Роза Иллиана - Ричард Швартц

— Хорошо, — сказала Лиандра, расправляя плечи. — Тогда будем надеяться, что мы столкнемся с ними.

Янош и невидимка обменялись взглядами.

— Хорошо, — согласился Янош и снова прочистил горло. — Если таково ваше желание, Ваше Величество. Я думаю, это можно устроить.

— Прежде чем мы расправимся с солдатами, у меня есть кое-что, Ваше Величество, принадлежащее Вам, — промолвил невидимка, протягивая Лиандре серебряный венец с глубоким поклоном.

— Спасибо, — просто ответила Лиандра. — Я думала, что уже потеряла его. — Она снова надела корону и левой рукой указала в коридор. Ослепительная молния ударила в дальнюю стену, отскочила от неё и исчезла в следующем переходе. Вслед за ней раздался гром, заставивший пошатнуться даже Яноша, а затем за углом появился горящий человек и рухнул на месте.

— Незаметным это не назовёшь, — посетовал Янос, ткнув пальцем в ухо, на которое оглох, и зачарованно глядя на иней, образовавшийся на стене и полу. В свете серебряного венца и искр, пробегающих по Лиандре, он сверкал, как тысяча крошечных драгоценных камней.

— Да, — кивнул невидимка и посмотрел на свою королеву. — Думаю, вы были правы, капитан. Она действительно сердится.

— Это, вы хорошо подметили, и с меня хватит незаметности! — мрачно произнесла Лиандра, решительно шагая вперёд. — Пусть приходят, у меня осталось достаточно молний, чтобы разнести весь храм!

— Знаешь, — шепнул Янош невидимки, когда они последовали за своей королевой. — Когда я с ней познакомился, она сказала, что умеет пользоваться только бытовой магией. А теперь посмотри на неё!

— Да, — сказал невидимка с редкой улыбкой. — Я всегда считал, что сэры особенно привлекательны, когда злятся.

— Боги, — вздохнула Лиандра и остановилась. Качая головой, она посмотрела на них, и искры вокруг неё исчезли, словно их и не было. — Вам обязательно было говорить это сейчас? Как я могу метать молнии, если вы заставляете меня улыбаться?

— Я думаю, Ваше Величество, — усмехнулся Янош, — что с таким пылом, как у Вас, это не должно быть большой проблемой. — Он посмотрел на её изумленное лицо. — Что такое?

— Никто ещё не называл меня вспыльчивой, — тихо промолвила она.

Он только рассмеялся.

— Если бы это было не так, тебя бы здесь не было. — Он указал на коридор Ледяной Защитницей. — Разве мы не собирались убивать врагов?

Тёмный эльф открыл глаза и потянулся, но тут же замер, когда острая сталь поцарапала ему шею.

— Зокора, — изумленно произнёс он. — Что ты делаешь?

Он оттолкнул её несопротивляющуюся руку, выпрямился и моргнул.

— Где мы находимся? — спросил он. — Неужели я так сильно пострадал, что меня пришлось нести в храм? И почему ты плачешь? Обычно ты никогда не плачешь!

— Это неприятное и странное чувство, — ответила Зокора, тяжело сглатывая. — Оно заставляет тебя погрузиться в размышления, когда мир вокруг важнее. — Она наклонилась к нему и уже собиралась поцеловать, когда он отпрянул.

— Варош? — обиженно спросила она.

Однако он вздрогнул не из-за неё, а из-за своих рук, на которые теперь ошеломлённо смотрел.

— Зокора, — тихо вымолвил он. — Что, ради чертогов Сольтара, со мной случилось? Почему мои руки чёрные… и такие маленькие?

— Ты умер, — тихо, но отчетливо ответила она. — Малорбиан украл твою душу, чтобы шантажом заставить меня избегать его. Теперь твоя душа находится в теле одного из моих сородичей.

Тёмный эльф посмотрел на неё округлившимися глазами, затем обеими руками схватил кинжал, который она всё ещё держала.

— Варош, нет! — закричала она, отчаянно удерживая кинжал, который он с неумолимой решимостью пытался вонзить в своё сердце.

— Я не позволю им торговать моей душой, — задыхался он, — и уж тем более не позволю шантажировать тебя ею!

— Остановись! — в ужасе воскликнула она. — Всё не так! Никакой сделки нет, тебя спас кое-кто другой!

Давление на кинжал ослабло, и чёрные глаза, совсем не похожие на глаза Вароша, вопросительно посмотрели на неё. Но лицо, как бы мало оно ни напоминало аколита Борона, имело знакомую мимику. Эта мимика и его реакция на предполагаемую сделку развеяли все её сомнения. Это был Варош, хотя Зокора всё ещё не могла в это поверить.

— Расскажи мне всё, что знаешь, — потребовал он, снова медленно опуская кинжал.

— Варош, — тихо сказала она. — Сейчас неподходящее время. Мы в Лассандааре, в храме мёртвого бога. Лиандра в опасности, и на кону судьба твоей родины, если не больше.

— В Лассандааре? — удивленно переспросил новый Варош, затем покачал головой. — Тогда говори быстрее, — потребовал он. — Я не сделаю ни шагу, пока не узнаю, что это: святотатство против моего бога или чудо! — Он посмотрел на неё полыхающими красным огнём глазами. — Я скажу тебе одно: я не просил об этом! Я поступил так, как считал нужным. Каждый день люди умирают за тех, кого любят, без того, чтобы их душами потом торговоали! Я был бы в безопасности в руках Борона!

— В этом нет сомнений, — улыбнулась она. — У тебя были прекрасные похороны в храме, и тебя назвали образцом веры в Борона.

— Никто из священников в том храме не знал меня, — прорычал он, выпрямляясь. — Тогда рассказывай. Но быстро.

Обычно Зокора была недовольна, когда ей отдавали приказы, но в данном случае она улыбнулась.

— Ласка, сводный брат императрицы… Совы Дезины, — добавила она, заметив его взгляд. — Он появился из ниоткуда и сказал, что украл твою душу с алтаря мёртвого бога и вживил в это тело. Как он сюда попал, что именно делал и какой причиной руководствовался, тебе придётся спросить у него. А про меня ты знаешь, что я не вру. Это чудо, но с объяснениями придётся подождать. Ты нам нужен. Ты нужен мне.

— Ты любишь меня, — с изумлением понял Варош, затем его лицо потемнело. — Из-за этого? — Он поднял руки, не принадлежащие ему, чтобы она могла их видеть. — Из-за того, что я теперь ношу тело эльфа?

— Это тело священника мёртвого бога, — холодно ответила Зокора. — На самом деле, у меня было большое искушение перерезать тебе глотку. — Она покачала головой. — Только этот хрупкий человек с его благоразумием, смелостью и преданностью переубедил меня.

— Я тебе верю, — просто ответил Варош. — Скажи, ты бы согласилась на сделку? — спросил он, пристально глядя на неё.

— Если бы я поверила, а я не поверила, то да, — вздохнула она. — Ты уже не раз слышал от меня, что я считаю любовь слабостью. Вот почему я не хотела любить.

— Зокора? — нежно спросил он.

— Да?

— Если что-то подобное повторится, не заключай сделку, — тихо сказал он. — Особенно если ты меня любишь. Это искажает ход вещей и принижает меня. Странно, — продолжил он, нахмурившись. — Мне кажется, что это не в первый раз. Пока я