Зло из прошлого - Шеннон Мессенджер

Вокруг Алвара образовалось силовое поле, и оружие отскочило в сторону.

Через мгновение она сама оказалась под колпаком и отшатнулась от возникшей стены, чтобы не ударило током.

Только тогда она оценила обстановку и… не нашла ничего хорошего.

Друзья и Тарина попались в отдельные сияющие ловушки… удивительно, как Руй умудрился всё успеть… А Сандор, Гризель, Вольцер, Ро и Луиз, все в царапинах и синяках, стояли под одним куполом.

В то же время Гетен, Руй, Веспера и Амбер, целые и невредимые, укрывшись собственным щитом, ожидали снаружи у самых ворот.

И Алвар… стоял у панели не с пустыми руками. Он держал окровавленный лоскут ткани, который Софи не могла не узнать.

Пропавшая повязка Фитца.

Насквозь пропитанная его ДНК.

И теперь не оставалось сомнений, на чьей Алвар стороне.

Его словно подменили – вместо робости и печали вернулось прежнее привычное высокомерие. Словно кто-то нажал на переключатель и вернул старого Алвара – так просто.

– Вы как раз застали самое интересное, – сказала Веспера, встретившись с Софи взглядом.

– И теперь никуда не денетесь, – добавил Руй, слой за слоем наращивая силовые поля, которые Тэм, Вайли и Декс пытались разрушить.

– Ну давай, Алвар, – призвал Гетен. – Мы все знаем, сколько мучений ты перенёс ради этого момента. Пора выполнить задание…

– Погоди-ка, – перебил Киф, поворачиваясь к Алвару. – Ты действительно согласился лишиться памяти, терпеть пытки, травиться их зельями, в одиночку месяцами гнить в застенке на грани жизни и смерти… только ради того, чтобы открыть ворота, когда Совет тебя переведёт в Эверглен?

– Дело не в задании, – ответила Веспера. – А в том, чтобы доказать, что он чего-то стоит.

– Открыв ворота? – настаивал Киф. – В жизни такой дури не слышал.

Да уж, нечего сказать.

Но Алвар ничуть не смутился, сохраняя то же надменное выражение лица, и кажется, даже до Бианы наконец дошло, что перед ними прежний Алвар во всей красе.

Тем временем отвлекающая болтовня Кифа дала возможность Вайли, Дексу и Тэму мало-помалу разрушать свои силовые поля. Поэтому Софи спросила Гетена:

– А что, до более лёгкого способа попасть в Эверглен никто не додумался? Я навскидку могу назвать по крайней мере пять.

– И это займёт не больше пары минут, верно? – подхватил Киф.

– Может, и меньше, – уточнила Софи.

Веспера пожала плечами, и золотистое платье сползло набок.

– Если кто-то готов скакать через дурацкие обручи, чтобы доказать свою преданность, с чего я буду его останавливать? Алвар сам придумал план.

Киф повернулся к старшему Вакеру.

– Погоди-ка. И ты, значит, такой: «О, придумал! Искромсайте меня шамнивом…»

– Так его наказали за доставленные неприятности, – поправила Веспера. – И пусть спасибо скажет, что ему позволили искупить вину.

– Ну да, – согласился Киф и закатил глаза. – Порезать с головы до ног – абсолютно справедливое наказание за… Как вы сказали, в чём он провинился? Не смог ворота открыть?

– Речь об особых воротах, – возразила Веспера. – О тех, к которым он имел бы доступ, если бы не повёлся на дурацкие уловки Финтана и не высовывался, а сидел тихо, как Руй с Амбер. Поэтому я сказала, что мне нет дела, как он это уладит, только к фестивальной ночи всё должно быть готово.

– А при чём тут вообще фестиваль? – спросила Биана.

– Скоро узнаете, – сказал Гетен. – И хватит дурака валять. Продолжай, Алвар.

Алвар потянулся к сенсору, подтверждая сделанный выбор, но Софи всё же попыталась его переубедить:

– ТЫ СЕРЬЁЗНО? А как же все эти клятвы, что больше ни за что не станешь их пособником, даже если память вернётся. Обещания поквитаться за каждый шрам. И после пережитых ужасов… снова пляшешь под их дудку?

– Не нужно недооценивать эффект промывания мозгов, – заметил Гетен. – Это полная перезагрузка разума.

– Ладно, в жизни ничего глупее не слышала, – ответила Софи, не сводя глаз с Алвара. – Это безумие. Ты ведь не робот, которому нужна перезагрузка. Ты разумное существо с мозгами… с чувствами. И понимаешь, насколько это гадко. Наверняка понимаешь, даже если не хочешь признаться. Тебе ведь не хочется снова превращаться в ненавистного злодея.

Алвар горделиво вскинул голову, но она заметила, как дрогнул подбородок – небольшой изъян в напускной браваде. Значит, пока ворота не откроются, ещё есть надежда, что не всё потеряно.

Она наклонилась ближе, глядя ему в глаза, и добавила:

– Совет дал тебе шанс… и ты его ещё не упустил. Ещё можешь остановиться и доказать, что действительно исправился, как обещал. Подумай о будущем… ты ведь можешь быть счастлив. И осчастливить всех родных.

Вот тут она ошиблась.

– Родных, говоришь? – озлобленно рявкнул он. – Брата, который десять минут назад с удовольствием бы меня прикончил?.. Вот это было откровение. Или сестру, что заливалась крокодиловыми слезами и даже не собиралась за меня вступиться? Или родителей, что прикидываются добренькими только из-за чувства вины, ведь понимают, что практически на меня наплевали, когда решили завести ещё детей? Нет, это лишь малая часть славного наследия Вакеров. И я принял решение. Сегодня наконец выставлю напоказ всю подноготную этого семейства… Пусть неотёсанный братец и сестра это увидят.

– Алвар просил, чтобы в случае успеха нашего дела я вам позволила поучаствовать в этом громком разоблачении, – сообщила Веспера Софи и её друзьям. – Я сдержу слово, если вы будете себя хорошо вести. Ваши гоблины останутся здесь, и огр тоже. А вот на реакцию тролля мне самой любопытно поглядеть, так что пусть отправляется с вами. И если замечу какие-нибудь выкрутасы, Амбер покажет, какую боль может причинить теневой поток, и, уж поверьте, вам такое даже не снилось. Ясно?

Она подождала, пока все кивнули, и приказала Алвару:

– Впусти нас.

Алвар кивнул, мазнул кровью Фитца по сенсору, и Софи с нарастающей тяжестью на сердце наблюдала, как медленно отворяются ворота, беспрепятственно пропуская в поместье Гетена, Весперу, Руя и Амбер.

– И на случай, если захочется погеройствовать, – добавил Гетен, – позвольте представить ваших сопровождающих на этой экскурсии по семейным тайнам Вакеров.

Он свистнул, и вдруг задрожала земля, даже гоблины вскочили.

Софи ожидала целую армию дворфов, но вскоре разглядела, как к ним, облизывая чёрные заострённые клыки, направляются четверо таких здоровенных страшных огров, каких она ещё никогда не видела.