Гувернантка - Герта Крис

— Да… — вздохнул Ярослав.

В этот момент в зал вошёл повар:

— Мой император! Великая княжна!

И мне кивнуть не забыл.

— Всё ли в порядке?

— В высшей мере! — кивнул Ярослав. — Мы благодарим вас!

Повар шевельнул усами, и мне показалось, что даже покраснел.

— Очень рад, ваше величество!

Потом перевёл взгляд на меня и нахмурился:

— А вам ужин будет подан в комнату.

Хотела я сказать, что уже поела, но воздержалась. Только указала вилкой на свою почти пустую тарелку и улыбнулась. А он кивнул величаво, словно извинения принял. Только я извиняться и не собиралась! Раньше-то детей чёрт-те чем кормил!

После ужина Ярослав предложил поиграть с котятами. Но в лице его было что-то эдакое… Потому я и спросила:

— А чем вы должны сейчас заниматься?

— Ну… — опечалился император. — Письменные работы. Мне — указы писать…

— А мне — письмо подруге, — с той же печалью в голосе сказала Анастасия.

— Потом спать? — уточнила я.

И оба кивнули.

— Значит так. Сейчас занимаетесь письменными заданиями, а потом, перед сном я расскажу вам сказку.

— С твоего Листа?! — восхитился Ярослав.

Я подтвердила кивком его догадку, и дети немного более часа упорно что-то писали. А мне осталось только смотреть в тёмные окна и разговаривать со слугами. Скорее — слушать. О том, каким прекрасным стал аппетит у императора, как весело смеются теперь дети и что никто ещё не смел критиковать повара. В целом я только слушала шёпот слуг и кивала.

Ещё… Можно сказать, случайно, проходя за спиной Анастасии, я прочла несколько слов её письма… Да уж! Она явно видела своего французика за занятиями не только поцелуями!

А потому я решила спросить Ярослава:

— А кто ваши работы проверяет?

И очень удивилась, услышав:

— Никто. Аська свои в камине сжигает, а я иногда слугам дарю.

— Зачем?

— Иногда я пишу указы о присвоении кому-нибудь звания генерала или титула. Но я никогда их не подписываю. А слугам нравится… Катя! Скоро спать ложиться!

— Хорошо, — кивнула я.

— А сказку?!

В голосе императора читались не только возмущение и обида, но и лёгкая плаксивость.

— Я ведь обещала? Готовьтесь ко сну, надевайте пижамы и идите сюда! В этих креслах вам будет удобно слушать…

Их как ветром сдуло! А минут через пять они вернулись. Хорошо, хоть у Ярослава с пижамой не ошиблась — тёмно-зелёной, просторной, полностью скрывшей худенькую мальчишечью фигурку. Анастасия была облачена в кружевную сорочку до пола и такой же длинный шёлковый халатик. Забравшись с ногами в кресла, они уставились на меня. А я что?..

— В далёкой части неведомой страны жили-были в маленьком домике девочка и её мама. И все звали девочку Красная Шапочка…

За что я люблю народные сказки, так это за то, что они позволяют любую интерпретацию. Даже самую дикую. Не спорю — прокололась! Регент же предупреждал, чтобы маму не поминала… Так и плевать на него. Дети — не роботы!

На подробностях описания леса, погоды и тропинки, мощенной жёлтым кирпичом, я не экономила. Ну и в конце, когда охотники прижучили «беременного» бабушкой и Красной Шапочкой волка, внесла коррективы:

— …Наставили охотники на раздувшегося волка своё оружие, а потом вызвали двух опытных лекарей. И лекари сделали волку операцию, вытащили бабушку и Красную Шапочку, дали им зелья и спасли их…

Сбоку к нам подошёл слуга и несмело сказал:

— Мой император… Пора…

Ярослав отмахнулся, а я нашла нужным кивнуть:

— Одна минута.

Но на всякий случай показала два пальца.

— У вас на Листе очень большие волки! — покачал головой император. — Он умер?

— Нет, Ярослав. Его тоже спасли лекари, но потом держали в клетке зоопарка. И волк, за одну котлету изображал бабушку. Если ему, конечно, давали очки.

— А у мамы девочки был мужчина? — спросила Анастасия.

— Не знаю. В сказке об этом ничего не было. Но будем надеяться, что она встретит хорошего человека. А теперь… Вот и сказочке конец, а кто слушал — должен спать!

Император и Великая княжна спрыгнули с кресел и бросились по своим спальням. Но прежде чем скрыться за дверями, повернулись и в унисон прокричали:

— Завтра ещё расскажешь!

Переглянулись, засмеялись и захлопнули двери.

Переглядывались и удивлённые слуги.

— Надо же…

— Никаких напоминаний…

— И всё сами…

***

До моих апартаментов меня провожала служанка-болтушка. Слова лились из неё непрерывным потоком, и мне даже показалось, что они никак не связаны между собой и мало что означают. Но кое-что из её стрёкота я смогла извлечь: ужин ко мне уже доставили, завтра я должна надеть свежее платье, наружную дверь закрывать не следует, а на двери спальни имеется засов. Что ж! Мелочь, но приятная!

Тележка с ужином и вправду уже оказалась в большой пустой комнате. Я поблагодарила служанку и… Конечно же, закатила свой ужин в спальню! В огромном бальном зале и в горло ничего не полезет! Да и есть, как на фуршете, стоя…

Первым делом я задвинула массивный засов двери, разделась и уселась на кровать. Вытянула ноги. Не то чтобы смертельно устала… После трёх подряд детских праздников в этом плане дело куда хуже обстоит! Но вот по впечатлениям сегодняшний день — неоспоримый лидер!

Потом я достала из сумки телефон и убедилась, что сети нет. Ноут тоже не нашёл, к чему подключиться. Неприятно…

После душа решила посмотреть, что здесь подают на ужин. Повар, после моего замечания о мясе, явно решил, что я отпетая хищница — три сорта тонкими ломтиками. Но ведь и сыр имел место быть! И сок.

С удовольствием перекусив тем, что повар послал, я решила лечь спать. Не потому, что было очень поздно — телефон утверждал, что и десяти нет, — просто завтра новый рабочий день...

Мужскую рубашку, в которой обычно спала, я взять забыла. Нашла в комоде длинную ночнушку, надела — вполне приемлемо. Хотя такие хламиды вечно жили отдельно от меня и к утру живописно наматывались на тело. Но вдруг здесь повезёт?

А вот уснуть сразу не смогла. И виновата была не ночная рубашка. Она-то вела себя вполне прилично. А вот голова… Лезли какие-то кареты с табличками, стаканы с соком в воздухе, учитель в чалме… И словно стержень детской игрушки-пирамиды, на который все эти видения нанизывались, мысль: как я могла согласиться на такую работу, чёрт знает где?! Правда, с детьми…