Дорога без возврата - Анджей Сапковский

Послеобеденное время прошло под знаком всеобщего плача.Началось с эликсира красоты. Эликсир, а точнее – мазь, именуемая «феенглянцем»,а на Старшей Речи – «гламарией», и изготовляемая из мандрагоры, если ею умелопользоваться, удивительно подправляла красоту. По просьбе гостящих в замке дамТрисс Меригольд приготовила достаточное количество гламарии, и дамы приступилик косметическим священнодействиям. Из-за запертых дверей комнат доносились всхлипыванияЦириллы, Моны, Эитнэ и Нюни, которым гламарией пользоваться запретили – такойчести удостоилась лишь самая старшая дриада, Моренн. Громче всех ревела Нюна.

Этажом выше всхлипывала Лили, дочка Даинти Бибер-вельта, таккак оказалось, что гламария, как и большинство чар, вообще не действует нахоббиток и низушек. В саду, в кустах терновника, лил горькие слезы медиумженского полу, не знавший, что гламария приводит к мгновенному отрезвлению исопутствующим оному явлениям, в частности, глубокой меланхолии. В западномкрыле замка плакала Анника, дочка войта Кальдемейна, которая, не зная, чтогламарию надлежит втирать под глаза, съела свою часть, и у нее открылся понос.Цири получила свою порцию гламарии и натерла ею Кэльпи. Кэльпи залоснилась ещекрепче.

Немного поплакали также жрицы Иоля и Эурнэйд, так какИеннифэр категорически отказалась надевать сшитое ими белое платье. Не помогловмешательство Нэннеке. Иеннифэр сквернословила, кидалась разными предметами изаклинаниями, повторяя, что в белом она выглядит как затюканная шлюха.Нервничающая Нэннеке тоже принялась кричать, обвиняя чародейку в том, что та-деведет себя хуже, чем три затюканные шлюхи вместе взятые. В ответ Иеннифэрпустила в дело шаровую молнию и раздолбала крышу на угловой башне, что, впрочем,имело свою хорошую сторону – грохот был столь ужасен, что от неожиданного шокау дочки Кальдемейна прошел понос. К счастью, не начался запор.

Снова видели Трисс Меригольд с ведьмаком Эскелем изКаэр-Морхена, которые, нежно обнявшись, втихаря прошмыгнули в парковую беседку.На сей раз никто не сомневался в том, что это были они сами, поскольку допплерТельико в это время пил пиво в обществе Лютика, Даинти Бивервельта и драконаВиллентретенмерта.

Несмотря на активные поиски, не удалось отыскать гнома,откликавшегося на имя Шуттенбах.