священный пьедестал и хочешь мне поклоняться! Что же, я просто не приму твоего поклонения. А что касается твоей «маленькой удивительной бледной женщины, сладко пахнущей, как роза», то я и не отрицаю, что с ней знаком. И я не отрицаю так же того, что прошлой ночью она приходила на холм, чтобы проведать меня.

Шаг за шагом Манелла приближалась к нему со сверкающими глазами.

– Приходила к тебе? Она это сделала? Во тьме? Как вор или змея!

Он громко рассмеялся.

– Не как вор или змея! – сказал он. – И никакой тьмы не было, а лишь свет полной луны! Какая была луна! Обычная луна для подобной сцены! Прекрасный фон для такой актрисы с её белыми одеждами и золотым канатом волос! Да, всё было прекрасно продумано – в своём роде эффектно, хоть меня она и не растрогала!

– Ах, но я смогла тебя растрогать! – вскричала Манелла. – Иначе, ты не отправился бы сегодня вниз, чтобы её увидеть! Ты говоришь, что она приходила «проведать тебя»…

– Конечно! – перебил он её. – Она бы пришла к любому мужчине, в котором она заинтересована в данный момент. Даже леса не способны укрыть его, пещеры его не спрячут, если она вбила себе в голову, что должна его найти. Я надеялся, что она не станет искать меня, но она нашла; однако, ты говоришь, что она уехала…