Контрразведка Future - Василий Головачев

– Если бы вы мне нравились, – неприятным голосом сказал Руслан, – мы бы встречались не здесь и работали бы у одного босса. А вот то, что я встречаю вас всё чаще и чаще, начинает меня нервировать. Вам передали ваши друзья, которых я славно угостил в Ле-Мане, что я к вам наведаюсь? Исполняю обещанное. Не скажете, милейший, что вы тут мастерите?

Парни переглянулись.

На лице одного из них, крутоплечего, длиннорукого, расцвела на губах ухмылка.

– Он один…

– Какой вы зоркий, однако! – поцокал языком Руслан. – И храбрый! А если я вооружён?

– Мы тоже!

– Ханис! – резко бросил Фюме.

– Чего Ханис? – оскалился парень. – Я его уложу голыми руками!

Он прыгнул к Руслану и с воплем отлетел к стене отсека, ударился плечом о выпукло-изогнутый шкаф, срикошетировал как бильярдный шар – из-за малой силы тяжести в отсеке.

Руслан, почти не двинувшийся с места, пошевелил рукой, посмотрел на замерших спутников Гастона Фюме.

– Вы не ответили на вопрос, дружок.

Длиннорукий шевельнулся, сел на полу с ошеломлённым видом.

– Никто больше не хочет проверять мои кондиции? – констатировал Руслан. – И правильно, к чему рисковать? Ещё раз задаю тот же вопрос: кто вы и что тут делаете?

– Да что мы с ним лясы точим? – процедил сквозь зубы сосед длиннорукого, высокий, с выбритыми висками. – Гас, вызывай «Скорую», человеку сейчас станет плохо.

Как по волшебству на плечах всех сотрудников МЧС выросли турели с «универсалами».

Руслан понял, что их костюмы тревожной службы – всего лишь камуфляж, скрывающий «кокосы» боевого назначения. Настоящие спецкостюмы МЧС оружием никогда не снабжались.

В отсек со скучающим видом зашёл Модалу, взял под прицел своего «универсала» Гастона Фюме.

– Лучше бы вам разоружиться, господа хорошие, – хладнокровно сказал он. – Ненароком начнёте стрелять, пораните друг друга.

Но его увещевания не подействовали на «эмчеэсников».

Турель на плече парня с бритыми висками развернула ствол «универсала» к Руслану, и тот выстрелил, опередив противника на долю секунды.

Бесшумная молния электрического разряда вылетела из плеча инспектора, снесла турель вместе с «универсалом».

Остальные «эмчеэсники» дрогнули, отступая.

Фюме вдруг нырнул за двойной изогнутый самым причудливым образом шкаф, избрав свой путь отступления, однако Руслан, давно готовый к боевому контакту, прыгнул за ним и в три секунды догнал секретаря Гюнтера Продля, собравшегося скрыться в люке запасного аварийного выхода.

Фюме затравленно вжался в стену, навёл «универсал».

Руслан снёс и его высверком своего «универсала».

Трикстер, побледнев до синевы, начал судорожно махать руками в стиле старинного айкидо, Руслан дождался сбоя в защите и от души врезал Гастону кулаком между глаз.

Сзади послышались удары, вздрогнули стены отсека: спутники Фюме открыли стрельбу из «универсалов», применяя не пули, а силовые солитоны.

Руслан метнулся назад, выстрелил в мелькнувшую слева сине-оранжевую фигуру, затем выцелил поднявшуюся над развороченной тумбой голову с бритыми висками, меняя режим стрельбы; силовые солитоны били не хуже кулака.

Два вопля слились в один, и стало тихо.

В проёме двери возник нигериец, волоча за ногу третьего члены группы.

– Чуть не сбежал, шаб-ба-ба!

– Связать бы их.

– «Эшелон» на подлёте, будет через пару минут.

Руслан прищурился:

– Ты откуда тут взялся?

Пилот подошёл к тумбе, осмотрел, вынул из разобранных внутренностей нечто вроде блестящей колбы, заполненной ртутью; на торце колбы мигали синие огоньки и светилась красная цифра «0».

– Знаешь, что это такое?

Руслан облизнул ставшие сухими губы.

– Бомба…

– Верно, аннигиляционное взрывное устройство класса «девил-А». Внутри в магнитной ловушке запрятано десять граммов антипротонов. Хватит, чтобы разнести весь коллиматор и половину Дженворпа в придачу.

Модалу осторожно поставил колбу на пол.

– Готовили к дистанционному запуску.

Руслан покачал головой, зашёл за помятые силовой стрельбой шкафы и вытащил оттуда начавшего приходить в себя Гастона Фюме.

Секретарь главы концерна «ОЭ» дёрнулся в его руках.

– Отпустите… не имеете права… мы все свободны делать то, что считаем нужным.

– Твоя свобода, сучий потрох, кончается там, где начинается мой кулак! – выдохнул Руслан. – Кто приказал вам установить здесь бомбу?!

– Я ничего не знаю, – трепыхнулся Фюме, пытаясь освободиться.

– Не скажешь – никогда не станешь отцом!

– Он и так не способен стать отцом, – меланхолично заметил Модалу.

– Мне… нельзя… говорить. – Глаза Гастона закатились, и он бессильно обвис на руках Руслана, запрокинул голову.

– Самоликвид, – сказал пилот с прежним бесстрастием. – Что-то уж больно быстро, обычно они держатся минуту-две. У них у всех встроена программа самоуничтожения.

В отсек ворвались туманно-прозрачные тени, превратились в людей в блестящих комбинезонах. Шлем одного из них раскрылся, на Руслана глянули глаза капитана Плетнёва, командира его личного «эшелона».

Руслан опустил Фюме на пол.

– Этот готов.

– А те трое?

– Вроде живые.

– Барри, забирайте, по уколу парализола каждому, довезите живыми! Что здесь произошло?

Руслан кивнул на блестящую колбу.

Плетнёв присел на корточки, разглядывая устройство, качнул головой.

– Серьёзная вещь, «девил», если не ошибаюсь.

– Первая модификация, – подтвердил Модалу. – Ей лет сто, не меньше. Откуда они достают такую технику, хотелось бы знать?

– Выясним. Барри, в отдельный модуль, осторожнее.

Бойцы группы «эшелона» унесли тела и колбу.

– Вас подбросить? – предложил Плетнёв, направляясь к выходу из отсека. – Метро закрыли.

– У нас свой транспорт, – сказал Руслан. – То есть как закрыли?

– По Сети объявили профилактическое отключение заземельских линий. А что?

Ошеломляющая догадка пришла в голову. Руслан даже вспотел.

– C ума сойти!

Плетнёв и Модалу посмотрели на него с одинаковым ожиданием.

– C вами всё в порядке? – поинтересовался капитан.

Руслан хотел сказать, что знает планы Вируса, но только судорожно вздохнул.