Легенда о Гвендолин - Морвейн Ветер

Но жизнь учит нас: мечтай о большем – и получишь многое, пусть и не всё.

После недолгого приватного танца «Физэн», само собой, распорядился вернуть меня в верхний гарем. Но это ещё не всё.

Мне были выделены покои почившей Камрин – недавней фаворитки принца. Штат прислуги, по его собственному настоянию, оказался увеличен до пяти человек. «Пока», – так он сказал.

Дейдре осталась ближайшей моей служанкой, потому как независимо от того, любила она меня или нет, я мало кого могла найти сейчас надёжней её. К ней прибавились два пажа, камеристка Грания, занимавшаяся моей красотой, и кухарка Триста, которая готовила лично для меня. Пажей звали Арлен и Найл. Один был светловолос, как юный принц, и отлично делал массаж ног. Другой оказался рыженьким, происходил с окраины западных островов и характер имел вспыльчивый, но забавный – его я в основном ставила охранять мой покой, зная, что мимо Найла змея не проползёт.

Оставив в ту ночь моего принца в одиночестве разглядывать в зеркале своё новое лицо, я самовольно явилась к нему уже с утра – и застала за тем же занятием. Похоже, Ворон не ложился спать.

– Нравится? – спросила я.

– А тебе? – демон в облике принца повернулся ко мне.

Я уклонилась от ответа, потому что мне в самом деле нравилось это лицо – но не нравилось то, что до сих пор находилось внутри. А то, каким станет это существо теперь, как мне казалось, во многом зависело от меня.

Так и не получив ответа, демон-Физэн подошёл ко мне и обнял, бережно, но крепко, и прижал к себе. Руки его огладили мою спину – как не делал этого никто до него. Горячее дыхание коснулась моего виска, лишая рассудка и сил. Я едва не обмякла в его руках, но тут же вернула себе контроль и внимательно посмотрела Физэну в глаза:

– Хотела бы я увидеть твоё настоящее лицо, – искренне сказала я, – ведь это ты… говорил со мной?

– Я.

Демон смотрел на меня глазами Физэна, и я видела разницу между этими двоими, затаившуюся в зрачках. Демон был намного старше и мудрей. Взгляд его обволакивал меня как кольца змеи, ласково оплетая своими сетями и обездвиживая своим ядом. Но я не собиралась становиться мухой в его паутине, каким бы сладким ни был этот дурман.

– Как мне теперь называть тебя?

Демон задумался.

– Зови меня Физэном, как и его. Что бы никто не подслушал и не узнал наших тайн.

Я кивнула и задумчиво погладила его по красивой щеке. Это имя было неприятно мне. И хотя само его тело было красиво, я чувствовала себя странно от осознания того, что он, ещё недавно пренебрегший мной, теперь так ко мне ластится.

– Мне нужны новые покои, – сказала я

– Я отдам распоряжение Хасану – пусть выполняет все твои пожелания.

Я кивнула. Командовать я ещё не умела, но меня вполне устраивал такой расклад.

Не дожидаясь новых вопросов, Физэн наклонился ко мне и приник к губам, заставляя окончательно растаять и раствориться в его огне.

Когда пришёл сентябрь, на Острове Лазурных Волн было всё так же тепло. Но в Кахилле начинался сезон приёмов, и разговоры о том, кто из наложниц отправится туда вместе с принцем, доносились теперь изо всех углов.

Выбор его означал не только знак внимания, но и комфорт, потому как зимой здесь, на окраинных островах, холод бывал даже более суровым, чем в столице. Означало это и не только приближение к принцу, но и новый статус – потому как в Кахилле никто не стал бы считаться с личными желаниями аристократа. Слово «наложница» там было не в ходу, так называлась не более чем служанка, которую пожелал использовать для своих утех господин.

Те, кого Физэн взял бы с собой в город, независимо от происхождения должны были быть представлены его друзьям и сыграли бы в жизни принца уже совсем другую роль.

Я слушала эти разговоры и не могла сдержать смеха. Я знала, что этой зимой выбор Физэна падёт на меня – но не спешила никого расстраивать.

Разумеется, так и произошло. Поколебавшись, я попросила господина взять с собой и Бриану – чтобы та осталась моей подругой и в Кахилле и могла шпионить для меня.

Новости эти поставили на уши гарем, где каждая считала себя более красивой и достойной, чем я – но мне было всё равно. Я никуда не выходила из комнаты в последние дни своего пребывания на Острове Лазурных Волн и заставляла Дейдре пробовать всю еду, что она приносила для меня. Мне по-прежнему было смешно наблюдать, как они суетятся вокруг того, кого я с уверенностью считала своим.

Наконец в назначенный день экипажи были готовы, а вещи собраны. Под покровом темноты в сопровождении свиты я заняла своё место в носилках и, дождавшись, когда гайдуки, несшие их, двинутся вперёд, позволила себе задремать.

Я не успела толком разглядеть города, который могла бы увидеть в ту ночь второй раз – теперь уже ступая в него не дрожащей ученицей, покорной воле любого, но одной из тех, кто вскоре станет им управлять. Так я ощущала себя. Физэн не давал мне ни малейшего повода усомниться в своём отношении.

Столичный дом Ворона встретил процессию огнями горящих факелов. Десятки лакеев высыпали на улицы, чтобы выразить своё почтение приближавшемуся к дому господину.

Приветственные крики прервали мой сон, и я, отодвинув в сторону плотный полог, скрывавший меня от посторонних глаз, наблюдала за тем, как принц Физэн во главе кавалькады всадников на таких же чёрных, как у него, конях въезжает во двор.

Носилки замерли на некоторое время, пока Физэн принимал приветствия и дары. Затем, когда самые почтенные из встречавших последовали за ним в дом, а остальных выгнали вон, две пары носилок с женщинами – мои и Брианы – поднесли к широкому крыльцу с разъездом для экипажей и опустили на землю, так чтобы наши сандалии, не наступая в грязь, коснулись сразу мраморных ступеней.

Я видела, как беззастенчиво Бриана разглядывает стройные ряды колонн, обрамившие дом, изукрашенные лепниной окна и карнизы. Изо всех сил я старалась не выдать такого же любопытства.

– Никогда не была здесь, – призналась Бриана вполголоса.

Я улыбнулась.

– Вот видишь, как хорошо дружить с чародейкой, – поддела её я и тут же пожалела о сказанном – лицо Брианы помрачнело. – Пойдём, – я подтолкнула её в плечо в надежде, что, любуясь красотой особняка, она забудет о моих словах.

В молчании мы вошли в дом, и хотя обида Брианы немного подпортила наслаждение от триумфа, я всё же по достоинству оценила отделанные мрамором просторные залы, изысканные скульптуры, стоявшие по углам, диваны и стулья с золочёными подлокотниками.

Дом Физэна, как и другие городские дома, которыми владела богатая знать, возвышался на пять этажей. В отдельной внушительной пристройке располагалась кухня. Само здание изобиловало бальными залами, изящными гостиными, комнатами для игр и музыки. Отделка любого помещения поражала великолепием. Фасад украшали потрясающие скульптуры, к интерьеру же, как было заметно, приложили руку самые лучшие декораторы.