Королевская судьба - Морган Хауэлл

Рукой, выкованной из серебра, он указал на небольшую сумку на столе.

– Ты хорошо мне послужил. Это тебе.

Локунг взял мешочек и услышал звон монет. Обрадованный их весом, он низко поклонился.

– Благодарю вас, мессир.

– Пришли мне тех офицеров, о которых ты говорил. Когда я найду подходящего, я дам вам знать. Продвигайте мои интересы, и вы будете процветать. А теперь иди.

Локунг вышел из комнаты с чувством облегчения. В прихожей Балтена не было, но там стоял незнакомец. Это был молодой человек, глубокий загар которого подчеркивал его светло-серые глаза. Эти глаза смотрели на Локунга с презрением, а затем отвернулись. Подожди, пока ты предстанешь перед Серебряным Ликом, подумал Локунг. Тогда и ты испугаешься.

***

Громкий стук испугал Отара. Он также озадачил его, так как он не заметил постороннего присутствия за своей дверью. Еще больше он удивился тому, кто вошел без его разрешения.

– Горм!

Отар не видел Горма с тех пор, как тот без приглашения пришел торговать волшебными костями. Несмотря на поношенную одежду, Горм отказался торговаться из-за непомерно высокой цены, и Отару стоило большого труда убедить короля заплатить. Получив золото, Горм исчез так же таинственно, как и появился.

Пытаясь прочесть мысли Горма, Отар заглянул ему в глаза. Как и в прошлую их встречу, бледно-серые глаза показались Отару слишком старыми для окружающего их лица. Они были непроницаемы. Отар удвоил усилия и попытался завладеть разумом Горма. Попытка не удалась. Губы Горма сложились в сардоническую улыбку.

– Эти силы тебе не помогут. Если хочешь узнать, зачем я здесь, спроси сам.

Впервые с тех пор, как его вынесли из ямы, Отар почувствовал приступ страха.

– Я заплатил тебе за кости. Больше у нас нет никаких дел.

– Это неправда. Ты позволил уничтожить кости.

– Да, но они были моими, так что это не твоя забота.

– Я получил за них монеты, это правда. Но если бы ты заплатил мне за солнце, разве оно было бы твоим?

– Ты проделал долгий путь, чтобы говорить загадками.

– Я пришел, чтобы служить своему господину, – ответил Горм.

– Ты имеешь в виду меня? – спросил Отар.

Горм сверкнул еще одной насмешливой улыбкой.

– Я служу силе, стоящей за костями. Ты наверняка это почувствовал.

Отар вспомнил о злобном присутствии, которое всегда было сильнее всего, когда он обращался к костям.

– Да, я чувствовал ее. Когда кости были сожжены, оно едва не уничтожило меня.

– Оно вошло в тебя. Это источник твоих новых сил. Теперь ты воплощаешь моего хозяина.

– Что за двойственная чепуха! Я твой хозяин или нет?

– Я буду служить не тебе, а тому, что в тебе.

– Тогда проваливай! Что толку в слуге, который не хочет повиноваться?

– О, я буду полезен. Тебя и моего господина объединяет одно желание. Ты жаждешь мести, а мой хозяин требует крови. Купцы сторонятся страшных дел мести. Я не стану. Моя преданность подстегнет меня, ибо мой хозяин жаждет резни.

– Кто этот хозяин? – спросил Отар.

– У него пока нет имени. Со временем оно появится. Каждая смерть приближает этот день – эру черных храмов, забрызганных красным от жертвоприношений.

– Ты говоришь о боге?

– Это слово подходит. Разве ты не чувствуешь себя богом в своей силе и гневе?

– Очень похоже, – ответил Отар.

– Во мне ты нашел аколита. Придерживайся своего мрачного курса, и никто не будет более преданным. Принимаешь ли ты мою службу?

– Поскольку ты невосприимчив к моей силе, у меня, похоже, нет выбора. У тебя много опыта?

Горм усмехнулся.

– Много десятилетий.

– Десятилетий? Ты слишком молод для этого.

– Когда-то я был таким же, как и ты, незначительным колдуном. У меня была лишь одна хитрость – мой разум мог бродить по Темному Пути в поисках воспоминаний, отброшенных мертвыми. Память сохраняется даже после того, как дух отправляется на запад.

– Так говорят, – ответил Отар.

– И это правда. Ужасные смерти порождают особенно сильные воспоминания, и на Бессолнечном пути я встретил существо, которое питает эти воспоминания. Оно способно награждать живых последователей. Пока оно обитает в неземном мире. Но это изменится, когда оно станет более могущественным.

– И бойня питает его?

– Да. Война этого лета укрепила его. Твои новые силы – тому доказательство.

– Как ты стал служить ему?

– Я создал волшебные кости, которые позволяют моему хозяину управлять событиями.

– Те самые кости, которые ты продал мне? – спросил Отар, вспомнив их кровожадные советы.

– Да.

Отар окинул взглядом стоящего перед ним человека и позавидовал его телу.

– Твой хозяин сохранил твою молодость, а я был убит.

– Я всего лишь его слуга. А ты – его сосуд.

– Ты имеешь в виду новую версию костей, – сказал Отар.

– Как ты когда-то обращался к ним за наставлениями, так и я обращусь к тебе, – ответил Горм.

– Назови своих врагов, и я помогу им обречь себя на гибель. Забудь о сдержанности. Реализуй свои самые жестокие порывы. Не позволяй моему юному лицу обмануть тебя. Я оттачивал свое мастерство целую вечность.

9

Дар провела беспокойную ночь. Когда она не лежала без сна и не волновалась, ей снились тревожные сны. Детали снов быстро исчезали, но не их угрожающая атмосфера. В сочетании с видением разрушения зала Дар ощущала приближающуюся опасность.

В голове Дар боролись два взгляда на ее положение. Согласно одной из них, она стала королевой случайно. Так считала ее мутури, и если Зор-ят права, то Дар должна отказаться от короны. Такой путь ставил перед ней новые дилеммы. Дар не знала, кто должен стать ее преемником, поскольку не могла больше воспринимать достойных. Кроме того, вставал вопрос о том, что она будет делать потом. Если я останусь здесь, со мной будут обращаться как с призраком. Жизнь в Тайбене её не привлекала.

Напротив, Дар считала, что ей суждено стать королевой. Возможно, именно поэтому Мут ла сохранила ей жизнь. Однако Дар с трудом верила, что заклейменной крестьянке суждено стать королевой орков. Ее видения, казалось, свидетельствовали о такой судьбе, но они мало что подсказывали. Сгорит ли этот зал, если я останусь королевой, или мое отречение обречет его на гибель?

Дар билась над этой проблемой почти весь день. Борьба изматывала ее, не давая ответа. Наконец она