Магический универ. Книга 1. Учиться, влюбиться... убиться? - Галина Гончарова

— Проехали, — буркнула я. Но, заметив озорной огонек в фиолетовых глазах, поспешила исправиться: — Проехали, пожалуйста.

— Да хоть пролетели, — пожал плечами Тёрн.

Винер повернулся ко мне левым боком, подкладывая топливо в маленький пока костерок, — и в черных элварских прядях что-то сверкнуло. Усталость мгновенно была забыта.

— Вине-е-ер?

— Да?

Увернуться элвар не успел. Я мгновенно схватила его за руку. И откуда только силы взялись.

— Наклонись-ка поближе… Однако!!! Что за мода, почему я не в курсе?

В черных прядях Винера блестели три такие же полоски, как и у Тёрна. Правда, не золотые, а соломенно-желтые, но разница была невелика.

— А ты как думаешь?

Винер выдрался, и в разговор вступил Тёрн, опускаясь рядом со мной.

— Облокачивайся. Ёлка, вот ты же вляпалась в элварскую моду?

— Да нет. Просто так…

— Просто да, — оборвал меня Тёрн. — А это мода среди элваров. Хотя, на мой взгляд, ничего глупее придумать просто нельзя.

— Можно, — Винер подмигнул мне с безопасного расстояния. — Ёлка, его величество у нас теперь герой. Поэтому стало модным чем-то походить на него. Полоски эти, например…

— А если кто покушаться будет, то могут и перепутать? — уточнила я. — Для посторонних же большинство элваров на одно лицо?

— Именно!

Я только головой покачала. Странно, но для многих людей, для вампиров и эльфов, даже для оборотней с их невероятным нюхом элвары были очень похожи. Как… как негры для русских. Вроде бы и разные люди, но — похожи. Кстати говоря…

— А что? Были покушения?!

Летом, пока мы с Тёрном вместе путешествовали по Элвариону, никто не осмеливался. Сейчас же…

— Нет, — огрызнулся Тёрн. — Не было. Просто эти перестраховщики мне спокойно жить не дают! Только еще не под одеяло ко мне забираются! Яблоко спокойно съесть не могу — на сорок частей разделают, чтобы в него ненароком ядовитый червяк не заполз! Всех дам чуть не до истерики довели — на политическую благонадежность проверяют!

— Это правильно, — одобрила я. — Но мало.

— Ёлка!

— Конечно, мало! Мы же не хотим тебя потерять так рано?

— Не дождетесь!

— Главное, чтобы кто-нибудь другой не дождался, — вздохнула я.

На поляну вывалились Реллон с Азэлли. И я опять позавидовала вампирам. Это ж надо! Такие нагрузки, а Азэлли хоть бы что! Бодра и весела! Я с ног валюсь, Лютик стал похож на потоптанный подорожник, элвары — ну те двужильные… а где Дайр?

Эстанор и Дайр появились, как по заказу. Причем Дайр почти висел на элваре, только для видимости перебирая ногами.

— Сто лет жить будете, — обрадовала я их.

— А что так мало? — спросил Дайр.

— Мне уже за семьсот. — Эстанор свалил парня рядом со мной — и отправился помогать Реллону устанавливать еще одну палатку.

— Сегодня делимся как вчера? — спросила я.

— Если ты не будешь устраивать концертов. Что на тебя нашло?

Азэлли смотрела с укором. Странно. Она же меня знает…

— Если бы Ёлка не устроила концерта, я бы подумал, что с нами путешествует Береза, — фыркнул Лютик.

— Уж она бы не преминула воспользоваться ситуацией. — Дайр решительно недолюбливал Березку. Я подозревала, что это из-за ее снобизма. Не то чтобы Березка специально унижала людей или не замечала кого-то… Просто она была воспитана совершенно по-викториански и вела себя как леди среди папуасов. Ребят это обижало. Мне же было глубоко наплевать. Цель оправдывает средства. Если мне что-то нужно от человека, я это что-то получу, как бы он нос ни драл. Перетерплю. И точка.

— Ёлка! Проснись и ответь!!!

Лютик пощелкал пальцами у меня перед носом, и я вернулась к нашим баранам. То есть драконам.

— Сегодня никто ничего не нашел?

— Нет.

— Ничего.

— По нулям, — отозвались все трое.

— Ладно. Завтра продолжаем обследовать те же сектора, но направляемся к Азермону. Тёрн!

— Да?

— Ты уверен, что Лилия исчезла где-то здесь?

— Уверен! Последний раз она связывалась с матерью примерно из этих мест.

Драконам тоже была свойственна телепатия. Хотя и не так, как людям. Просто один дракон мог подать другому сигнал бедствия. Своего рода телепатический крик о помощи. Вот и Лилия успела это сделать. Но Лаванда не могла точно указать место. Где-то там. Или тут.

— Азэлли, ты приготовишь поесть? — спросила я.

— Запросто. А ты?

— А я пока свяжусь с директором.

— Ёлка, ты рехнулась?!

— Почему?

— Хотя бы поешь сперва! Тебе же тяжело. И сил ты за сегодня потратила немеряно. Давай лучше Азэлли свяжется?

— Не могу. Главный кристалл у меня. Значит, и связываться должна я.

— А почему ты вообще такая усталая? — спросил Реллон. — Азэлли же в порядке. А вы? Все трое как придавленные.

— В какой-то степени так и есть.

— В какой? — настаивал элвар.

Я вздохнула.

— Слушай, мне сейчас не хочется вдаваться в формулы.

— А попроще? Для дебилов?

— А если попроще… — Я нарисовала на песке два сообщающихся сосуда. То есть букву И. — Это и есть магия. С одной стороны — магия. С другой — физическая сила, здоровье, долгие годы жизни. Как правило, долгожители в мире техники являются сильными нереализованными магами. И наоборот. Чем сильнее маг, тем он дольше живет. У кого-то эти сообщающиеся сосуды больше, у кого-то меньше. У людей, которые не являются магами, между этими сосудами вообще стоит перегородка, так что свободно использовать свою силу они не могут. Но сути дела это не меняет. Стоит понизиться уровню жидкости в одном сосуде — и он компенсируется за счет другого. Больше колдуешь — больше устаешь. И если просто устаешь, начинаешь восполнять свои потери за счет магии. Отсюда, кстати, пошли второе дыхание, последнее усилие и геройский подвиг духа. Ничего особенного в этом нет, просто человек, сам того не подозревая, использует свои магические резервы. Заслонка вылетает ко всем чертям — и вот оно, геройство. Хотя выбить эту заслонку — дело действительно непростое. Но не будем об этом. Я много колдовала — я сильно устала. А что до Азэлли, она — самый сильный маг в нашей команде. Именно потому, что вампир. Легко восполняет физические силы, а за их счет и магическую энергию. Все равно что подключить к этим сообщающимся сосудам ручеек воды. Сколько бы ни вылилось, но что-то все равно вернется назад.

— А почему тогда главная ты, а не она?