Лаксены. Начало - Дженнифер Арментроут

– Ты что?.. Джейсон Борн^[19] или… кто-то в этом роде?

Пройдя к тому месту, где мы сидели, он бросил на столик двадцатидолларовую купюру, а потом добавил еще десять сверху.

– Нам нужно поговорить. Наедине.

Если учесть, что в ресторане до сих пор никто не двигался с места, вряд ли кто-то мог бы нам помешать. Я сделала глубокий вдох, пытаясь успокоиться. Ничего страшного не случилось. Мой мир только что стал… чуть более сумасшедшим, но если у меня получилось смириться и справиться с пришельцами, то я определенно могла иметь дело с ниндзя Блейком. Но это вовсе не значило, что я должна была идти с ним куда-то, пока не выяснила, кем или чем он являлся.

– В моей машине, – выдохнула я, пытаясь привести мысли хоть в какой-то порядок.

Он кивнул, и мы направились к выходу. Открыв дверь, он оглянулся на замершее заведение. Один взмах его руки – и люди снова начали двигаться. Казалось, ни один из присутствовавших даже не заметил, что пребывал в замершем состоянии, и достаточно продолжительное время.

Мы были в двух шагах от моей машины, когда я осознала, что мои руки дрожали, а по шее затанцевало теплое покалывание.

– Вы, должно быть, меня разыгрываете… – пробормотал Блейк, схватив мою руку.

Мне не нужно было оглядываться. На стоянке не было видно припаркованного внедорожника «Инфинити», но опять-таки в случае крайней необходимости Дэймон всегда прибегал к своим собственным способам передвижения.

На тротуар упала высокая нависающая тень, и я подняла глаза. В метре от нас стоял Дэймон. Большую часть его лица скрывала низко опущенная на глаза черная бейсбольная кепка.

– Что… что ты здесь делаешь? – спросила я, и тут вдруг осознала, что Блейк все еще держал меня за руку. Я поспешно ее выдернула.

Челюсть Дэймона была настолько напряженной, что казалась вырезанной из мрамора.

– Я только что собирался спросить тебя о том же самом.

О… о боже, это было совсем нехорошо. Неожиданно девица Аэрум и ниндзя Блейк перестали иметь для меня хоть какое-то значение. Оставался только Дэймон и то, что он мог подумать.

– Это не то, что ты…

– Послушай, я не знаю, что происходит между вами двоими, – бросил Блейк, и его рука при этом сомкнулась на моем локте. – Но нам с Кэти нужно поговорить…

Одну секунду назад Блейк что-то говорил, а в следующую уже был прижат к стене «Дымной трапезной» почти двухметровым телом разъяренного пришельца.

Лицо Дэймона находилось в нескольких сантиметрах от его лица.

– Ты дотронешься до нее еще раз, и я…

– Что ты? – процедил в ответ Блейк, сузив глаза. – Что ты сделаешь, Дэймон?

Я схватила Дэймона за плечи и что есть силы дернула назад. Он не поддавался.

– Дэймон, перестань! Отпусти его.

– Ты хочешь знать, что я с тобой сделаю? – Все тело Дэймона напряглось под моей рукой. – Ты знаешь, где расположены твои голова и зад? Так вот, они очень скоро познакомятся друг с другом.

О мой бог. Мы начинали привлекать внимание. Люди глазели на нас из машин и через окна ресторана.

Я снова попыталась растолкнуть их по сторонам, но они оба меня игнорировали.

Блейк усмехнулся:

– Хотел бы я посмотреть, как ты попытаешься это сделать.

– Возможно, тебе следует лучше обдумать свой ответ, – с нехорошей улыбкой ответил Дэймон. – Потому что ты не имеешь ни малейшего представления, на что я способен, мальчик.

– Знаешь, это как раз самое забавное во всем этом. – Блейк схватил Дэймона за запястье. – Я совершенно точно знаю, на что ты способен.

По моей спине пронеслась дрожь. Кем, черт возьми, считал себя Блейк?

Из трапезной вышел мужчина, одетый в фланелевую рубашку и объемные драные штаны. Приблизившись к нам, он выплюнул жвачку:

– Ребята, вам придется остановиться, пока кто-нибудь не позвонил…

Блейк поднял свободную руку, и мужчина замер. В ужасе я оглянулась. Каждый на территории стоянки застыл на месте. У меня не возникло ни малейшего сомнения, что в самой «Трапезной» тоже никто не двигался.

Очертания тела Дэймона подернулись белесо-огненным светом. Повисло гробовое, почти звенящее молчание, и я знала – он был в секунде от того, чтобы обрушиться на Блейка со всей своей яростью.

Хватка Дэймона, по всей видимости, еще более усилилась, потому что Блейк хрипло выдохнул.

– Мне плевать, – процедил Дэймон, – кто ты или что ты, но тебе лучше дать мне хотя бы какое-то основание для того, чтобы в ближайшие минуты не расплавить тебя в инфузорию, которая будет влачить жалкое существование весь остаток своих дней.

– Я знаю, кто ты такой, – задыхаясь, выдавил Блейк.

– Это не слишком помогает, – рявкнул Дэймон, и я должна была с ним согласиться. Мой взгляд украдкой вернулся к мужчине во фланелевой рубашке. Он все еще стоял там, застывший с открытым ртом. Свет вокруг Дэймона становился все интенсивнее. – Попытка номер два.

– Я только что убил Аэрума! И несмотря на то что ты – заносчивый ублюдок, мы с тобой – не враги! – Его слова утонули в кашле, и я обеими руками вцепилась в плечи Дэймона. Нельзя было позволить ему задушить Блейка. – Я могу помочь Кэти, – сквозь зубы процедил Блейк. – Для тебя это недостаточно убедительно?

– Что? – выдохнула я, и мои руки опали.

– Да-а… – протянул едко Дэймон, – видишь, даже когда ты просто произносишь ее имя, мне уже хочется тебя убить. Поэтому, нет, это для меня недостаточно убедительно.

Глаза Блейка метнулись ко мне.

– Кэти, я знаю, кем ты стала и на что ты в скором времени будешь способна. И я могу тебе помочь!

Шокированная, я не могла оторвать от него глаз.

Дэймон вдавил Блейка в стену еще сильнее. Его зрачки переливались ослепительно-белым светом, как бриллианты.

– Позволь мне задать тебе вопрос. Если я убью тебя, эти люди разморозятся?

Глаза Блейка расширились, и я знала, что Дэймон не шутил. Ему с самого начала не нравился Блейк, а сейчас этот парень – или кем он там являлся на самом деле – определенно представлял опасность. Он много знал, слишком много… и он был в курсе, кем была я. Чем была я? О, придержите коней.

Я рванулась вперед.

– Отпусти его, Дэймон! Мне нужно знать, о чем он говорит.

Полыхающие глаза Дэймона не отрывались от Блейка.

– Отойди, Кэт. Я серьезно – отойди прочь.

Какого дьявола.

– Прекрати это. – Когда он не ответил, я закричала: – Остановись! Остановись хотя бы на пару минут!