Божьи воины - Анджей Сапковский

Они отправились в полдень на пяти конях: Рейневан, Шарлей,Самсон, Бисклаврет и Жехорс. Самсон вез притороченный к луке седла фламандскийгёдендаг, Шарлей вооружился грозно выглядевшим оружием, называемым фальшьоном,кривым, расширяющимся книзу булатом. Такое оружие, несмотря на сарацинский вид,выковывали во всей Европе, особенно популярным оно было в Италии. Фальшьон быллегче меча и значительно более удобен в бою, особенно в толпе.

Под сожженным Отмуховом они переправились на левый берегНисы и направились к цепи Рыхлебов. Ехали по трассе, по которой несколько днейтому прошли гуситские отряды, всюду, докуда хватал глаз, видны были следы этогодвижения и знаки реализации несомых Табором высоких целей и идей. От церквей, вкоторых почитали римского антихриста, остались одни пепелища. Там и тут на сухомсуку висел какой-нибудь продавшийся Риму прелат. Вороны, вороны, волки иодичавшие собаки обгладывали трупы. В принципе следовало считать, что это трупыисключительно алчущих славянской крови немцев и врагов Чаши, надо было считать,что среди убитых нет ни в чем не повинных и случайных людей. Можно было таксчитать. Но никто так не считал.

Миновали епископское село Яворник, направились в горы, наКрутвальдский перевал. И здесь, весной, их прихватила зима.

* * *

Началось невинно, с того, что немножко сильнее захмурилось иподул более холодный ветер, ну и упало несколько мелких снежинок. Безпредупреждения, моментально, несколько снежинок превратились в плотную белуюметель. Падающий большими хлопьями снег мгновенно покрыл дорогу, побелил сосны,заполнил колеи. Путникам облепил лица, тая на ресницах, наполнил глаза водой.Чем выше к перевалу, тем делалось хуже — яростно дующий ветер вызвал вьюгу, ониперестали видеть что-либо, кроме белых от снега конских грив. Ослепив их, вьюгапринялась заигрывать с другими органами чувств — в снежной круговерти, можнопоклясться, раздались дикий хохот, крики, вой. Никто из группы не был чрезмерносуеверным, но все вдруг начали как-то странно кукситься, горбиться, сжиматься вседлах, а кони, совершенно не подгоняемые, пошли быстрее, только поройбеспокойно храпя.

К счастью, дорога вывела их в котловину, к тому же прикрытуюбуковым лесом. А потом они почувствовали дым и увидели огоньки.

Стояла тишина. В такую погоду даже собакам не хотелосьлаять.

В корчме, кроме пива, подавали исключительно селедку,капусту и горох без жира — как-никак продолжался Великий пост. Народа же былостолько, что для Рейневана и компании с трудом нашлось место. Среди гостейпреобладали горняки с Золотого Склона и Цукмантля, не было недостатка и ввоенных беженцах — из-под Пачкова, из-под Виднавы, даже из-под Глухолазов.Гуситское нашествие определяло, разумеется, тематику разговоров, отодвинув дажеэкономику и секс. Все говорили о гуситах. Жехорс не был бы собой, если б не воспользовалсяоказией.

— Уж что я вам скажу, то скажу, — начал он, когда емуудалось заговорить. — Один на свете честно трудится и справедливо обретает хлебсвой насущный. Но другие едят этот хлеб как преступники и грабители, ибо незаработали его, а просто отняли у работающих и присвоили. А это как разгоспода, прелаты, князья, монахи и монашенки, сосущие народ навроде пиявок,делающие сааавсем не то, чему учат и что наказывают Евангелии, а вовсе даженаоборот и вопреки. Все они, значит, закона Божьего враги и заслуживают кары.Знаете, братья, каким образом недавно сохранили свои дома и имущество крестьянепод Кетрой и Глубчицами? Тем, что взяли дело в свои руки. Когда чехи до нихдошли, то увидели хозяйский замок и церковь уже в угольках, а хозяина с приходскимсвященником — болтающимися на виселице. Обдумайте это дело, братья христиане.Как следует обдумайте!

Слушатели кивали головами, да, да, правда, правда, он верноговорит, притесняют нас вельможи и хозяева, жить не дают, еще пива, хозяин, апопы и монахи самые что ни на есть злющие кровопийцы, чтоб их черти взяли,пива, пива, mehr Bier[220], а податями, verfluchte Scheisse[221], так нас, наверно, скоро совсем удушат, тяжкие времена настали,у женщин токмо одно распутство в головах, молодежь бесится и старших неслушается, давней иначе было, больше пива, mehr Bier, открывай бочонок, хозяин,ух и соленая же эта ваша селедка, прям холера живая.

Шарлей втихую ругался, склонившись над миской, Самсонстругал прутик и вздыхал. Рейневан жевал горох, без жира такой же вкусный как,корм для кур. Под низким оконченным бревенчатым потолком стелился дым,волновалась паутина и плясали обманчивые тени.

* * *

Переночевали они в конюшне, рано утром отправились вдальнейший путь. В сторону Лондка. Рейневан и Шарлей не забыли Жехорсу еговчерашних выступлений. Отвели в сторонку, и ему пришлось выслушать несколькозамечаний, в основном касающихся принципов конспирации. В Клодзко, напомнилРейневан, Фогельзанг направляется с секретной и важной миссией. Это требуетделикатности и скрытности. Чрезмерно обращая на себя внимание, можно повредитьмиссии. Жехорс сначала надулся, сослался на данные ему непосредственно Прокопомприказы. Именно распространяемая среди крестьян пропаганда, бахвалился он,порушила моральное состояние епископской пехоты под Нисой. И так далее, и такдалее. Наконец согласился соблюдать несколько большую сдержанность. Выдержалкаких-то полмили, до лежащей в полумиле за Лондком деревни Радохов.

— Вот что я вам скажу, вот что скажу! — выкрикивал он,забравшись на бочку, кучке крестьян и беженцев. — Попы и вельможи болтают,будто чехи несут войну. Ложь! Это не война, а братская помощь, мироноснаямиссия. С мирной миссией идут в Силезию Божьи воины, ибо мир paxDei — длядобрых чехов величайшая святыня. Но чтобы был мир, надобно победить враговмира, и если надо, то оружием и силой! Не силезский народ, побратим, врагчехов, а епископ Вроцлава, прохвост, притеснитель и тиран. Вроцлавский епископв сговоре с дьяволом, отравляет колодцы, задумал заразу по Силезиираспространить, народ выморить. Поэтому чехи только против епископа, противпопов, против немцев! Простой люд не должен бояться чехов!

Когда толпа погустела, поле для пропаганды нашел и Бисклаврет,который прочел собравшимся письмо Иисуса Христа, павшее с неба на поле в районеОпавы.