Элрик из Мелнибонэ - Майкл Муркок

— Пока что мне удавалось тебя защитить,— просто сказал Элрик.— А теперь скажи мне, что ты хочешь узнать из Книги.

— Мне стыдно говорить об этом,— Элрик не стал настаивать, но она сказала сама, перейдя на шепот: — Я ищу свои крылья.

— Крылья? Ты хочешь сказать, что рассчитываешь найти там заклинание, которое поможет тебе отрастить крылья? — иронически улыбнулся Элрик.— И ради этого ты ищешь самое великое хранилище мудрости на земле?

— Если бы тебя считали уродом в твоей собственной стране, то и тебе не казалось бы это мелочью,— вызывающе крикнула она.

Элрик повернулся к ней, его малиновые глаза светились странным чувством. Он приложил руку к своей мертвенно-бледной щеке и криво улыбнулся.

— Я когда-то чувствовал то же самое,— тихо сказал он.

Больше он ничего не добавил, и пристыженная Шаарилла снова поехала следом за ним. Они скакали молча, но вот Мунглам, который вежливо ехал впереди, наклонил голову и внезапно натянул поводья. Элрик подъехал к нему.

— В чем дело, Мунглам?

— Я слышу лошадей,— сказал маленький человечек,— А еще знакомые голоса, при звуках которых мне становится тревожно. Снова эти дьявольские собаки, но теперь в сопровождении всадников.

Элрик теперь тоже услышал эти звуки и предупреждающе крикнул Шаарилле:

— Возможно, ты была права! У нас снова неприятности.

— Что будем делать? — спросил, нахмурившись, Мунглам.

— Поскачем в гору,— ответил Элрик,— может, еще удастся опередить их.

Но бежать уже было поздно. Скоро на горизонте показалась черная свора, и по-птичьему резкий лай стал приближаться. Элрик оглянулся на преследователей. Опускалась ночь, и видимость ухудшалась с каждым мгновением, но Элрику показалось, что он видит всадников, скачущих за сворой. На них были темные плащи, в руках — длинные пики. Лиц всадников Элрик не различил — они были не видны под капюшонами, закрывавшими их головы.

Теперь Элрик и его спутники гнали лошадей вверх по крутому склону, пытаясь найти убежище среди скал.

— Мы остановимся здесь,— сказал Элрик,— и попытаемся отбиться. На открытом пространстве у нас нет шансов.

Мунглам утвердительно кивнул, соглашаясь с разумностью слов Элрика. Они остановили своих взмыленных лошадей и приготовились к схватке с воющей стаей и ее хозяевами в черных плащах.

Скоро первые из дьявольских собак уже карабкались вверх по склону, с их клювов капала слюна, а их когти царапали камни. Элрик и Мунглам встали между двумя камнями и, преградив путь, встретили первую собачью атаку, быстро расправившись с тремя тварями. Место убитых заняли другие, а за ними, когда сумерки сгустились еще больше, показались первые всадники.

— Ариох! — выругался Элрик, внезапно узнав всадников,— Это же властелины Дхарзи. Они мертвы вот уже десять веков. Мы сражаемся с мертвецами, Мунглам, и с довольно-таки осязаемыми призраками их собак. Если я не вспомню какой-нибудь колдовской способ разделаться с ними, мы обречены!

Мертвые всадники, казалось, пока не имели ни малейшего желания принимать участие в нападении. Они ждали. Их мертвые глаза загорались потусторонним светом, когда очередная партия дьявольских собак набрасывалась на Элрика и его спутника, которые защищались, выставив перед собой заслон из сверкающей, звенящей стали. Элрик напрягал память, пытаясь вспомнить заклинание, с помощью которого можно бы-до бы отделаться от этих живых мертвецов. Потом он вспомнил и, надеясь, что силы, к которым ему приходится обращаться, помогут им, начал распевать: