Ониксовый шторм - Ребекка Яррос

Пять официантов расставлены между нами, каждый держит руку на серебряном колпаке, накрывающем наши тарелки. У меня скручивает живот, когда Фэрис взмахивает запястьем. Официанты реагируют на невербальную команду, поднимая колпаки, прикрывающие наш ужин.

“Не будь начальником. Не будь начальником. Не будь старостой, ” напеваю я себе под нос, но по косому взгляду, который бросает Эйрик справа от меня, я догадываюсь, что я не такая тихая, как мне кажется. К счастью, на моей тарелке дымится жареная курица, картофель и какая-то начинка, смешанная с чем-то, похожим на цветную капусту. Без кочанов.

-И мы обслужены, - объявляет Фэрис на общем языке.

“Мы благодарим Хедеона за это угощение”, - говорит Наири, также используя общий язык. “Ради мира на нашей земле, мудрости, которую он считает нужным даровать, и удовлетворения от процветающих отношений. Мы предлагаем ему личное признание нашей сегодняшней ошибки в самопожертвовании. Пусть только наш разум познает голод”.

“Пусть только наш разум познает голод”, - повторяют Гедотики, и я почему-то не удивляюсь, когда Aric не сбивается с ритма.

-Давай поедим, ” предлагает Фэрис, поднимая свой хрустальный бокал, наполненный охлажденным мятным чаем, и указывая в мою сторону. “И спасибо тебе за твой подарок. Моя Талия очень рада его преподнести”.

-Я счастлива доставить ей радость, - отвечаю я, и следует неловкое молчание, пока он поднимает свой кубок, словно чего-то ждет.

-Всегда пожалуйста. - Ксаден делает большой глоток чая и ставит его чуть жестче, чем необходимо.

Улыбка исчезает с лица Фэриса, но потом он тоже пьет. Мы все так делаем, но это не снимает неловкости, когда мы приступаем к еде.

-Как вы находите наш город? - Спрашивает Розлин, в уголках ее карих глаз появляются морщинки, когда она улыбается.

-Трудно сказать, учитывая, что мы этого не видели. Мира берет ломтик лимона с края своей тарелки и бросает его в стакан.

“Надеюсь, завтра мы сможем это изменить”, - отвечает Рослин, изучая Миру так, словно нашла достойного противника для шахматной партии.

“После того, как мы пройдем твой тест?” - Спрашиваю я. “ Вот что это такое, верно? Мы находимся не в официальной обстановке, как это принято, и нет свидетелей, но вы испытываете нас ”.

Кэт кладет столовое серебро на тарелку, но Эйрик совершенно невозмутимо вгрызается в курицу.

-Талия будет свидетельницей. Наири нарезает картофелину. “И мы подумали, что неформальная обстановка была бы лучше всего, учитывая ... деликатный характер отношений”.

Плечи Талии сгибаются внутрь.

-Ты имеешь в виду, на случай, если я поставлю свою мать в неловкое положение в общественном месте своим отсутствием мудрости . ” Ксаден откидывается на спинку стула и кладет руку на мою спинку. “Это твой страх, мама?”

“Нет”. Взгляд Талии переходит на Ксадена, и ее спина выпрямляется. “Моя скрытность по поводу сегодняшнего вечера вызвана моим собственным стыдом, поскольку я попросил Фэрис о личном одолжении, чтобы тебе было удобнее во время разговора. Я не беспокоюсь о твоем интеллекте, Ксаден. Ты всегда был смышленым мальчиком. Ее рука дрожит, когда она тянется к бокалу.

-Скажи мне кое-что. Когда ты умрешь, останутся ли твои драконы? Спрашивает Фэрис, меняя тему.

“Зависит от дракона”, - отвечаю я. “Но обычно нет”.

“Грифоны умеют”, - добавляет Кэт. “Они связаны на всю жизнь”.

Фэрис моргает. “Связывать свою жизнь с жизнью другого человека, особенно такого хрупкого и легко ломающегося, как человек, кажется безрассудным поступком”. Он хмурит брови. “Ты уважаешь своего грифона за этот выбор?”

“Я уважаю ее такой, какая она есть, и доверяю любым решениям, которые она принимает”, - отвечает Кэт. “Грифоны и их жертва людям-узам позволили нам выиграть Великую войну и пережить столетия войны после этого”.

-Говоришь как член королевской семьи. - Глаза Наири прищуриваются, глядя на Кэт. “Талия говорит, что ты стоишь в очереди на трон Поромиэля”.

“Если королева Марайя не захочет иметь детей, тогда править будет мой дядя, и в конце концов моя сестра станет превосходной королевой”. Она берет вилку и нож таким тоном, что они начинают спорить.

Взгляд Наири перебегает с Кэт на Ксадена и Эйрика. “Здесь так много молодых членов королевской семьи. Так много потенциальных альянсов. Почему вы не заключили контракт друг с другом? Кажется,…глупо не наладить будущее и не обеспечить наследников, которые могли бы объединить ваши королевства ”.

От курицы у меня пересыхает во рту, но Мира бросает на меня можешь ли ты поверить этим людям взгляд, который успокаивает мое сердцебиение.

“Мой брат будет королем”, - говорит Эйрик, разрезая курицу так, словно это самый обычный ужин. “Хотя и ужасный. Наследники и союзы - не моя забота. Я буду сражаться в этой войне, скорее всего, умру, и сделаю это, зная, что защищал других ”.

-Честь никогда не была равна мудрости. Наири вздыхает, затем смотрит на Ксадена. “ А твое оправдание? Несколько месяцев назад мы получили известие о том, что вам восстановили ваш титул.

Что означает, что у них есть текущая информация. Они знали о восстании. О казни Фена. Я глубоко дышу, чтобы остудить мгновенный, обжигающий гнев, который обжигает мне горло, и бросаю на Талию далеко не дружелюбный взгляд. Она знала и оставила его там, даже не вернулась.

Ксаден накалывает вилкой кусочек картошки, но продолжает обнимать меня за спинку стула. “Ну, тогда, как ты знаешь , я герцог, а не принц”.

“Тиррендор - самая большая провинция Наварры”, - говорит Талия триумвирату, бросаясь на защиту своего сына. “Большая часть его территории находится за пределами их опеки, поэтому его преданность королевству всегда была ... слабее, чем у других. Я не удивлюсь, если узнаю, что в ходе