Лаксены. Начало - Дженнифер Арментроут

Что ж, это подтверждало все мои страхи. Мои руки соскользнули с руля, упав на колени. Я не имела ни малейшего представления, что сказать. Как будто из-под моих ног выдернули ковер и я наотмашь ударилась лицом об пол.

Блейк вздохнул.

– Осознав до конца, какая опасность мне угрожала, я начал усиленно тренироваться, чтобы развить свои новые способности. Я изучал слабости пришельцев через… тех, с кем сталкивался. Мне пришлось в буквальном смысле бороться за выживание.

– Это все, конечно, очень трогательно и все прочее… но как ты в конечном итоге оказался именно здесь?

Он взглянул на Дэймона.

– Я решил переехать сюда с дядей, как только узнал о бета-кварце.

– Как удобно, – пробормотал Дэймон.

– Да, это так. Горы… Очень удобно.

– Существует много мест, где есть залежи бета-кварца. – Голос Дэймона был пронизан подозрением. – Почему сюда?

– Очевидно, потому что эта территория не слишком заселена, – ответил Блейк. – Трудно представить, чтобы здесь кружило много Аэрумов.

– Значит, все было ложью? – вскинула бровь я. – Санта-Моника, серфинг?

– Нет, не все было ложью. Я действительно из Санта-Моники, и я все еще люблю серфинг, – ответил он. – Я лгал не больше твоего, Кэти.

Он был прав.

Блейк прижался головой к спинке сиденья и закрыл глаза. Его лицо погрузилось в тень, а плечи опустились. Очевидно, недавние трюки его значительно вымотали.

– Скажи, у тебя были какие-то повреждения… и тебя кто-то из них вылечил, да?

Почувствовав, как напрягся рядом со мной Дэймон, я понимала, что никогда бы не выдала его и своих друзей, подтвердив предположения Блейка, даже несмотря на то что он был таким же, как я.

Блейк вздохнул:

– Ты не собираешься сказать мне, кто из них это сделал, да?

– Это не твое дело, – возразила я, с трудом сдерживая дрожь в голосе. – Как ты понял, что я другая?

– Ты имеешь в виду, помимо очевидного: обсидиан, ветки и антураж в виде космических соседей? – Он рассмеялся. – Ты переполнена электричеством. – Он потянулся между сиденьями и положил руку поверх моей. По коже пробежал статический разряд, обжигая нас обоих. – Видишь?

Дэймон схватил Блейка за руку и отбросил ее назад.

– Ты мне не нравишься.

– Чувства взаимны, приятель. – Блейк взглянул на меня. – Это всегда происходит, когда ты касаешься Лаксена или Аэрума, так ведь? Ты чувствуешь, как их кожа словно оживает под твоими пальцами?

Я помнила, как мы с ним впервые соприкоснулись руками на биологии.

– Как ты узнал о МО?

– Я встретил другого человека, такого же, как мы. Эта девушка была под контролем у МО. Видимо, она каким-то образом рассекретила свои способности, и они ее загребли. Это она рассказала мне все о МО и о том, что они в действительности хотят. Оказалось, их интересуют вовсе не Лаксены и не Аэрумы.

Теперь Блейк добился полного внимания со стороны Дэймона, потому что тот в долю секунды оказался практически на заднем сиденье.

– Что ты имеешь в виду?

– Они хотят таких людей, как Кэти. Им плевать на пришельцев. Они хотят нас.

Чувствуя ледяной ужас, ползущий вверх по позвоночнику, я открыла рот:

– Что?

– Тебе лучше бы пояснить подробнее, – рявкнул Дэймон, и воздух в тесной машине буквально заискрился от напряжения.

Блейк наклонился вперед.

– Ты действительно думаешь, что МО не в курсе, какими способностями на самом деле располагают Лаксены и Аэрумы? Что после изучений ваших рас на протяжении десятилетий они не имеют четкого представления, с кем имеют дело? Если вы в это верите, то с вашей стороны это либо глупо, либо наивно.

Меня пронзил очередной приступ страха.

Даже у меня временами возникали некоторые сомнения на этот счет, но Лаксены были столь уверены в том, что им удавалось скрыть свои способности…

Дэймон покачал головой.

– Если бы МО знало о наших возможностях, они бы никогда не позволили нам жить на свободе. Нас попытались бы изолировать моментально.

– Серьезно? МО знает, что Лаксены – миролюбивая раса, и они также в курсе, что Аэрумы не такие, как вы. Если Лаксены будут свободны, то они самостоятельно отрегулируют проблему с Аэрумами. К тому же разве МО не ликвидировало тех Лаксенов, которые действительно представляли угрозу? – Блейк резко отпрянул назад, когда Дэймон практически перегнулся через кресло, и я в ужасе вцепилась в его свитер. Вряд ли бы у меня получилось удержать его, но, по крайней мере, он остановился.

– Послушай, все, что я хочу сказать, – глухо выдохнул Блейк, – так то, что… существует более крупная рыба, на которую охотится МО. И это – люди, мутировавшие под воздействием Лаксенов. Мы такие же сильные, как и вы, а в некоторых случаях даже сильнее. С одной только разницей, мы устаем быстрее, и нам требуется больше времени на восстановление сил. Вот и все.

Дэймон сел на место, и его руки судорожно сжимались и разжимались.

– Единственная причина, почему МО позволяет вам верить, что ваш большой и ужасный секрет им неизвестен, так это только потому, что они знают, что именно вы способны делать с людьми, – произнес Блейк. – Это мы – те, кто им нужен.

– Нет, – прошептала я, мой мозг восставал против невероятной абсурдности всей этой концепции. – Почему бы их вдруг интересовали мы?

– Ну-у, Кэти… почему вдруг правительство заинтересовалось группой людей, которые обладают силой даже большей, чем те, кто их создал? Я не знаю. Возможно, потому что они хотели бы иметь в своем расположении армию, которая могла бы в случае чего избавиться от кого угодно, включая самих пришельцев?

Дэймон тихо произнес нечто похожее на словесное произведение искусства в виде проклятий. И это испугало меня больше, чем что-либо еще, потому что означало только одно: Дэймон начал по-настоящему слушать то, что говорил Блейк. И верил этому.

– Но как… как ты можешь быть сильнее Лаксенов? – выдохнула я.

– Хороший вопрос, – мягко согласился Дэймон.

– Помнишь в «Трапезной», я понял, что парень собирается соскочить, не заплатив по чеку?.. Я знал это только потому, что мог слышать часть его мыслей. Не все, конечно, но вполне достаточно, чтобы понять его планы. Я могу слышать мысли почти любого человека, кроме тех, кто мутировал.

– Мутировал? – Боже, это слово вызывало отвратительные ассоциации.

– Ты мутировала, Кэти. Скажи, ты ведь недавно болела, верно? У тебя был сильный жар?

Понимание того, о чем он пытался сказать, начало так быстро проникать в мое сознание, что я почувствовала головокружение. Тело Дэймона напряглось, как струна.