Яркоглазая - Дэвид Кудлер

Лорд Такеда хмуро глядел на двух девушек, Шино хмуро смотрела в ответ. Я боялась, что он зарежет ее на месте за наглость, но он был без меча.

Гневно фыркнув, лорд Такеда повернулся к Чийомэ-сама.

— Что насчет твоих великанов, Чийомэ?

Старушка склонила голову.

— Они способны, мой лорд. Но я верю, что они сделали бы это только для защиты меня или девочек. И они не стали бы изображать самоубийство. Они просто пришли бы и сказали мне. А этого не было.

— Ба! — он отошел от госпожи Чийомэ к телу. — Я хочу знать, Чийомэ, кроме того, кто убил моего солдата, почему в животе этого мужчины меч моего племянника Масугу.

10 — Кипящий котел

Леди Чийомэ хмыкнула.

— Это, мой лорд Такеда, отличный вопрос, — она повернулась ко мне, все еще прижимающуюся к гравию. — Скажи, Рисуко, что меч Масугу-сана тут делает?

Я пролепетала, что не я пронзила лейтенанта.

— Да-да, — старушка цокнула языком. — Думаю, тот, кто владел мечом, сломал солдату шею. Ладно. Нет, я спрашивала, как у тебя оказался меч. Я видела, как ты его носила на днях. Упал с лошади Масугу?

— Нет, госпожа! — я могла поклясться, что слышала, как Маи и Шино смеялись надо мной, хотя Маи, скорее всего, еще плакала.

Тихие шаги прошли ко мне. Миэко сказала:

— Масугу-сан оставил свой короткий меч под опекой Рисуко-чан, пока он на задании. Это хорошее оружие, и на нем метка Такеда. Он ощущал, что меч мог его выдать в пути, — она встала на колени и коснулась моего плеча.

— Это так, девица Кано? — прогудел лорд Такеда. — Мой племянник оставил свой вакидзаси тебе на хранение?

— Да, мой лорд.

Маи сжала мое плечо.

— И где ты его хранила, раз он попал в живот моего солдата?

Хоши, учительница каллиграфии и стражница, прошла ко мне с другой стороны.

— Мой лорд, наш повар Ки Сан сказал ей хранить его на кухне. Мы все его там видели.

— Это так?

Все женщины Полной Луны пробормотали:

— Да, мой лорд.

— Хм, — сандалии лорда Такеды ушли от меня.

Миэко шепнула:

— Вставай, — и помогла мне подняться.

Лорд Такеда и госпожа Чийомэ стояли с кислыми лицами, глядя на труп Торимасы.

Глядя на него сзади, я заметила впервые, что его синие штаны сзади были в темно-красных пятнах, как и его обувь.

Кровь? Нет. Краска.

— Итак, — хмыкнул лорд Такеда своим капитанам, — если это не сделали эти леди, как и те два великана, — он махнул большим пальцем на Братишек, — то это был кто-то снаружи, — он хмуро посмотрел на капитанов Баба и Хара, а потом на всех нас. — Как убийца проник? Да и как он подкрался? — он хмуро посмотрел на мертвого лейтенанта. — Девица, — сказал он Сачи, — скажи стражам у ворот немедленно доложить мне. Ты, — сказал он одному из стражей из своей палатки — старшему, — проверь, заперты ли задние врата. Хара, сообщи лорду-губернатору Трех Рек, что нам нужно срочно поговорить с его лейтенантом, Сакаи, с которым этот ссорился, — он кивнул на труп.

Маи шмыгнула, и Такеда-сама посмотрел на нее и на нас с кислым видом.

— И остальные… уверен, у госпожи Чийомэ есть много дел, которыми вы должны заниматься.

— Да, мой лорд, — пробормотали все мы.

— Займитесь ими, — приказал он. Мы стали расходиться, как иней весенним утром, а он указал на Маи. — Кроме тебя.

Маи все еще была бледной, но когда Шино попыталась остаться с ней, Хоши взяла ее за локоть и увела от сцены убийства.

* * *

Когда я вошла на кухню, шесть лиц посмотрели на меня огромными глазами — три повара, две ученицы и Аимару.

— Ну? — спросила Тоуми. — Прошу, скажи, что они поняли, что он не убивал себя.

— Тоуми! — Эми нахмурилась, собирая ферментированные соевые бобы в большую миску.

— Да, — сказала я, встав между Эми и Аимару и став чистить бобы. — И лорд Такеда узнал меч Масугу-сана. Хоши-сэнсей сказала, что все видели его тут.

Ки Сан выругался на корейском, а Торай — на японском.

— Господа! — фыркнул Кумо. — Тут же юные леди!

— Мы слышали и хуже, — буркнула Тоуми.

— Мы тут ни при чем, — рявкнул Ки Сан. — Все проголодаются, даже с убийством.

— Нам нужно больше риса, — сказал Торай, самое спокойное, что я от него слышала. — Я пойду за меш…

— Нет, Коротышка, — ответил Ки Сан. — Ты нужен нам тут. Эти двое могут принести мешок риса из кладовой, — он кивнул на меня и Аимару. Торай начал спорить, но Ки Сан поднял нож и посмотрел на нас. — Идите.

И мы пошли.

* * *

Мы выбежали из кухни, страж сообщал Такеде-сама и Матсудаире-сама, который прибыл со своей свитой, что задние врата были заперты.

Лорд Матсудаира пронзил Маи взглядом. Она встала на колени, повторила для второго лорда, что не вставала ночью с постели, не встречалась с лейтенантом и не впускала его.

Лорд Такеда позвал своего лекаря, лорд Матсудаира сделал так же.

Мы завернули за угол, Аимару прошептал:

— Знаешь, ты права. Мертвец не выглядел так, словно он себя убил. Выглядит неправильно.

— Если бы он себя зарезал, кровь брызнула бы по всему двору перед ним. И вряд ли он сделал бы это одним ударом. И его шея сломана, что он тоже не мог сделать сам.

— Ах, — Аимару посмотрел на меня, склонив голову, его обычно открытое лицо было задумчивым.

Я смотрела в теперь открытые главные врата, где стояла ярко-красная арка тории. Два стража вернулись на места рядом с ней. В голову пришла мысль, и мне хотелось на нее забраться.

Когда мы пришли к кладовой, Аимару тут же стал ходить среди груд и полок, полных еды и припасов. Мне пришлось вызвать его из темного угла, чтобы он помог мне поднять рис.

— Почему ты ушел?

Он пожал плечами и улыбнулся.

— Я редко тут бываю, — он поднял мешок риса, и я пошла за ним, ощущая себя еще более бесполезной, чем обычно.

Мы шли к кухне, и Аимару сказал:

— Так Ки Сан хранит свои записи в кладовой?

— А?

— Я нашел свиток, похожий на подсчет всего, что там. На полке в конце.

— Ох, нет, — насколько я знала, Ки Сан подсчитывал запасы и записывал все на плите в буфете кухни,