Поцелуй тьмы - Райчел Мид

— Что все-таки произошло? — спросил он, наконец,встретившись со мной взглядом. — Ты не сломалась под давлениемобстоятельств?

В его голосе звучало просто любопытство, ни малейшегооттенка обвинения. Я поняла — сейчас он разговаривает со мной не как состуденткой, а как с равной. Просто хочет понять, что со мной происходит. Это недисциплинарная мера и не лекция.

Отчего все стало только хуже — потому что мне пришлосьсолгать ему.

— Конечно, так все и было, — ответила я, смотря вчашку. — Если только ты не считаешь, что я сознательно позволила Стэну«напасть» на Кристиана.

— Нет. Я так не считаю. И никогда не считал. Я знал,что ты огорчилась, узнав о своем назначении, но ни минуты не сомневался — тысделаешь все, что требуется. Был уверен, что не позволишь личным переживаниямпомешать выполнению своих обязанностей.

Я оторвалась от созерцания чашки, снова встретилась с нимвзглядом и прочла в его глазах абсолютное доверие.

— Я и не позволила. Просто злилась… да и сейчас естьеще немного. Но раз я согласилась его защищать, то действительно намеренаделать это. И проведя с ним даже немного времени… Ну, я вовсе не ненавижу его.Я считаю, что он подходит Лиссе и заботится о ней. С чего мне так ужрасстраиваться? Просто мы с ним иногда расходимся во мнениях, вот и все… Новедь тогда, со стригоями, мы действительно хорошо действовали вместе. Явспоминала об этом, пока была при нем сегодня, и все мои возражения противназначения начали казаться ужасно глупыми. Ну, я и решила — буду делать своедело как можно лучше.

Я не собиралась говорить много, но было так приятно датьизлиться тому, что скопилось внутри. И вид лица Дмитрия способен заставить менярассказать о чем угодно. Ну, почти о чем угодно.

— Так что же произошло потом? — спросил он. —Со Стэном?

Я отвела взгляд и снова принялась играть с чашкой. Этопретило мне — утаивать что-то от него, но об этом я рассказать не могла. Вчеловеческом мире вампиры и дампиры — создания мифов и легенд… герои историй,которыми пугают детей. Люди не знают, что мы вполне реальны и ходим рядом сними по земле. Однако тот факт, что мы реальны, не означает, что все другиесверхъестественные создания из рассказов на ночь тоже реальны. У нас есть своисобственные мифы для рассказов на ночь, и в них тоже фигурируют существа, вкоторых мы не верим. Оборотни. Привидения. Призраки.

Призраки никакой реальной роли в нашей культуре не играют,они просто источник всяческих проказ и рассказов у костра. Призраки неизбежнопоявляются во время Хеллоуина, и некоторые легенды о них живут годами. Но вреальной жизни? Нет никаких призраков. Умирать и возвращаться к жизни могуттолько стригои.

По крайней мере, этому меня всегда учили. Сейчас ясовершенно искренне не могла объяснить, что произошло. То, что я простовообразила Мейсона, казалось более вероятным, чем появление его в видепризрака. Но господи, раз так, значит, мне всерьез угрожает опасностьсвихнуться. Все это время я беспокоилась, как бы с Лиссой не случилосьчего-нибудь такого. Кто знал, что на самом деле беспокоиться следовало о себе?

Дмитрий по-прежнему ждал ответа, не спуская с меня взгляда.

— Я не знаю, что произошло. Я хотела сделать все, какнадо… просто… сплоховала.

— Роза, ты очень неумелая лгунья.

Я подняла взгляд.

— Вовсе нет. Мне много раз в жизни приходилось лгать, иполучалось совсем неплохо. Люди всегда верили.

Он слегка улыбнулся.

— Не сомневаюсь. Но со мной не срабатывает. Во-первых,потому, что ты не смотришь мне в глаза. Во-вторых… Ну, не знаю. Просточувствую.

Проклятье. Он просто чувствует. Он слишком хорошо менязнает. Я встала и направилась к двери, повернувшись спиной к нему. Обычно ядорожу каждой минутой общения с ним, но сегодня я не могла больше этоговыносить. Я ненавидела лгать ему, но и не хотела рассказывать правду.Оставалось одно — уйти.

— Послушай, я ценю твое беспокойство обо мне… но,правда, все в порядке. Я просто не справилась. Меня это смущает… и очень жаль,что я посрамила твое потрясающее обучение… но я исправлюсь. В следующий раззаднице Стэна достанется.

Я даже не слышала, как он встал, но внезапно Дмитрийоказался совсем рядом. Положил руку мне на плечо, и я замерла около двери. Онне пытался притянуть меня к себе, но, ох, одна эта рука на моем плече обладалавсей властью мира.

— Роза, — заговорил он, и я почувствовала, что онбольше не улыбается. — Не знаю, почему ты лжешь, но уверен, ты непоступала бы так без серьезной причины. И если существует что-то плохое…что-то, о чем ты боишься рассказать остальным…

Я резко обернулась, ухитрившись сделать это таким образом,что его рука осталась на моем плече.

— Я не боюсь! — закричала я. — И да, у меняесть причина, но, поверь, то, что произошло со Стэном, полная ерунда.Правда-правда. Объяснение настолько глупо, что выходит за рамки всякойсоразмерности. Не нужно жалеть меня, не нужно думать, будто ты непременнодолжен сделать что-то. Произошедшее неприятно, но я переживу получение чернойметки. Я сама позабочусь обо всем. Я сама позабочусь о себе.

Понадобились все мои силы, чтобы просто сдержать дрожь. Что задень такой — странный, неуправляемый?

Дмитрий молчал. Просто смотрел на меня — и такого выраженияна его лице я никогда прежде не видела. И не могла разгадать его. Злится?Осуждает? Не знаю. Пальцы на моем плече сжались чуть крепче и потомрасслабились.

— Ты вовсе не обязана справляться с этим водиночку, — произнес он, наконец.

В его голосе прозвучали такие нотки… тоскливые, что ли? Этоне имело смысла. Ведь он постоянно твердил мне, что нужно быть сильной.Захотелось броситься в его объятия, но я понимала, что этого делать нельзя.

Я не смогла сдержать улыбку.

— Ты говоришь это… Но скажи мне правду. Разве ты тут жебежишь к другим, если возникает проблема?

— Это не одно и то же…

— Ответь на вопрос, товарищ.

— Не называй меня так.

— А ты не увиливай от ответа.

— Нет, — сказал он. — Я стараюсь справитьсясо своими проблемами самостоятельно.

Я выскользнула из-под его руки.

— Видишь?

— Но у тебя в жизни немало людей, которым можнодоверять, которые заботятся о тебе. Это все меняет.

Я удивленно посмотрела на него.

— A y тебя нет людей, которые заботятся о тебе?

Он нахмурился, явно обдумывая собственные слова.

— Ну, в моей жизни всегда были хорошие люди… и такие,которые заботились обо мне. Но это не означает, что я мог доверять им ирассказывать обо всем.