Халцедоновый вереск - Вира Наперстянка

И я была с ней полностью согласна. Ведьма была красавицей. Раскрепощенной, выгодно подчеркивающей свои достоинства нарядом и косметикой.

– Если никто не желает сделать комплимент самостоятельно, следует напроситься на этот самый комплимент, – нравоучительным тоном произнесла ведьма.

Мы с шаманкой подняли глаза к потолку. Ведьма! Небольшой диалог прекратился, и все вновь вернулись к еде.

Вертя в руках уже пустую чашку, я с завистью смотрела на уминающую хлеб с маслом шаманку. Я не наелась! Посмотрела на свои крошки на тарелке и раздраженно вздохнула. А потом, не выдержав, подозвала слугу с просьбой подать мне булочек.

– Леди Адрия? – спросил подошедший молодой человек.

– Верно, – отозвалась я.

– Госпожа Мирта упоминала вас. Сейчас все будет. – Он склонил голову и оставил меня в недоумении.

– Так ты та самая леди Адрия Нейл? – Ведьма откинулась на спинку стула и снова впилась в меня своими зелеными глазищами.

– Та самая? – приподняла брови я.

– Дочь герцога Хэдрийского, наследница самого огромного герцогства страны, протеже всего Совета и самая вероятная претендентка на место королевы.

– У-у… – протянула я. – Какая дезинформация! Ни то, ни другое, ни третье. Но первый пункт верен, это да.

– Хочешь сказать, что единственная подруга младшего брата короля имеет минимальные шансы стать королевой? И что дочь одного из богатейших людей страны не протеже Совета?

Интересно, откуда у ведьмы с соседнего острова такая осведомленность?

– Я не подопечная Совета. Мне не нужна его поддержка, – холодно ответила я.

– Но это не означает, что ее нет, – усмехнулась она.

– Девушка, которой Совет окажет открытую поддержку, обречена на поражение. И если эта девушка я, то я искренне себе сочувствую.

Не соврала ни на йоту. Дарион – это Дарион. Воспитанный не как наследный принц, имеющий чуть ли не полную свободу и ненавидящий рамки и чужие указания. Даже интересно, какая у Дара была реакция на давление со стороны Совета в выборе спутницы жизни. Либо он их красноречиво послал в снежную чащу, либо молча выслушал с полуулыбкой на губах. Впрочем, итог один – полное отторжение той невесты, на которой настаивает Совет. Уже предвкушаю.

– Ночь Судьбы – прекрасное время, – неожиданно произнесла шаманка, а затем перевела свои поблекшие вновь глаза на меня.

Я напряглась. Сильно. Разумеется, старалась ничем не выдать своего волнения, но не уверена, что вышло.

– Почему не скажешь им? – спросила она.

– Кому?

– Что? – одновременно с моим прозвучал голос ведьмы.

– Им, – повторила шаманка. – Твоим мужчинам.

Хорошо, что моя бледная кожа была не особо склонна к румянцу. Потому как прозвучало это двояко.

– Твоим мужчинам? – Ведьма выгнула бровь. – А ты не промах, леди.

– Речь о… нем и об отце? – спросила я у шаманки, которой очень легко вновь удалось пошатнуть мое спокойствие.

Шаманка даже не стала отвечать на мой вопрос, видимо, для нее и так все было понятно. Ну, разумеется, было. Интересно, что же именно сказали ей духи?

– Не хотелось бы влезать не в свое дело, но, девочки, вы меня пугаете. Что происходит?

– Ничего, не пугайся, – ответила я.

– Она провела ночь Судьбы с мужчиной, и она знает, кто этот мужчина. Но ему она об этом не сказала, – выдала все как на духу шаманка. Спасибо, что имя не раскрыла! Хотя оставалась легкая надежда, что она и не знала имени.

– И ты знаешь, кто это был?

– Да.

Что ж, надежда умерла в муках.

– И? – поторопила ведьма.

– Дарион.

А нет, не спасибо! Раскрыла-таки! Какова вероятность того, что удастся за короля выдать какого-нибудь графа? Ведьма с подозрением перевела взгляд на дальний большой стол, за которым как раз и завтракал король, а потом в полнейшем шоке посмотрела на меня. Что ж, вопрос был риторическим, так как по глазам ведьмы сразу же стало понятно, что не удастся. Я вздохнула. Как-то я не была готова к тому, что девушки, которых я буду знать всего пятнадцать минут, окажутся в курсе одного из самых больших секретов моей жизни.

– Дамы, – чопорно начала я, беря сладкую румяную булочку с принесенного слугой подноса, – должна предупредить, что я в совершенстве умею варить эликсир забвения. И смею вам напомнить, – я взяла вторую булочку, – о приличиях. И простых народных мудростях: любопытство сгубило кошку, а лучший недостаток – недостаток в словах.

– Да будет тебе, – отмахнулась шаманка. – Подруги и не таким делятся.

– Ведьма тоже наша подруга по несчастью? – прохладно уточнила я.

– Нет, ведьма просто наша подруга.

Вот так неожиданно для себя и обзаводишься друзьями. И к концу обычного завтрака уже имеешь четкий план пленения сердца короля Аритерры.

Я с нарастающим ужасом слушала разговор ведьмы и шаманки, которые подозрительно быстро спелись. Обе уже решили, что никоим образом не будут строить Дариону глазки, а наоборот, усердно содействовать мне во всех этапах, при этом удерживая и свои позиции в рейтингах. Их план был прост – держаться на верхушке списков по баллам, а в день выбора отказаться от участия. План довольно здравый, но я не настолько отчаявшаяся и не верящая в свои силы, чтобы на него согласиться. Об этом я и не преминула сообщить так называемым новым подругам. После чего была послана в снежную чащу. А меня, между прочим, и посылать туда бессмысленно! Побывала я там, больше не хочу. Деревья, снег, лед и дикие боуги. Жутко и холодно!

Послушав разговор девушек еще немного, я все-таки не выдержала. Они уже обсуждают, в какой момент и как сильно следует меня толкнуть, чтобы я упала прямо в объятия Дариона.

– Дамы, – я прокашлялась, – не сочтите за грубость… но прежде чем толкать меня с лестниц и запирать в чуланах, может, представитесь?

Они замолчали и растерянно на меня посмотрели, будто только сейчас вспомнили, где находятся.

– А… ну да… Миладея. Ковен Арас, – представилась ведьма.

– Отила. Дочь вожака Охровых степей, – ответила шаманка.

Замечательно. Член самого крупного ковена острова Ведьм и преемница главного степного шамана.

– И что же вы такие замечательные делаете на отборе? – вкрадчиво поинтересовалась я.

– Духи сказали, я пришла, – тут же ответила шаманка, а вот ведьма замялась, и это не ускользнуло ни от меня, ни от шаманки.

– Скажу сразу, что я здесь не за сердцем короля! – Ведьма выставила перед собой руки в предостерегающем жесте. Как будто я могла на нее наброситься. Как будто набрасываться на каждую участницу отбора – это неплохой способ затесаться в победительницы.