Черный снег. Выстрел в будущее - Александр Конторович

— Товарищ майор… вы меня совсем уж за лопуха-то не считайте, хорошо? Или вам схему минирования нарисовать?

Блефую! А ну как скажет — рисуйте! Придется из пальца высасывать. Или, по аналогии со складом, изобретать…

Обошлось, майор только покивал головой.

— А ваше задание? В чем состоит оно? Я о подробностях не спрашиваю, естественно, но… что-то и мы сделать ведь можем? В одной лодке все сидим, не так ли? Раз уж вы сами к нам вышли, была причина-то для этого?

Делаю вид, что задумался.

— Здесь должен был быть наш человек…

Карандаш в руке майора дрогнул.

— Кто такой?

— Это… скажем так — он шел на связь.

— С вами?

— Нет. Связник погиб. Не здесь. И человек этот тоже больше на связь не вышел.

— И что же?

— Я должен его найти. Живого или мертвого — все равно.

— Вы должны это сделать в одиночку? В густом лесу?

— Он должен был выйти к монастырю. И быть рядом. Уйти он никуда не должен.

— Хорошо. Допустим, что вы его нашли. Что дальше?

— Забрать его документы и переправить за линию фронта. При невозможности это сделать — уничтожить.

— Что вы про него знаете? Кто это такой?

— Простите, товарищ майор, а вам это зачем?

— Мы нашли такого человека…

Вот это — здрасте! Попал-таки американец сюда! Интересно, он сразу начал их тут ксивой стращать или призадумался? Что он им уже успел наговорить?

— Он жив?!

Собеседник мой внимательно на меня смотрит. Видимо, реакция на его слова соответствует ожидаемой.

— Нет. Он… погиб…

— Как?!! Как же так?!

Ф-фу-у… Пролетел кирпич мимо…

— Мы не знаем. Когда бойцы обнаружили его тело, он уже был мертв. Сильно обгорел…

— Я могу его видеть?

— А откуда я знаю, что вы — именно тот человек, к которому он шел?

— Поправка. Он не ко мне шел.

— Пусть так. И все же?

Что я могу рассказать майору? Да ни хрена, в общем-то… Хотя… если память поднапрячь… Нож! Танковый корпус! Особист из Уральского корпуса!

— Он мог быть одет… в нашу форму или в танковый комбинезон…

Собеседник невозмутим.

— Вооружен автоматом ППД номер СЕ 14807, пистолетом ТТ, и… нож еще должен у него быть.

Хорошо, что я номер автомата запомнил!

— Какой нож?

— Финка темного металла с надписью «Уральский добровольческий танковый корпус». Гранаты немного необычные, у них взрыватель оригинальной конструкции.

— Этот пистолет?

Майор вытаскивает из стола ТТ. Кладет его на стол.

— Посмотреть можно?

Он кивает.

Так… обычный «тэтэшник», выпуска сорокового года. Шутить изволишь, майор?

— Нет. У него должен быть десятизарядный пистолет.

— ТТ на десять патронов? Ничего не путаете?

— Нет.

— А еще что-нибудь? Какие-то еще вещи его назвать можете?

А что? Что еще могло быть у этого «проваленыша»?

— Ну… сапоги у него не совсем обычные… со стальными пластинками в подошве.

Майор недвижим. Черт, еще что-то есть! Но что же?! Какая-то деталь… судя по всему, именно она и озадачила майора больше всего…

Что это за деталь?

Американца забрасывали в Потсдам.

Это в Германии.

Наши там могли быть только в сорок пятом — это уже конец войны. Как выглядел особист танкового корпуса в это время?

Комбез?

Было.

Я это говорил, и оппонент схавал, не поморщившись. Значит, попал.

Оружие?

Номер автомата был назван и, судя по всему, совпал.

Пистолет?

Он пытался подсунуть мне какой-то левак и обломался.

Тоже ничуть не поморщился. Стало быть, и этого ответа ожидал.

Нож?

Не аргумент, таких ножей может быть хренова туча.

Сапоги?

А их вообще кто-нибудь проверял? Может быть, в них сейчас какой-нибудь старшина рассекает и в ус не дует, а я тут пыжусь…

Подведем итоги.

Мои ответы в целом совпали. Но майору этого явно недостаточно. Значит, есть еще какая-то деталь или детали, которые, с точки зрения особиста, являются уж совсем из ряда вон выходящими и однозначно идентифицируют меня как человека знающего. Супер! Дело за малым — назвать эти детали… Особист…

Нет, не то. Документы могли и не уцелеть. Да и не знаю я, что там в них понаписано. Танкист… И что?

Чем он принципиально от обычного бойца или командира отличается?

Да еще настолько, что это так уж в глаза бросается? Нет.

Не в этом дело. Потсдам… уже теплее… Германия, сорок пятый год! Блин!!!

Поднимаю правую руку и провожу ею по плечу.

Майор вздрагивает!

Попал!!!

Это же погоны!

Никто из особистов их до этого не видел!

Стукнула входная дверь, и сидящий за столом Кранц поднял голову:

— Вилли? В чем дело?

— Прибыл гауптман Хорст, герр гауптман.

— Один?

— Так точно, герр гауптман, один!

— Проси его сюда… — Кранц встал из-за стола навстречу вошедшему.

Хорст выглядел уставшим и чем-то озадаченным.

— Здравствуйте, Генрих! — шагнул к нему хозяин кабинета. — Отчего вы один? Где наш молодой друг? Где Лемке?

— В лесу, герр гауптман. Как и большинство его солдат.

— Не понял?

— Как вы и приказали, мы организовали засаду на русских курьеров. Долго ожидать не пришлось, уже утром мы увидели мотоцикл, который направлялся в сторону их лагеря.

За рулем был один солдат, и Лемке решил, что он за кем-то послан. Так оно и оказалось, уже через два часа этот же мотоцикл выехал в обратном направлении.

— Один? Или были еще пассажиры?

— Были. Еще один солдат, по-видимому охранник, и офицер. Он сидел в коляске. Мои ребята сняли водителя и подранили офицера.

— А охранника?

— У нас было всего два стрелка. Да и офицер был значительно более интересен, чем какой-то там солдат.

— Продолжайте, милый Генрих, я вас очень внимательно слушаю!