Его кошмарная невеста - Мстислава Черная

Хватит о невестах. Они не моя забота. Я переключилась на более практичные размышления. Итак, в помещении общая спальня. Моё отсутствие сразу заметят. Не невесты, так монахиня, у которой в отличии от нас кровать на изогнутых, выполненных в виде звериных лап, ножках. А ещё у неё комод. У нас — небольшие сундуки, стоящие в изголовьях, насколько это слово применимо к матрацам.

Наверное, даже хорошо, что ночевать старшая будет вместе с нами. Попотчевать всех снотворным… Только где снотворное взять? Да и заметят неладное. Во дворце не дураки. Дураки, конечно, тоже есть. Куда без них? Но и головастых хватает.

Последние два матраца заняли сёстры-близняшки, и монахиня потребовала внимания:

— Светлые невесты, — обратилась она к нам. — я рада познакомиться с каждой из вас. Доверить свою судьбу Свету — достойный выбор. Я рассчитываю, что поведение ваше будет не менее достойно. Как вы уже поняли, спальня у нас общая. Также у вас общая купальня, дверь по мою левую руку.

Ага. Напротив кровати. Мне понравилось, что спальня «у нас», а купальня «у вас». То есть Олсия приводить себя в порядок будет где-то ещё.

— Завтраки, обеды и ужины у нас совместные, я лично буду провожать вас в столовую и обратно.

Траш! Очередная дыра в моём безумном плане. Мало мне вони розового масла, так ещё к запаху примешаются миазмы гниющей в желудке пищи. Сказать, что поклялась до замужества не принимать еды и обходиться водой? Можно. Это даже подействует. Но когда поймут, что изо дня в день я не слабею от голода, мной заинтересуются жрецы. Так… последний день, когда принимают в светлые невесты — завтра, причём до полудня. Послезавтра традиционно завтрак в обществе вдовствующей королевы. Празднества продлятся около десяти дней, на протяжении которых мужчины, получившие право выбора, будут разбирать понравившихся невест. В последний день оставшихся девушек раздадут «женихам» по принципу «как получится». Насколько я знаю, девушки выстраиваются в одну линию, мужчины — в другую, а дальше первой достаётся первый, второй — второй. И так пока невесты не кончатся. Десять дней продержаться без пищи? А как быть с тем же завтраком, на который Её Величество пожалует? Нет, надо придумать что-то ещё.

В то, что Олсия говорила дальше я почти не вслушивалась. И так понятно, что нас ждут балы, поэтические вечера, прогулки. Основное время нам предстоит готовиться к выходам в свет, остальное, по мнению монахини, нам следует посвятить молитвам. Ну-ну, уже спешу, падаю на колени и воздеваю руки.

— Светлые невесты, следуйте за мной.

Монахиня вывела нас в коридор. Я как раз успела увидеть, как в соседнюю дверь входит новенькая. Набор идёт полным ходом. Интересно, сколько нас будет? Несколько сотен? Со всего-то королевства.

Мы поднялись на третий этаж и попали в зал, больше всего походивший на гигантскую торговую лавку. На вешалках вдоль стен висели платья. Кажется, их было не меньше трёх-четырёх тысяч. И все белоснежные. Светлым невестам полагается белый цвет, даже лёгкие оттенки не допустимы, исключительно кристальная белизна. Траш! К моей-то бледности.

— Невесты, пять платьев, аксессуары и наборы для рукоделия ваши. Наряды уже подготовлены, вам предстоит подогнать их по фигуре. Пожалуйста.

Некоторые радостно рванули за обновками. Я, Лика и ещё две девушки повели себя сдержанно. И только одна невеста, круглощёкая и очень пухлая, растерянно смотрела по сторонам, понимая, что на её размер вряд ли что-то найдётся.

Я прошла вперёд. Лучше покончить с выбором поскорее. На цвет платья не повлиять. Фасон? Да какая разница. Сняла первое попавшееся. Простой атласный лиф, пышная юбка, я в нём буду, как ложка воткнутая в горку взбитых сливок. Принюхавшись, скривилась. Опомнившись, вернула на лицо лёгкую улыбку, хотя открывшееся знание, что платья далеко не новые, радости не добавляло. Судя по всему, платья потребуют вернуть, почистят и на следующий год пустят в дело. Кому-то предстоит примерить наряд после трупа. Я мысленно хихикнула, повесила «гору сливок» обратно на вешалку. За красотой я не гонюсь, но совсем уродливо выглядеть тоже не хочется. Я уже поняла, что остаться незаметной не получится — не с моими волосами, чёрными, как безлунная ночь. На фоне «бедных овечек» я выгляжу волчицей, и этого не скрыть, только сгладить впечатление. Слишком уж я в бабушку.

Дверь открылась. В зал привели ещё одну группу.

— И я должна выбирать из готового?! — громко возмутилась одна из невест.

Я мысленно фыркнула. За светлыми невестами сохраняют статус леди, но лишают девушек фамилии не без причины. Представительницу древнего рода в тряпьё не завернёшь, а безымянную леди, лишённую поддержки семьи — сколько угодно.

— Леди Анаис, ваше поведение возмутительно. Я могу передать Её Величеству ваше недовольство её заботой.

Анаис моментально растеряла боевой настрой.

— Н-нет, дочь Света.

— Идите и выполняйте, леди, — продолжала монахиня. — В наказание извольте обойтись четырьмя платьями.

В светлые невесты попадают не только девушки из разорившихся родов. Иногда Её Величество лично приглашает под свою опеку. Отказать невозможно. Своеобразное наказание впавшим в немилость. Впрочем, бывает, что таким образом Корона просто устраивают желанную ей свадьбу.

Я прошла вдоль вешалок. Думается мне, задание с подвохом. Мы обязаны носить только белый цвет, а следовательно, минимум одно платье должно быть «домашним». И желательно, чтобы это платье можно было легко подновлять, создавая иллюзию свежего наряда. Такое нашлось в дальнем углу. Квадратный вырез, простой чехол, длинные рукава. К платью прилагался широкий кружевной палантин, который можно и на плечи накинуть, и на юбку нашить. Если добавить ленты, банты, будет почти идеально. Жаль, я не сообразила белым жемчугом обзавестись.

Второе платье я выбирала прицельно для завтрака в обществе Её Величества. Наряд должен быть праздничным, изысканным, но утренним. Третье платье — для прогулок. Оно попроще, и с неширокой юбкой, не стесняющей движений. Четвёртое платье — просто вечернее, а последнее, пятое — роскошное бальное.

Я подобрала себе три пары туфель и переключилась на аксессуары. Нас не ограничивали, значит, стоит брать с запасом и не скромничать. Всё те же ленты, кружева. На дне самого большого сундука я сумела отрыть перчатки, расшитые белым бисером. Перехватив добычу поудобнее, последней прихватила корзинку с швейным набором и подошла к старшей:

— Дочь Света, я готова.

— Мы ждём всех.

— Разумеется, — с лёгким поклоном я отступила к стене.

Олсия соврала. Ждать всех она не собиралась. Девочки, все кроме Лики, ещё копались, когда монахиня объявила сбор. Так и задумано или Олсии надоело ждать? Не знаю, да и не имеет значения. Невесты охнули, бестолково засуетились, похватали платья не глядя, бросились к сундукам. Гребли без разбору. Олсия растянула губы в нехорошей улыбке:

— Возмутительное поведение.

Наша старшая решительно направилась к девочкам. Ой, что будет. Внешне потупившись, в душе я предвкушала небольшое развлечение. И, в общем-то, Олсия права. Леди не дерутся из-за тряпок, по крайней мере при зрителях.