Ястреб на перчатке - Александр Рау

— Гийом, вам кто-нибудь говорил, что красно-голубой камзол на вас смотрится ужасно? — едва поприветствовав меня, громко поинтересовался Мигель.

— Не поверите, но я это знаю.

— Тогда зачем вы его носите?

— Мне просто нравятся эти цвета, — объяснил я.

— Да, как говорит в таких случаях лейб-медик Строцци, «здесь медицина бессильна», — картинно сокрушился Мигель и сменил тему: — Ваш подарок, — эта сабля — лучшее оружие, что я когда-либо держал в руках. Сознавайтесь, хотите меня подкупить?

Младшему сыну графа Клосто двадцать пять лет, он служил в министерстве иностранных дел, был человеком широких взглядов, практичным и немного циничным. И, вдобавок ко всему, чувство такта у него отсутствовало напрочь. Поэтому-то я его и спас. Этот человек, умирая, пытался острить над священником, пришедшим отпустить ему грехи. Я выгнал священника и поставил Мигеля на ноги.

— Нет, Мигель, — не принял я предложенной игры, — просто подарок. Подкупать вас нет смысла.

— Жаль. А я уж мечтал, что еще попрошу что-нибудь за поддержку, — огорчился Мигель, хотя его лицо говорило об обратном. — Я на вашей стороне, Гийом. Во-первых, потому, что долги нужно отдавать, а слово держать. Во-вторых, вы — лучшая кандидатура для Изабеллы, лучше, чем этот поэт де Кордова. В вас я уверен, а в нем… Слишком часто он меняет объект своей страсти. «Прекрасную даму», музу поэта, — так они это называют. За последние полгода в этой роли побывали: сеньора Миранда — дочь министра иностранных дел; леди Эрсилья — был большой скандал; герцогиня Тавора — нет, этой он только посвящал сонеты. И вот теперь Изабелла. Через месяц она ему наскучит — что тогда? Лучше уж вы, Гийом. Знаю, что вы дадите Изабелле все, чего она достойна, убережете от глупостей. А то, что вы ее не любите, — это к лучшему. Союз, основанный на здоровом расчете, сильнее сердечного. И еще весьма важно то, что, в отличие от Луиса, изменять вы ей не будете, — закончил Мигель.

— В последнем уверены? — Слова его вызвали у меня улыбку.

— Уверен, я вас неплохо изучил. Публичные романы на стороне, измены — все они, в конце концов, заканчиваются скандалами. А вы этого не любите.

— Ваш отец меня все так же сильно ненавидит? — спросил я, увидев старого графа.

За разговором время летит быстро, мы были уже в центре сада, где собирались гости.

— Да. Он втайне мечтает отдать Изабеллу за какого-нибудь герцога, но слово нарушить не смеет, — подтвердил Мигель.

— Прекрасно! — ответил я.

Рядом с графом, приветствуя подходивших гостей, стояла Изабелла.

Граф был не рад меня видеть. Уверен, он втайне надеялся, что я не приду.

— Рад вас видеть, граф! — Я поклонился, согласно придворному этикету, как младший старшему, как жених отцу невесты. В тот момент я был сама галантность и вежливость.

— Не могу сказать того же, Гийом, — проскрежетал сквозь зубы граф.

В его глазах ясно читалось, как он был бы рад, если бы я внезапно скончался. Умер, погиб, исчез навсегда.

— Я вас тоже люблю, граф, но сейчас не время ссориться, — пресек я дальнейший обмен любезностями. — Приветствую вас, Изабелла. Вы сегодня просто ослепительны! — обратился к его дочери. В ее прекрасных голубых глазах злости и раздражения было не меньше.

— Благодарю, — сухо кивнула она в ответ.

— Граф, у меня к вам один вопрос. Помните ли вы наш договор? Если да, то согласны ли его исполнить?

Лицо графа налилось кровью, он побагровел — казалось, его сейчас хватит удар.

— Ты, ты… ничтожество… грязный колдун… — от волнения Клосто было трудно говорить. — Ты что, специально пришел сегодня, в день Оберегающего моего сына, чтобы сказать мне это?!

— Да, специально и именно сегодня. Так каков ответ?

— Да. Теперь доволен?! Убирайся с глаз моих! — прорычал старый граф.

— Повинуюсь, — склонил я голову. — Просто хотелось убедиться, а то кто-то, кажется, забыл о договоре.

Изабеллы рядом уже не было. Она в спешке ушла, едва я завел этот разговор.

Гостей было множество. К графу съехалось, наверное, полстолицы. Причем именно та половина, которую я не знал. Но вот промелькнуло знакомое лицо.

Граф Агриппа д'Обинье — самый молодой военачальник Хорхе Третьего. Статный, красивый, излучающий силу и уверенность. Его отец — выходец из Далмации, это объясняет странное для Камоэнса имя. Я знаю его уже больше двух лет, воевали вместе. Гоняли пиратов на побережье и били гордых алькасарцев, когда султан Ибрагим Великолепный решил в очередной раз проверить крепость границ Камоэнса.

У нас с Агриппой д'Обинье сразу же нашлись общие темы для разговора. Имя Бласа Феррейры было обоим прекрасно известно.

— Вы видели бои Феррейры на королевском турнире? — спросил я.

— Да, Гийом, Блас был как всегда на высоте. Просто невозможно уследить за его клинком. Это были не поединки, а просто уроки фехтовального искусства! Какие кварты, синистры из немыслимых позиций. Как красиво он победил де Кордову! Кружась в пируэте, финтом с дексетера в левую подмышку! — Агриппа был ярым поклонником фехтования. — К тому же он прекрасный учитель.

— Да, знаю. Де Кордова, неожиданно занявший второе место, берет у Феррейры уроки, — неохотно согласился я.

— Да что там де Кордова! — отмахнулся Агриппа. — Мой брат Филипп тоже обучается у Бласа, и если бы он был три дня назад в столице, то де Кордова не вошел бы и в тройку! А вот и он сам! — воскликнул д'Обинье-старший.

— Как слышал, речь шла о моих скромных талантах. Позвольте представиться, Филипп, — произнес подошедший к нам светловолосый юноша лет семнадцати с приятной, доброй улыбкой на лице.

— Рад знакомству. Гийом, Маг Его Величества, — ответил я.

— Так обрадован нашим знакомством, сеньор Гийом. Феррейра много о вас рассказывал.

— Надеюсь, он вас не напугал рассказами о злобном колдуне, который обожает превращать фехтовальщиков в статуи? — попробовал пошутить я.

— Так вот почему у Феррейры так долго не было достойных соперников?! — воскликнул Филипп и рассмеялся. — Нет, что вы, напротив, всячески нахваливал вас. Так что нам с де Кордовой ужасно захотелось с вами познакомиться.

— Что ж, ваши желания исполнились. С де Кордовой я познакомился. Он не в восторге. Какое у вас сложится мнение, не знаю, — хмуро ответил я.

— Ладно, хватит на эту тему, сеньоры. Лучше обратим внимание на тех прекрасных дам, что украшают этот вечер своим присутствием! — вмешался Агриппа, заметив мою реакцию.

— Изабелла сегодня ослепительна! Я вас понимаю, Гийом. За такую красавицу вы просто обязаны бороться. — Филипп не заметил прямого намека. — Но и Луис так просто не отступит. Скорее всего, вам придется драться, — безапелляционно закончил он.