Сезон ведьмы - Сара Риз Бреннан

– Это она, – сказал Харви Нику. – Единственная девушка на свете. Сабрина. Правда, она самая красивая под небесами?

В голосе Ника прорезалась хрипотца.

– Черт возьми, да. – Он нетерпеливо побарабанил пальцами по прилавку. – Значит, вот она какая, знаменитая Сабрина. Так я и думал.

Харви озадаченно нахмурился, но его отвлекла внезапная вспышка света. Малышка с бабочкой на лице вместе с сестрой села в кабинку чертова колеса. Кабинка дернулась и пришла в движение, вокруг нее расцвели разноцветные огоньки, сложившись в силуэт бабочки с распростертыми крыльями. Постепенно крылья перетекли в рубиново-красную розу с раскрывающимися лепестками.

Переливчатое отражение упало на Сабрину, и она словно попала в луч прожектора. Ее гладкая прическа вдруг окрасилась темным багрянцем. Роза превратилась в вечернюю звезду с семью хрустальными лучами, крутящимися вместе с колесом, а золотые волосы стали снежно-белыми. Харви изумленно ахнул и потянулся за карандашами. Так иногда случалось – Сабрина словно преображала мир, просто находясь в нем. Его девушка – волшебница.

Он хотел взять бумагу, но в этот миг его взгляд упал на Ника. Тот поднял руки, словно обрамляя звезду длинными пальцами. Глаза Ника были широко распахнуты, и тьма в них наполнялась ослепительно-белым светом.

Харви восторженно выдохнул:

– Вот это да! Просто волшебство.

Он коснулся карандашом бумаги и быстро набросал Сабрину под чертовым колесом, уделив особое внимание полету цветных точек по белому листу, превращая ничто в отражение красоты.

Ник слегка кашлянул.

– Поделишься?

– Чем? – До Харви не сразу дошло, о чем говорит Ник; сообразив, он придвинул к нему миску с шариками жвачки. – Конечно.

Ник с медленно расплывающейся довольной улыбкой взял шарик.

– Отлично.

Над ярмаркой, там, где темно-синий купол неба, спускаясь к горизонту, перетекал в зеленый, медный, а затем золотой, внезапно и неслышно, как цветы в тени, распустились фейерверки. Искрящиеся красные лучи рассекали тьму, как кровавые звезды.

– Боже мой! – воскликнул потрясенный Харви.

– Он тут совершенно ни при чем, – пробормотал Ник. – Не понимаю, за что ему надо возносить хвалу.

Харви засмотрелся на мерцающие переливы цвета. К красным розам добавились тонкие линии желтых одуванчиков, белые сгустки перекати-поля, ярко-синие крапинки незабудок, зеленые петли листвы. Ночное небо было словно гость, пришедший нежданно с букетом огненных цветов.

– На прошлогодней ярмарке ничего подобного не было, – проговорил Харви. – Какая красота. – Теперь он понял, что даже в темном лесу иногда распускаются цветы, неожиданные и ослепительно-яркие. Как же он раньше этого не замечал?

– Ты рисуешь картину, и тебе это нравится. – Голос Ника звучал радостно. – Но это ерунда. Я могу сделать так, что все это чертово колесо слетит с опор и покатится по ярмарке, освещая все вокруг.

Харви оторвался от рисунка.

– Если чертово колесо слетит с опор и покатится по ярмарке, то…

Лицо Ника вспыхнуло энтузиазмом. Он зачем-то засучил рукава.

– Это будет великолепно и артистично?

– Погибнет много людей. Это будет…

– Сумбурно? – скривился Ник.

– Ужасная трагедия!

– Да, верно. – Ник разочарованно опустил рукава. – Как хорошо, что этого не случилось.

Харви кивнул, на миг ужаснувшись хищным фантазиям Ника. Холодок неловкости быстро миновал – в последнее время все тревоги рассеиваются так быстро, словно их легкой рукой стирает художник, который рисует картину его жизни, не допуская нарушающих гармонию ошибок. Ник, должно быть, подобно Сабрине, горячо и необъяснимо любит фильмы ужасов. От этой мысли Харви посветлел.

– Хочешь, пойдем, познакомлю с Сабриной? – предложил Харви.

Ник мгновенно просиял:

– С удовольствием. Дай подумаю об этом минутку.

Харви кивнул:

– Мы никуда не торопимся.

Он убрал карандаши, краски и бумагу, в счастливой дымке размышляя о фильмах ужасов и о свиданиях пара на пару. Ему часто приходило в голову: хорошо было бы найти хорошего умного парня для Роз. Успев немного познакомиться с Ником, Харви понимал, что отец Роз не одобрит такой дружбы, но, может быть, это не так уж важно.

– Слушай, у тебя есть девушка?

– Может и не быть, – беззаботно отозвался Ник. – Если надо.

– Это как? – нахмурился Харви.

Ник всхлипнул, словно стараясь не заплакать.

– Не бери в голову. Тебя ждет Сабрина.

Ее имя пробудило в душе Харви смутное воспоминание. В душе зародилось подозрение, но вскоре оно тоже ускользнуло сквозь пальцы, и его захватил необоримый порыв откинуть тревоги и радоваться жизни. Он подумал о Сабрине еще раз и постарался уже не отвлекаться.

– Ты сказал, – медленно произнес Харви, – «значит, вот она какая, знаменитая Сабрина». Что это значит? Чем она знаменита?

– Не сходи с ума, – ответил Ник. – Я же не виноват, что ты ничего не знаешь.

– Черт возьми, что все это значит?

Он и сам понял, как резко прозвучал его собственный голос, словно предупреждая об опасности. Палатка превратилась в тесную ловушку, полную теней. Ник встал с табуретки. Казалось бы, бояться нечего, Харви был выше Ника, однако в этом парне таилась угроза. Он двинулся на Харви, нацеливаясь, как хищник, и тот отшатнулся. С лица Ника словно свалилась маска, в глазах полыхнула тьма, и Харви замер от ужаса. Как же он глуп! «Никакой это не друг», – подумал он с леденящей уверенностью. Перед ним стоит исконный враг.

– А ведь ночь обещала быть такой веселой, – с легким сожалением прошептал Ник. В его глазах не осталось ни проблеска света. – Но нет, время пришло. Среди сахарной ваты затевается целая драма. Я не хочу портить первое впечатление.

Воздух наполнился дымом фейерверков, и у Харви пересохло во рту.

– Не понимаю.

– Поймешь когда-нибудь, увалень деревенский, – пообещал Ник. – Но не сегодня. Забудь.

– Что-что? – огорошенно переспросил Харви.

– Прости, – пожал плечами Ник. – Я бы хотел благословить тебя, но – какая жалость – совсем не умею этого делать.