Пара его Демоничества - Сусанна Ткаченко

— Он надеялся за твой счёт, если, конечно, ты окажешься оригиналом, поменяться местами с пятым Демоничеством. Но ты можешь подать на него официальную жалобу в совет.

Ох, вот только судебных разбирательств и участия в борьбе за власть мне не хватало!

— Не буду. Я сегодня и так получила слишком много информации и впечатлений, поэтому не хочу сейчас вникать во все ваши интриги, а стучать меня мама ещё в детском саду отучила.

— Как знаешь. Решать тебе.

Я просто подозреваю, что никто приструнять Себегреха не станет: максимум пожурят по — доброму. Смысла жаловаться нет.

— А ещё хочу сразу предупредить: я вам не верю! Можете не стараться меня охмурить. — А вот обозначить, что я не наивная дурочка, стоит!

Демоничество рассмеялся. Задорно так, а ещё возбуждающе — волнительно.

— Я просто пришел к тебе на выручку. Думаешь, не стоило, ёжик?

И так он это сказал, что у меня пальцы на ногах подогнулись. Да что ж такое он со мной творит?

— Демоны обладают гипнозом? Вы как-то воздействуете на людей? — я прищурилась и глянула на него с подозрением.

— Конечно. У каждого Демоничества есть доминантная эмоция, и он способен при помощи неё воздействовать на окружающее пространство.

— А у вас какая?

— Секрет. Сама догадайся.

Блин, я ведь голову теперь сломаю!

— Интерес?

— Не скажу. Это неприличный вопрос. Советую никому его не задавать.

— Ой, все! Ещё скажите, что вы не хотите за мой счёт стать первым Демоничеством?

Он опять рассмеялся этим своим переливчатым грудным смехом, зараза!

— Один оригинал, если, конечно, ты оригинал, мне в этом не поможет, так что успокойся: ты мне совершенно без надобности.

Вот тут стало даже как-то обидно. Он что, не собирается добиваться моего расположения?

— И не боитесь, что вас сдвинет третье Демоничество?

— Мои позиции достаточно прочны. Не переживай за меня, ёжка.

— Даже не думала! И не называйте меня так!

— А я вот за тебя переживаю, ёжа! — проигнорировал мою просьбу Майгрех.

— Врёте!

— Думай как хочешь. Мне безразлично.

Нормальный? Так безразлично или переживает? Он направил свою махину к земле. Видимо, мы добрались до места.

— Приехали. Будь осторожна и никому не верь. Особенно мне.

Дверь с моей стороны отъехала в сторону, и я вышла перед своим подъездом в полной растерянности. Какой противоречивый мужчина этот Майгрех!

— Как бы там ни было, спасибо вам за всё.

— Будешь должна! Ещё увидимся! — На этом он резко взмыл ввысь и скрылся, а я побрела в квартиру, прокручивая в голове разговор и пытаясь понять: я ему хоть немножечко нравлюсь?

Ответа на этот вопрос я, хоть убей, не знала, и это печалило. Да и вообще, сейчас меня радовала только запонка, зажатая в кулаке, и мешочек с эмоционами.

Кстати, надо будет завтра так грамотно попытать Умника насчёт запонки, чтобы он не смог отделаться общими фразами, как делал до этого. Сейчас-то я точно знала: всё, что он мне утром втирал, — официальная версия для детей и потерянных иномирян, вроде меня. Сначала хотела было на него обидеться, а потом поняла, это глупо. Он ведь не человек, видимо, такая у него программа.

Добравшись до дома, даже не стала его включать — всё завтра! С унитазом и душем тоже бесед вести не стала: быстро приготовилась ко сну и забралась с головой под одеяло, как и мечтала. А там, в полной темноте и тишине, попыталась спокойно обо всем подумать. Что я имею? Мир, где в цене человеческие эмоции, и вроде бы я ценный экземпляр, но меня никто не собирается холить, лелеять и баловать. Вон, не успела к ним перенестись — сунули в руки поднос и заставили работать. А ещё тут есть закон, который вроде бы делает меня неприкосновенной, но его не особо соблюдают, хотя насиловать не собираются. Хм… Надо выяснить всё-таки про эти разовые договоры. Может, зря я про Адель плохо думаю, и она вовсе не шаболда? Что ещё я сегодня узнала? Эмоции! Сегодня Майгрех признался, что у каждого из них есть одна доминантная: интересно, какая же у него? А у Себегреха? Уверена, договоры и способности Демоничеств как-то связаны. Занятно они устроены всё-таки… Дальше мысли переключилась на задание Создателя: а он знает, что его некоторые дети не так уж и достойны прощения? Но ладно, это их дела.

Я за избавление реплик от тяжкой доли, поэтому соберу нужные предметы и кину в тот вулкан. Так. Завтра первым делом узнать конкретнее, что входит в понятие «личная вещь», и определиться с дальнейшим планом действий. Ещё много всяких мыслей бродило в голове, например, почему я так спокойно всё воспринимаю, я реплика что-ли? Могут ли Демоничества влиять на людей на Земле? Может, Себегрех и на Колю как-то повлиял, чтобы до меня добраться? Но, кажется, последняя была: я запала на второе Демоничество! Кошмар!

Отсыпалась я почти до обеда, имела такую возможность, ведь на работу мне к шести вечера, а первым делом, как проснулась, активировала Умника и только потом пошла в ванную. Пусть разогревается пока, вдруг ему нужно время на раскачку, а мне он требуется полностью готовым: ругаться я с магической техникой, конечно, не буду, но кое-какие воспитательные меры приму.

Умывшись и разместившись в столовой за поздним завтраком, молча высыпала на стол и пересчитала заработанные за вечер эмоционы. Взгляд, если таковым можно считать поблёскивающий экран, зависшего рядом компьютера демонстративно игнорировала, ничего у него не спрашивала и общалась исключительно с печкой.

С подсчётом справилась самостоятельно: в общей сложности в мешочке оказалось три бриллианта, восемь ониксов и двадцать рубинов. Нормально. Жить можно. Понятно теперь, почему Аквентин велел соглашаться на мизерную официальную зарплату: график работы у меня два через два, вполне проживу. Считать деньги я кинулась не просто так! Только сейчас я осознала, что понятия не имею, как добраться до работы, и могу ли я позволить себе такси, после оплаты услуг домашней утвари? Судя по всему — без проблем. Теперь можно расслабиться и попробовать, что мне сегодня выдал артефакт.

Умник не выдержал, когда я допивала кофе.

— Фиона недовольна Умником? — настороженно поинтересовалась панель.

— С чего ты так решил? Просто не вижу смысла о чём-то спрашивать, ты правды всё равно не скажешь.

— Управляющие информационники не способны на ложь.

— А я и не говорю, что ты лгал. Просто умолчал об очень важных вещах.

— Какой ты задавала вопрос, на тот и получала правдивый ответ, — возразил Умник. Возможно, это я виновата, восприняла его как живого собеседника.

— То есть я могу спросить обо всём, и ты ответишь правдиво?

— Безусловно.