Танцующая для дракона - Марина Эльденберт

Из-за поворота вписалась точнехонько в него: сильные руки подхватили меня, как в танце, не позволяя улететь дальше.

— Ты серьезно назвала меня по имени?

Да, это серьезно.

Осторожненько высвободилась из захвата и отступила на несколько шагов.

— Я случайно. И потом, ты тоже меня назвал.

— Когда извинялся.

— Да. За что, кстати?

Гроу приподнял бровь.

— Это все, что тебя интересует?

Сейчас не смотреть ему в глаза не получалось, и чем дольше я смотрела, тем отчетливее понимала, что… ничего уже не понимаю.

— Меня много что интересует.

— А что насчет «отложить разговор навсегда»?

— Злопамятность мужчину не красит.

— Женщину не красят кулачные бои, хотя удар был хороший, — произнес он.

Я фыркнула.

— Если честно… После всего, что я узнал, нос ты мне слабовато сломала.

— Могу доломать, — сказала я и обхватила себя руками.

— Собственно, за это и извинялся. — Он смотрел мне в глаза, и в кои-то веки меня не потряхивало от этого взгляда в упор. Хотя лучше бы потряхивало, потому что то, что я сейчас чувствовала, еще больше напоминало помешательство: мне до одури, до дрожи в пальцах хотелось просто к нему прикоснуться. — Я не знал обо всем том дерьме многолетней давности, с помощью которого тебя хотели утопить. И я действительно вел себя, как… в общем, крайне непрофессионально. Тот дубль запорол я, а не ты.

— У тебя температуры нет? — Я все-таки это сделала: то есть подалась вперед и коснулась ладонью его лба.

Лучше бы не делала, потому что ладонь дернуло, и еще сильнее дернуло запястье, когда он перехватил мою руку.

— Лучше никогда больше так не делай, Зажигалка.

Это прозвучало хрипло.

— Никогда?

— По крайней мере, до тех пор, пока не определишься.

— А ты уже определился? — Кажется, «простуду» я подхватила от него. — Кого ты больше хочешь: меня или Ильеррскую?

— Эсса Ладэ! — Вальцгарды за спиной нарисовались ну очень не вовремя. Это я поняла, когда ощутила пустоту вместо соединения наших рук. Так же, как и короткий-долгий взгляд, связь с которым порвалась слишком неожиданно. — Вам нужно вернуться на заседание.

Я лучше знаю, что мне сейчас нужно.

Просто свалите уже!

— Возвращайся. — Гроу кивнул в сторону двух крепких парней, похожих на роботов и готовых перехватить меня поперек живота и тащить за собой, как виаренка. — Для тебя все должно закончиться сегодня.

Э… что значит — для меня?

Прежде чем я успела задать этот вопрос, его драконейшество указал на мои ноги:

— Ты опять потеряла туфли.

После чего развернулся и направился в сторону водопада. Я выразительно моргнула и посмотрела на вальцгардов, один из которых держал в руке мои лодочки.

На этом меня снесло окончательно.

Я выхватила их из рук иртхана, совершенно неэротично наклонилась, рискуя юбкой. Напялила сначала одну туфельку, затем вторую, после чего выпрямилась и зашагала обратно, в бункер правосудия.

Даармарх, Огненные земли

— Зачем?! — вырвалось у меня, едва мы вышли за двери.

Даармархский не ответил, а в следующий миг к нам уже шагнул хаальварн и, коротко склонив голову (быстрое почтительное приветствие), произнес:

— Служанку допросили, местр. Она во всем созналась.

Служанку?

Даармархский отдавал какие-то распоряжения, пока мы сюда шли, но в памяти мало что отложилось.

— Она действительно присыпала сладости. Склянку с ядом ей передала ваша наложница Ибри.

Вспышкой-воспоминанием в памяти зазвучали слова Аннэри о том, что она видела служанку Ибри на кухне, потому что ее госпоже якобы стало нехорошо.

Аннэри, которой больше нет.

Я почувствовала, как кулаки сжались сами собой.

— Что прикажете делать дальше?

— Следуйте за нами. — Даармархский кивнул хаальварнам, а после взглянул на меня: — Руку, местра Ильеррская.

Я положила ладонь поверх его руки, чувствуя, как бешено колотится сердце. Вихрь обрушившихся на меня чувств грозил испепелить раньше, чем я сделаю первый шаг рядом с ним, и только подобающая происхождению выдержка, закаленная обстоятельствами, позволила мне не наделать глупостей. Мы шли рядом: повелитель Даармарха и я, и все, кто встречался нам на пути, невольно останавливались. Провожали взглядами нас и чеканящих шаг хаальварнов.

Кому, как не мне, знать, насколько быстро расходятся новости во дворце. Спустя несколько часов об этом будут говорить уже все его обитатели от служанки до… Хеллирии. Мысль о ней почему-то пришла не ко времени и не к месту.

«Избавься от нее, Вит. Избавься, пока не поздно».

Ибри ненавидела меня, это правда, но была ли у нее возможность достать такой дорогой яд?

Осознание этого обрушилось на меня в ту самую минуту, когда мы вошли в крыло наложниц. Через зал, в который я впервые ступила чуть меньше месяца назад. Забытый всеми прайнэ молчал, девушки ахали и прикрывали ладошками рты. Разумеется, весть о попытке неудавшегося отравления до них еще не добралась, поэтому сейчас они смотрели на нас во все глаза.

— Местр. — Мэррис коротко поклонилась. — Теарин…

— Распорядись, чтобы вещи местры Ильеррской подготовили к переезду.

В широко распахнувшихся глазах женщины отразилось изумление, и эхом его по музыкальному залу пронесся общий вздох.

— Да, местр.

— Ибри сейчас у себя?

— Да, ей с утра нездоровилось, сейчас она отдыхает. Вы желаете ее видеть?

— Нет. — Даармархский кивнул хаальварнам. — Арестуйте эту женщину и сопроводите в подземелье. Завтра на рассвете она будет казнена за попытку убийства местры Ильеррской и убийство ее служанки.

В широко распахнутые глаза Мэррис плеснул ужас, он передавался, как тревожные огни на замковых стенах, от девушки к девушке. Кто-то ахнул, краем глаза увидела, как Риффа осела на диван. Остальные переглядывались, но чувства и лица сливались воедино, потому что сейчас мне приходилось подстраиваться под широкий шаг Даармархского. И пытаться самой не сойти с ума.

Завтра на рассвете.

Ибри.

Ибри, которой предстояло покинуть гарем в самое ближайшее время. Ибри, которая трусила даже нападать на меня, если была одна.

— Витхар, — произнесла негромко, стоило створкам дверей сомкнуться за нами. — Ибри сильная, только когда вокруг ее окружение. Зачем ей это, если она должна вот-вот уехать?