Кровь драконов - Тодд Маккефри

— Спасибо, — хрипло произнес он.

Киндан громко захлопнул свою книгу и оглянулся на товарищей.

— Готово! — победоносно воскликнул он.

Впрочем, его улыбка сделалась не такой широкой, когда он понял, что М'тал, Салина и Кетан закрыли книжки даже раньше, чем он. Зато Лорана, как он с удивлением заметил, все еще читала. Причем с самого начала. Киндан вопросительно взглянул на Кетана.

— Она перечитывает, — объяснил целитель. — Еще раз.

Лорана с хмурым видом бросила книгу на столик и сердито взглянула на остальных.

— Итак, что мы знаем? — спросил М'тал. — Мы знаем, каким образом иммунная система действует в случае специфических и неспецифических нападений.

— Мы знаем, что иммунная система иногда атакует симбионты, — добавила Салина, которая никак не могла избавиться от величайшего изумления по поводу этих крошечных существ, которые жили в гармонии с драконами.

— И даже свое собственное тело, — вставил Кетан.

— И мы имеем некоторое общее представление о том, как готовить новые ответы на нападения, — сказал Киндан.

— Но только путем изменения ПНК, — хмуро добавила Лорана. — Мы не можем создать ни одного из этих «антибиотиков» или «антивирусов», которые расправляются с самой болезнью.

— Но как только мы сумеем спроектировать изменение, — уточнил М'тал, — мы сможем создать ретровирус, который исправит все гены всех клеток драконов таким образом, чтобы они могли правильно бороться с инфекцией.

— И как только мы поймем, что с одним драконом все получилось правильно, — подхватила Салина, — мы сможем взять у него ихор — кровь дракона — и ввести другим драконам, у которых лекарство разойдется по всей кровеносной системе и пропитает все тело.

— И, — зловещим тоном добавил Кетан, — лучше всего начать лечение с королевы, которая готовится отложить яйца, чтобы иммунитет передался ее птенцам.

М'тал и Салина почти испуганно переглянулись. У них имелась лишь одна королева после брачного полета, и этой королевой была Майнит'а.

— Но мы нисколько не приблизились к тому, чтобы определить инфекцию. — Лорана была явно расстроена. Она повернулась к закрытой по-прежнему двери. — И мы понятия не имеем, как открыть эту дверь.

— Кроме написанной на ней подсказки, — сказал Киндан.

— Кто-нибудь из вас умеет разговаривать с людьми, которые умерли четыреста с лишним Оборотов тому назад? — Язвительность Лораны сделала бы честь самой Туллеа.

— Должен быть путь, — ответила Салина, — иначе они не стали бы писать эти стихи на двери.

— Даже вообще строить эти комнаты, — добавил М'тал.

— Откуда мы можем это знать? — упорствовала Лорана. — Может быть, эти Учебные комнаты предназначались для совсем других людей? Может быть, ими уже пользовались и нам здесь совсем не место?

— Нет, — твердо ответил Киндан. — «Песня Цветка Ветра» могла быть обращена только к тебе. Эти комнаты были сделаны именно для нас. — Он поджал губы, задумчиво посмотрел вокруг и добавил: — Или, вернее, для тебя.

— Тогда почему, — воскликнула Лорана, воздев в отчаянии руки, — я не знаю ответ?

Кетан смотрел на нее с сочувствием. Он знал, что она, возможно, права, что они вполне могли преследовать не надежду, а ее призрак. Но тем не менее надежда была единственным, что у них оставалось. Если решения их проблемы не окажется за этой дверью, то все драконы умрут, в этом нет сомнений. А если решение находится за дверью, то именно Лорана — та самая «целитель-дева», о которой говорится в песне. Взглянув на Киндана, он убедился в том, что арфист полностью разделяет его убеждение.

Долгую паузу, возникшую после вопроса Лораны, нарушил М'тал.

— Пойдемте, — сказал он, поднявшись из кресла и потянувшись так, что затрещали связки. — Пора спать. Завтра мы, наверно, получим новые ответы.

— Завтра будет Падение в Нерате и Верхнем Кроме, — возразила Лорана. — Сколько еще драконов должно умереть, прежде чем мы откроем эту дурацкую дверь?

— Я не знаю, Лорана, — сказала Салина. Она быстрым шагом подошла к девушке и крепко обняла ее. — Но человек может сделать ровно столько, сколько может.

— Я знаю, — несчастным голосом поговорила Лорана, уткнувшись лицом в плечо бывшей всадницы, — но…

— Ш-ш-ш, ш-ш-ш, — Салина словно успокаивала ребенка.

— Сейчас нам нужно идти, Лорана, — сказал Кетан. — Мы обязательно должны отдохнуть, а М'талу завтра лететь против Нитей.

— А потом мы будем лечить раненых драконов, — добавила Лорана. — Завтра мы вообще сюда не придем.

М'тал широко расставил руки и буквально вытолкал всех из комнаты. Когда же они поднимались по лестнице на верхний этаж, он сказал:

— День отдыха от этих занятий пойдет всем нам на пользу.

— По крайней мере, завтра драконов будет достаточно, чтобы сформировать нормальный строй, — добавил Киндан.

— Это верно, — не без удовольствия пробасил М'тал и добавил, немного подумав: — Конечно, молодо-зелено, немного зеленее, чем мне хотелось бы, но…

Лорана вдруг негромко вскрикнула, и он сразу умолк.

— В чем дело? — спросил он.

— Это Карант', — сказала Лорана. — Ему плохо. — Она посмотрела на М'тала. — Я думаю, что Б'ник не должен завтра лететь на Падение.

Когда они уже почти поднялись наверх, из вейра предводителя донесся громкий лающий кашель, раскатившийся эхом по коридорам.

Лицо М'тала потемнело, и он прибавил шагу.

— Что ж, теперь уже намного лучше, — объявил Д'ган, медленно пролетев перед строем драконов, расположившихся в боевом порядке.

Прибывшие из прошлого все еще выглядели утомленными, этого он не мог отрицать, но они составляли почти две трети боеспособных сил Вейра.

— Сегодня мы покажем им, как это делается, ведь правда, Калот'? — вслух спросил он, нежно похлопав своего бронзового дракона по мощной шее.

Как будто в ответ, дракон зашелся в продолжительном приступе громоподобного кашля; его тело сотряслось так, что он чуть не сбросил всадника.

«Прости меня», — кротко извинился бронзовый великан.

— Не волнуйся, — отозвался Д'ган. — Этот безмозглый целитель уже давно должен был выдумать средство, которое помогло бы тебе, — проворчал он и, перегнувшись через плечо Калот'а, высмотрел внизу К'рема — тот готовил к вылету своего коричневого. — Опусти меня на землю, я с ним поговорю.

К'рем, подняв голову, увидел, как Калот' приземлился и его всадник соскользнул на землю. Заметив, что Д'ган направляется к нему, целитель постарался согнать с лица хмурое выражение.

— Кашель Калот'а, похоже, сделался хуже, — сказал он, как только Д'ган приблизился на несколько шагов. — Я надеялся, что последняя микстура поможет.