Пара его Демоничества - Сусанна Ткаченко

Понятно, девица — неопределенный человек. Кстати, синяя буква «Н» на её запястье прикрыта не была.

— Это бармен Робби, а это твоя напарница Клерис. Дальше они введут тебя в курс дела, а у меня и своих дел хватает, — скинула заботу обо мне на эту парочку гнома и покинула зал.

Коллеги к своей миссии отнеслись ответственно: наперебой принялись готовить меня к вечерней смене.

Как я и думала, ничего сложного в работе официантки не было. Мне предстояло лишь принимать заказы, передавать их Робби и разносить напитки гостям. Главное, не перепутать столики, а названия коктейлей можно даже не запоминать: мне выдали артефакт, который делал это вместо меня, и показали, как им пользоваться.

— Чаевые на троих, — заявила Клерис, убедившись, что я вполне могу передвигаться между столиками с полным подносом, и выдала кокетливый передник для их сбора.

— Думаешь, её примут за Адель и будут отсыпать эмоционы? — эльф был настроен скептически. — Они совершенно не похожи. Фи, не обижайся, но ты блеклая.

Ничего приятнее сегодня не слышала! Спасибо эльфу, настроение сразу улучшилось. Больше всего я боялась, что меня примут за Адель.

— Бестолковый! — всплеснула руками моя напарница. — Как ты не понимаешь, что к нам слетятся все Демоничества в попытке её обаять! Они-то точно в курсе подмены. А вот эта её загадочность и холодность обязательно заставит всех мужчин попытаться разгадать ее тайну и расшевелить.

Ну нет! Не успела толком порадоваться! Тоже, что ли, стать на вечер плохой актрисой?

— А, всё время забываю про эти их битвы за эмоции.

— Зачем я им сейчас? Я же неопределенная.

— Милая, как же я тебе сочувствую! — Честное слово, Клерис выдавила слезу и кинулась было ко мне обниматься, но я вовремя вытянула руку, останавливая её, — Демоничества очень, очень умны и коварны. Они будут склонять тебя или к определению, или к одноразовым договорам. Новая девушка — новые возможности!

По совету Куруши, на запястье я повязала шёлковый платок, поэтому Клер и Робби не видели моего статуса. Я нахмурилась: что ещё за одноразовые договора? Про это слышу впервые, и только я хотела расспросить подробнее, эльф шикнул.

— Не трепись попусту, Клер! Одноразовые договора запрещены законом! Ты сейчас хочешь обвинить кого-то конкретно в его нарушении или штраф за клевету давно не платила?

Девица закусила губу и виновато на меня посмотрела. Но мне и так уже стало понятно, что Демоничества не всегда соблюдают законы Создателя, нетрудно даже догадаться, зачем Аквентин настаивал на трансфере до дома.

— Я что, совсем беззащитна?

— Глупости, — отрезал эльф, — насиловать тебя точно никто не станет…

— Просто Демоничества, они такие, такие! — Клерис мечтательно закатила глаза. — Им невозможно отказать, а ты и так лёгкая добыча, да ещё и свежая… В общем, завидую я тебе.

Чего? Она же плакать и жалеть меня пыталась пять минут назад. С ума сойти от этой излишней эмоциональности можно!

— Я не собираюсь поддаваться ни на чьи уговоры.

— Ты только будь чуточку поживее, ладно? А то, если верить теории Клерис, своей холодностью ты лишь подстегнёшь азарт! И не только у Демоничеств, поверь, — посоветовал эльф, блеснув глазами и раздув ноздри, чем опять заработал тычок локтем в бок от демонстративно ревнивой Клер.

Да что с ними со всеми не так? Я же недавно была «блёклой»!

Вечер наступил внезапно, и кабаре начало заполняться публикой: нарядные люди и нелюди занимали столики и заказывали напитки в ожидании начала шоу.

— Сегодня аншлаг, — отметил Робби, выдавая мне очередную порцию напитков, — зарезервированы все столы. Чувствую: чаевые будут рекордными, только не забывай показывать гостям радушие, бери пример с Клер.

С Клер пример я точно брать не собиралась: неопределённая казалась мне со стороны неадеватной истеричкой. Возможно, в этом мире к таким резким перепадам настроения и поведению привыкли, но для меня это было дикостью! Я точно не способна на кульбиты, которые вытворяла моя напарница: она могла сначала кокетливо хихикать с клиентом в ответ на ощупывание своей задницы, а потом резко заплакать, заламывая руки, получив за это маленькие чаевые.

Я же вела себя как земные официанты в хорошем заведении: была вежлива, не забывала улыбаться, но притрагиваться к себе не позволяла. Уж не знаю, сколько зарабатывала своими ужимками Клерис, но у меня карман фартучка после обноса столиков раздувался от эмоционов, которые я только и успевала сгружать в общую кассу, забегая за барную стойку.

Затишье наступило примерно в восемь вечера, когда началось представление. Наконец-то у нас появилась возможность перевести дух и вытянуть ноги, усевшись на диванчик для персонала, спрятанный в углу бара.

Вообще, я поймала себя на том, что не так сильно устала, как ожидала, а работа мне нравится. Атмосфера кабаре заряжала энергией и бесшабашным весельем.

С нашего места можно было прекрасно наблюдать за шоу, и разворачивающееся на сцене действо заставляло моё сердце замирать от восхищения: раньше такое я видела только в кино, но разве оно могло передать энергетику живого выступления? Танцы, песни, миниатюры конферансье — всё это заставляло проникаться атмосферой праздника.

— Так, я быстро сбегаю в уборную, а потом ты, — вдруг подскочила со служебного диванчика Клерис, — сейчас начнётся вторая волна. Скоро выход Дульсинес со стриптизом.

Она скрылась за служебной дверью, а я продолжила с интересом наблюдать за выступлением четвёрки девушек, танцующих кан-кан.

Вдруг в разгар номера у меня на руке завибрировал вызовом рабочий браслет: он сообщил, что за пятым столиком, который до того пустовал, появились посетители, жаждущие сделать заказ. Я подхватила поднос с бесплатным аперетивом и пошла работать, но приблизившись к гостям, поняла, кто именно меня вызвал: в креслах вольготно расположились Себегрех и Афродетта, чтоб им пусто было. К сожалению, развернуться и уйти я права не имела, пришлось стиснуть зубы, натянуть улыбку и продолжить делать свою работу.

— Персифиона, мы с тобой не с того начали, позволь извиниться? — промолвил бывший босс неожиданно. — Может, поговорим, обсудим сегодня после смены все наши разногласия?

Он попытался взять меня за руку, но я не позволила: вырвала ладонь и спрятала за спину. Вторую, вместе с освобождённым от напитков подносом, тоже на всякий случай убрала туда же.

— Мне не о чем с вами двумя разговаривать. Делайте заказ.

— Ты посмотри, какая цаца! — искренне возмутилась Афродетта. — Ты, Фионочка, неблагодарная дрянь, что ли?

— Чего? За что вас благодарить? Да вы! Вас убить мало за то, что вы сделали! — я развернулась на каблуках и унеслась к стойке, переполняемая возмущением.

Пусть ругают или выговор объявляют, или штрафуют, не знаю, как тут принято наказывать сотрудников, но с шестым Демоничеством и его дочкой я общаться не желаю, да ещё и в таком тоне. Да как они посмели? Совсем совесть потеряли! Не знаю, как буду добывать его личную вещь, потом придумаю.