Контрразведка Future - Василий Головачев

Отпора они не ожидали, поэтому и не смогли отбить удары, наносимые спейсером с разных сторон с интервалом в доли секунды.

Артур Воеводин затеял удивительной красоты сверхбыстрый танец, управляя кораблём в режиме «один на один», а Вероника Солнышко с такой же скоростью испробовала на монстровидных «черепахах» всё оружие, каким был снабжён «Ра».

Ни лазеры, ни антиматы, ни плазмеры на «черепах» не произвели впечатления, зато «нульхлопы» – генераторы свёртки пространства в «струну» – сработали безукоризненно, и оба агрессора, потеряв форму, а вместе с ней и возможность маневрировать, отвалили в сторону, к ближайшей звезде.

Догонять и добивать их космолётчики не стали, признав бегство противника убедительным доказательством его поражения.

Пока привычно проверяли работу подконтрольных систем, что было необходимо после боя, Клиффорд доложил, что бортовой исследовательский комплекс обнаружил в трёх парсеках необычный объект.

Маккена засомневался, что на таком расстоянии можно что-то увидеть кроме мощного космического взрыва, но, просмотрев вместе с экипажем полученные снимки, связался с пассажирами:

– Всеволод, что это такое?

Шапиро пил сок, поэтому ответил не сразу.

Он видел то же, что и остальные, – серебром отливающие паутинки, складывающиеся в узор части фрактала, но кроме этого о странном узоре не было известно ничего, и сделать какой-либо вывод было трудно.

– Три парсека… – наконец заговорил физик. – Это ровно середина.

– Не понял?

– Я имею в виду, район, где торчит эта штуковина, находится между звёздами кольца, окружающими «дыру», по сути – в её горловине, куда, между прочим, несётся «тёмный поток».

– И что же?

– Это и есть устье «дыры».

– Паутина?

– Оно может выглядеть как угодно, вообще удивительно, что наша аппаратура его взяла. Предлагаю…

– Подойти ближе! – со смехом закончил Слава Терёшин.

– Согласен с коллегой, – поддержал Всеволода Дмитриевича Бодха. – Тем более что это недалеко, всего около десяти эсвэ.

– А если нас затянет в «дыру»? – поинтересовался бортинженер.

– Не затянет, – возразил Терёшин. – По «струне» спокойно вернёмся обратно в любой момент.

– Мальчики, не шумите, – попросила Вероника сердито.

Все замолчали.

Маккена думал. Поговорил с женой.

– Надо идти до конца, – сказала Роза. – Тогда будет с чем возвращаться домой.

– Идём к паутине, – объявил Рудольф. – Режим тот же, максимальная концентрация!

Экипаж зашумел в преддверии нового приключения – и притих, отдавая дань уважения командиру, берущему на себя ответственность за последствия рискованного мероприятия.

Подготовка к прыжку и сам прыжок заняли четверть часа: столько времени понадобилось инку для ориентации и расчёта траектории.

Мигнули гаснущие огни в рубке, мигнуло сознание космолётчиков.

Маккена открыл глаза.

Удивительная картина открылась ему.

Паруса!

Перед носом корабля раскинулись ажурные паутинчатые паруса, скользящие в бесконечность!

Кое-где эти паруса опирались на «корпуса» старинных «яхт» и «шхун» – уплотнения паутинных сращений, и тогда вовсе начинало казаться, что космолётчики видят кипящее бескрайнее море и тысячи парусных кораблей, плывущих в неизведанные дали…

Никуда эти «корабли с парусами», конечно, не плыли, они стояли на месте, плыл «Ра», приближаясь к ним с неспешной по космическим меркам скоростью, равной половине световой. Но эффект был потрясающий, он произвёл впечатление на всех космолётчиков, даже на хладнокровного Артура Воеводина, голос которого в хоре восторженных восклицаний выдал фразу:

– Всё заткали пауки!

«Парусов» он не увидел, странное сетчатое образование Артур воспринял как заросли «паутины».

Маккена очнулся.

– Всеволод Дмитриевич?

– Это антенна, – последовал уверенный ответ. – И если я прав… а я ошибаюсь редко… посмотрите на левый край «паутины».

Космолётчики послушались.

– Она… растёт! – прошептала Вероника Солнышко.

«Паутинные паруса» действительно удлинялись – на глазах, протягивая в пространство всё новые и новые, освещённые лучами близких звёзд нити, которые и складывались в узорчатые полотнища «парусов».

– Что это?

– Квазиматерия. Вакуумная кристаллизация. Ферма, соединявшая звёзды Оси Зла, тоже создана была по этому принципу. Знающие-Дорогу используют чьи-то технологии, позволяющие создавать фрактальные конструкции, по сути, из ничего. И если я всё-таки прав…

– Не говори загадками!

– Эта антенна создаётся для передачи или приёма какого-то мощного информационно-активного сигнала.

– Поясни.

– Знающие собираются впрыснуть в нашу Метавселенную некий физический закон, изменяющий континуум.

– Какой закон?